Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1578

— Изобретательный был мужик, этот некромант, — почти с восхищением констатировал Джей, оценивая ход мстительного бога, и не без ехидцы добавил: — А только всего даже он не предвидел, а сестрица?

— Именно, — заверила принцесса и взялась за работу, не опускаясь до объяснений своих действий.

Элия порылась в груде металла и камней, извлекая частицы плоти, сохранившиеся под действием проклятия в столь же нетленном виде, как целое тело Соррадо. Без тени брезгливости взяла в руки «недостающие детали», приблизилась к мертвому моряку. Расширенные от страха, неожиданности и какой-то глупой надежды глаза следили за каждым ее движением. Элия разомкнула неплотно сжатые губы, вложила в рот язык и приставила мужское достоинство к положенному месту. Затем промолвила, снимая несколько блоков с таланта, чтобы узкий луч (бить своей силой темпераментного Кэлберта и без того несдержанного Джея было бы явно лишним) коснулся лишь обоих зомби:

— Благословляю!

Живительная мощь силы любви излилась вместе с единственным словом, укрепляя телесную мощь моряка и его возлюбленной, заставляя действовать и чувствовать то, что казалось навсегда утраченным. Не то вздохнула, не то охнула девушка-зомби, ощущая происходящие с ее плотью перемены.

Богиня отступила от Соррадо. Цепочки оков стекли со звоном, освобождая конечности мужчины и девушки, явственно доказывая, что проклятие Нафила ослабело.

— Теперь все в ваших руках, люди, — промолвила Элия и, не оборачиваясь, двинулась к выходу. Братья потянулись за ней, ни о чем не спрашивая и не споря, понимая, что здесь и сейчас, когда ее несет волна божественной силы, принцесса поступает так, как должно, выбирая единственно верный путь.

— Подожди, вы случайно забрели сюда или ищете сокровища Нафила? — хрипло каркнул вслед мужчина.

— Ищем, — без всякой алчности согласилась принцесса.

— Условие соблюдено, — рассмеялась девушка-зомби, подбегая к Соррадо и пряча голову у него на груди, руки возлюбленного после столетий разлуки сжали ее в объятиях, пальцы двоих переплелись, как корни сросшихся вместе растений. — Пусть хоть вы заберете все у него!

— Я знаю, где Нафил собирался устроить свое главное хранилище, — с горделивой злостью пояснил пират. — И он знал, что я знаю, потому и поставил, сволочь жадная, такие условия — сначала исцеление, и чтоб те, кто помог, ушли, ни о чем не спрашивая!

— Леди Ведьма, ты знала? — шепотом уточнил Элегор, интересуясь степенью коварности подруги.

— Нет, повезло, — честно призналась принцесса к разочарованию герцога.

— На том и стоим! — гордо поддакнул Бог Игроков, обожавший такие маленькие подарки, щедро преподносимые своему белобрысому любимчику Силами Судьбы. Джей подтолкнул герцога к сундуку, вынести заработанный божественными трудами Элии клад. Ручки по бокам пришлись весьма кстати, иначе крупногабаритный груз перемещать пришлось бы в одиночку и волоком, потому как тащить такую махину на себе было бы сподручно разве что Кэлеру. Да тот и слонов бы таскал, как воздушные шарики. Вдвоем боги выволокли сундук из пещеры, пока Кэлберт выспрашивал покойника о главном кладе знаменитого Цаперрина.

— Рассказывай! Карты нужны? — азартно требовал принц, которому представился шанс проверить истинность своих догадок о том, где именно сокрыты сокровища, ставшие легендой морского братства.

— Шабир, остров Чимара. Если есть карта, покажу, где это, — не выпуская свою любимую, сдал великую тайну бывшего командира Соррадо.

— Я бывал на Чимаре, — возликовал Кэлберт и тут же озадачился. — Только ведь там пещер больше, чем воды в океане, остров здоровенный, даже с дираванкой искать умаешься.

— Не умаешься, — обращение к принцу, сразу показавшемуся покойнику свойским мужиком стало почти панибратским. Моряк торопливо, будто боялся что-то упустить, вываливал на живого собрата по профессии груду информации. — Если с северо-запада идти, три горы, как пальцы видны, так в той, что справа, Нафил свою ухоронку и делал. Только ловушек понаставить грозился. Да и без того там не пещера, а цельный лабиринт, заплутать легче легкого.

— Ничего, справимся, спасибо, Соррадо, попутного ветра тебе! — пожелал принц.

Кэлберт вскинул руку в жесте прощанья капитана с капитаном и вышел из пещеры к дожидавшимся его у входа богам. Оставшаяся наедине пара влюбленных, судя по звукам, слилась в приветственном поцелуе.

После тепла пещеры у холма казалось ветрено и промозгло, зато неуютный пейзаж был полон куда более настоящей жизни. Здесь все было живым: треплющий волосы ветер, далекий шум великого Океана Миров, крики птиц, даже снег и камни. Они тоже жили, незаметной для богов, неспешной жизнью, а не двигались, будучи мертвыми.

— Если б я два столетия на одну девку смотрел, из-за которой меня причиндалов лишили, потом точно не смог бы ее отодрать, — цинично хмыкнул Джей, с комфортом рассевшийся на крышке сундука, куда временно, для пущей сохранности, засунули и шарик с беременной умницей-дираванкой.

Оплеуха сестры смела шутника с насеста, а богиня задумчиво, будто это и не она только что задала брату трепку, пояснила:

— Они почти половинки, очень близкие души. Когда встретились, ни одного шанса избежать судьбы не осталось. Взаимное притяжение оказалось сильнее рассудка, воли и страха за свои жизни.

— Бедолаги! — искренне пожалел герцог парочку, вляпавшуюся в любовь сильнее, чем в смолу, и с куда более трагическими последствиями.

Согласным хмыканьем ответили остальные мужчины, пожалуй, больше всего во Вселенной боявшиеся когда-нибудь встретить свою единственную, сужденную Творцом, и навсегда утратить свободу. Их, не страшившихся и самой Бездны Межуровнья, до смерти пугала такая перспектива. Почему-то знакомство с половинкой боги приравнивали к превращению в слюнявого, лишившегося силы воли идиота.

Элия видела этот иррациональный страх и понимала его, но объяснять и доказывать почему братья не правы и где именно допущены ими в рассуждениях логические ошибки не считала нужным. Понимала: такого рода убеждения братьев относились к разряду алогичных и разумной коррекции не поддавались. Исправить их могло лишь одно — встреча с объектом ужаса, она же и стала бы единственно верным средством исцеления фобии.

Теперь богам не было нужды ломать ноги на камнях из опасения потревожить перемещениями нити охранных чар бога-некроманта. Вместе с грузом лоулендцы перенеслись прямо к лодке на берегу. Вновь выслушав все, что о них думают потревоженные в сложном процессе гнездования и ловли рыбы в прибрежных водах птицы, компания погрузилась в лодку и изготовилась к телепортации уже вместе с плавсредством. Как раз в этот момент где-то в глубине острова глухо пророкотал обвал.

— Отмучились бедолаги, — утвердительно предположил Кэлберт, считая грохот камней логичным следствием развеявшегося проклятия, поддерживающего нежизнь зомби и своды пещеры одновременно.

— Чего-то быстро отстрелялся морячок, — с очевидным мужским превосходством съязвил вор, снова восседая на сундуке, как воробей-альбинос на шестке.

— В условиях проклятия было сказано: «удовольствии для женщины», братец, а его доставляют различными способами, — щелкнула самоуверенного принца по носу Элия не столько словами, сколько интонацией ироничного сожаления об ограниченности представлений родственника о богатейшем мире любовных развлечений.

Джей только высокомерно фыркнул, дескать, не учи ученого, в любой момент покажу, на что способен, забавно сморщил нос и язвительно подметил:

— Да-а, ну если условие именно так исполняется, тогда последняя месть Нафила — помереть на девке, не успев кончить — недурственный ход!

— Месть до конца, — философски согласилась Элия, и братья коротко хохотнули, оценивая игру слов.

Для тех, кто воспринимал смерть как новый шаг вперед, в ней не было ничего трагического, тем паче, в смерти чужой и даже не своевременной, а запоздалой на столетия. Те, кто должен был умереть, покинули мир плоти, и более боги вспоминать о незадачливой парочке не собирались. Хватит и того, что они поспособствовали снятию проклятия, а если мотивы их были далеки от банального милосердия, так кто сказал, что благие дела вершатся исключительно поэтому?