Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1558

— Силы во плоти, я такого раньше не встречала, — зачарованно принюхиваясь, протянула айвар, потянувшись к мужчине, все еще не выпускавшем ее руку из своих ладоней, — если ты приглашаешь, пойдем! Ты мне нравишься!

— Отлично! — рассиялся Связист и, спохватившись, уточнил у богини: — Эй, Элия, ты с нами или как?

Даже если бы вдруг интуиция начисто отказала Элии, то красноречивый взгляд Стэлл и выжидательные интонации друга подсказали нужный вариант ответа.

— Нет уж, развлекайтесь без меня, детки! У меня еще есть дела, — усмехнулась женщина.

— Ну бывай! — Сила-Посланник под ручку с айваром мгновенно исчезли из покоев Богини Любви, оставшись в одиночестве, та собралась возвращаться на Лельтис.

Глава 6. Сногсшибательные новости

Герцог Элегор Лиенский (три или четыре его дополнительных имени, дарованных заботливой мамочкой, забылись общественностью раньше, чем та изволила отправиться в следующую инкарнацию просто потому, что их носитель ни в какую не желал утруждаться длительными тягомотными представлениями), итак, вышеназванный тип шальной божественной наружности встал рано.

Впрочем, те случаи, когда он изволил припоздниться с подъемом можно было пересчитать по пальцам одной, в крайнем случае, двух стандартно пятипалых рук, и все они имели уважительные причины числом не более трех:

1) Перепил. Для владельца винной империи случай редкостный, потому как перещеголять Элегора в сем не слишком уважаемом почтенными дамами и столь восхваляемом доблестными мужами занятии могли немногие. Разве что принц Клайд, ибо являлся Богом Возлияний и принц Кэлер — Бог Пиров, в которого как напитков, так и пищи влезало неимоверное количество.

2) Был избит. Последнее время, поднабравшись опыта в делах ратных и драках кабацких, герцог, коль влипал в заваруху, а не влипать он не мог в силу природных и божественных склонностей характера, редко оказывался бит серьезно. Чаще все-таки избивал и убивал сам. Это только Нрэн продолжал считать Элегора сопливым недоучкой, враги же шального бога такое мнение давно сменили под давлением обстоятельств, а слишком твердолобые отошли в мир иной.

3) Только что пришел и лег. Если Элегор приходил под утро, то предпочитал вообще не ложиться, потому как особенной усталости от пары-тройки суток непрерывного бодрствования не ощущал.

Герцог Лиенский быстро оделся в своей обычной манере: белая легкая рубашка да черные брюки с легкой серебряной строчкой, и, как был босиком, направился в кабинет. Любого блюстителя этикета или камердинера при столь вызывающе расхристанном виде у столь знатной особы хватил бы удар, но Элегор не держал при себе подобного типа бесполезных людишек.

Зачем тратить время на побудку прислуги, если все можно сделать самому и гораздо быстрее? А если недосуг возиться, то всегда можно воспользоваться магией чудесного подарка Звездного Тоннеля Межуровнья — волшебными звездочками, одевающими хозяина, повинуясь лишь его желанию и вкусу.

По дороге мужчина прихватил кусок хлеба с мясом и бутыль вина с предусмотрительно выставленного прислугой подноса. Замок еще спал, только его безумец-хозяин спешил жить и действовать. В данном конкретном случае — работать.

Элегор вошел в кабинет, где еще с вечера на широком столе громоздились папки счетов, отчетов по прибыли Западных владений за первое полугодие, аналитическому анализу доходов и прогнозу на прибыль до конца года. Проглотив последний кусок, мужчина стряхнул крошки, обмахнул руки о штаны. (Все равно черные и все равно скоро он их непременно в чем-нибудь перепачкает, так стоит ли осторожничать!). Бог раздернул ночные шторы, впуская солнечный свет в помещение, обставленное с вопиющим минимализмом, исключительно ради того, чтобы занятные безделушки, узоры или резьба на дереве не отвлекала глаза от работы. От нее и так было демонски легко отвлечься!

Птицей перемахнув через подлокотник, Элегор приземлился в придвинутое к столу высокое кресло. Полупустая, или, вернее, оптимистически наполовину полная бутылка заняла место среди папок, чтобы морально поддерживать страдальца, вынужденного корпеть над нудными отчетами, и в трудную минуту протянуть ему глоток помощи. Но только глоток-другой! Напиваться, анализируя отчеты, тем паче с утра и в одиночку, бог не планировал, даже если его молодой младший управляющий опять наворочал в отчетах драконы знают что. Впрочем, некоторая надежда на благополучный исход еще оставалась, ибо герцог по совету Лейма отправлял молодого, подающего надежды, прекрасно соображающего на практике, но отчаянно путающегося в изложении материала парня на Клеон, урбо-мир, славящийся своими учебными заведениями торгово-экономической направленности, для ускоренного курса заочного образования.

«Творец, помоги!» — мысленно попросил совершенно не религиозный, никогда не молящий о помощи даже в минуты смертельной опасности храбрец и решительно распахнул первую папку.

Может быть именно потому, что он, Элегор, столь редко обращался с просьбами, вышестоящая инстанция икнула от удивления и помогла. Отчет оказался вполне приличным, его можно было читать и почти не пришлось править. Герцог рассчитывал провести за мучительным чтением как минимум полдня, но уже через два часа закрыл последнюю папку. Со вздохом удовлетворения потянулся всем телом, в два глотка осушил бутылку, откинулся на спинку кресла и на секунду блаженно зажмурился.

Сухой смешок разом лишил мужчину легкой расслабленности. Он резко распахнул глаза и вскочил, кресло с грохотом отлетело в угол. Смешок повторился. Рука Элегора уже сжимающая кинжал и готовая без промедления пустить его в ход, расслабилась, когда он увидел стоящего у стола типа. Он никогда не видел его прежде, однако, образного описания, данного однажды Леди Ведьмой, хватило, чтобы герцог узнал визитера. Черные, растрепанные как перья волосы, блестящие веселым и одновременно равнодушным интересом глаза, крючковатый нос, черные ногти-когти и самоуверенная наглость, с какой чужак проник в его кабинет, — демон-вран.

— Ты Исчезающий! — уверенно выпалил бог.

— А ты герцог Лиена, — небрежно пожал плечами незваный гость, облаченный в черно-синее, переливающееся как настоящее оперенье одеяние, походящее на рубашку без пояса и широкие то ли брюки, то ли юбку длиною в пол. — Так и будем перечислять самоочевидные факты?

Элегор уже успел справиться с удивлением, и к нему вернулись привычная нахальная самоуверенность и бесшабашная храбрость:

— С чем явился? По профессии — меня за какие-нибудь грехи доматывать пришел? Или Силы Равновесия чего передать прислали?

Исчезающий прошелся до стола, с разочарованием тряхнул пустую бутылку (в кои веки до Лиена добрался, а выпить нечего), прищелкнул пальцами — с такими ноготками жест получился звучный и эффектный — переправляя к себе опрокинутое кресло герцога, и, усевшись в него, заявил:

— Пребывай я здесь по зову сути своей, бог, ты не узрел бы меня, лишь почувствовал кару, обрушенную на плечи твои…

— Значит, опять на посылках, — не без легкого облегчения, смешанного с разочарованием, резюмировал герцог.

С одной стороны, он слыхал, что гневить Исчезающих себе дороже, с другой, как изобретательно они подстраивают каверзы и желал бы поглядеть на что это похоже, пусть даже на собственной шкуре. Примостив поджарый зад прямо на стол, посреди документов, Элегор выдвинул одной рукой ящик, пошарил там и перекинул Исчезающему, яростно сверкнувшему глазами, полную бутыль Алого Заката, себе взял вторую. Сумрачное лицо демона немного просветлело, он сковырнул ногтем пробку и сделал несколько глотков, после чего уже серьезно сказал:

— Нам поручено сообщение чрезвычайной важности, соблаговоли призвать Светлую Богиню.

— А самому до нее добраться никак? — хмыкнул герцог несколько уязвлено, даже не уточняя, какую именно Светлую Богиню имели в виду. И ежику понятно, что Элию. Но почему для ее призыва понадобилось его посредничество, бог в толк взять не мог.