Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1553

Приняв решение, Бэль резво вскочила на ноги, пушистый дикати Дик, дремавший на спинке кресла, едва не свалился на сидение. Девушка подхватила его в полете и посадила себе на плечо. Перекинув на спину толстую косу волос с медным отливом и оправив юбки (нижнюю цвета молочного шоколада и верхнюю темной зелени), юная принцесса решительно направилась к двери.

— Мне сопровождать ваше высочество? — уточнила горничная, откладывая почти готовое панно с маленькой птичкой в пышном розарии.

— Я не заблужусь, Мартила, — улыбнулась девушка, озорные карие глаза весело блеснули. Золотистый Дик замурлыкал и стал нежно-зеленым.

— Но этикет… — попыталась заикнуться женщина.

— А этого урока у меня сегодня нет, — рассмеялась Мирабэль, уносясь прочь с совсем не этикетным проворством.

Юная Богиня Исцеления резво бежала по коридору, когда неожиданный приступ головной боли ударил в голову куда сильнее укола иголкой. Девушка резко остановилась и прижала пальцы к вискам. В розовую раковину ушка с чуть заостренным кончиком встревожено зажурчал Дик.

«Неужели опять слишком слабо поставила блокировку чужих эмоций? — пронеслась мысль, Бэль быстро произвела проверку ментальных щитов. — Нет, все в порядке, значит дело в другом. Эта чужая боль так сильна, что пробивается сквозь все барьеры. Но кому же так плохо? Я должна проверить, не смогу ли чем-то помочь!».

Решение было принято, и девушка побежала к левой боковой лестнице на следующий этаж, ориентируясь на волну чужого отчаяния, такого глубокого и страстного, что не выдерживали ее блоки. В коридоре у стены стоял Росс, один из секретарей Лимбера. С золотоволосым красавцем-эльфом как-то познакомила Бэль сестра, когда объясняла малышке, как много и над чем собственно работает дядя Лимбер и почему нельзя играть в его кабинете в засаду лучников и отважных разведчиков.

Секретарь тогда помогал Элии. Он весьма терпеливо и доходчиво растолковывал девочке некоторые моменты, и малышка чувствовала, что ему нравится это делать, как нравится она сама, не потому, что является сестрой Богини Любви, а просто сама по себе, как Бэль. В ореховых глазах Росса, такого красивого, как только может быть прекрасен настоящий эльф, сияли искренняя симпатия и интерес. Ни следа подозрительного недоверия к полукровке!

Но, что бы ни происходило сейчас, мужчине решительно не нравилось, хотя братьям Бэль такие моменты, это эмпатка тоже ощущала, удовольствие доставляли. Итак, Росс стоял у стены, а его хватала за руки и напирала всем телом пышная черноволосая красавица с удивительными сине-зелеными глазами, грудь женщины бурно вздымалась, она жарко говорила:

— Пожалуйста, я умоляю вас, сжальтесь, помогите! Неужели вы никогда не любили!?

— Леди, я сожалею, не в моей власти помочь вашему горю, — вероятно, уже не в первый раз сдержано пытался объяснить Росс, старательно пытаясь дистанцироваться от красавицы, что в таких тесных условиях удавалось с трудом. — Решение его величества окончательно и личная встреча ничего не изменит. Не стоит настаивать. Я принужден буду вызвать стражу для вашего сопровождения.

— Мне нужно только увидеть короля лично. Я упаду ему в ноги и буду молить! Он должен смилостивиться! Я могу заплатить! Чем пожелаете: деньги, власть, женщины… Неужели нет ничего, что вы хотели бы иметь? — продолжала настаивать леди.

— Вам нечего мне предложить, леди, — коротко с достоинством ответил Росс не без некоторой надменности, аккуратно, но твердо отцепляя пальцы просительницы от своего камзола и рубашки.

Он не сочувствовал настойчивой просительнице, как видела Бэль. Брюнетка вызывала у секретаря легкую досаду и раздражение, как помеха в работе, каковой он ее и воспринимал, оставаясь абсолютно холоден к мольбам.

Глухие рыдания вырвались из горла просительницы, она отпустила Росса и сползла на пол, съежившись на паркете, как измятый цветок. Даже в холодном эльфе шевельнулось нечто похожее на жалость. Он промолвил, легонько коснувшись плеча плачущей дамы кончиками пальцев: — Сожалею. Решения короля неизменны.

Боль женщины резанула ножом по сердцу Бэль, она закусила губу и вылезла из засады, устроенной прямо за огромным кустом цикации в круглом вазоне золотой глины. Лейм все порывался спасти несчастное растение из неволи и пересадить его на приволье Садов, но на защиту «пленника» горой встали остальные родичи, уж больно укромным и живописным оказалось местечко на кушетке за кустом. Нарочито решительным шагом, преодолевая неуверенность, эльфийка, задрав вверх подбородок, приблизилась к говорящим и спросила:

— Росс, может быть, все-таки что-то можно сделать? Ей очень плохо!

— Прекрасный день, ваше высочество, принцесса Мирабэль, — вежливо поклонился секретарь, одним своим видом ненавязчиво напоминая о необходимости соблюдения треклятого этикета.

— Прекрасный день, лорд Росс, леди… — Бэль слегка кивнула головой, пока красавица поднималась с пола и, пряча заплаканное лицо за локонами волос, приседала в реверансе. Впрочем, никакие локоны не помешали принцессе уловить вновь разгоревшийся в ее глазах уголек страстной надежды.

Женщина видела перед собой не изящную фигурку эльфийки с длинной косой и обеспокоенными карими глазами в трепете длинных пушистых ресниц, но принцессу, а, следовательно, — свой шанс на спасение.

— Вы можете устроить мне аудиенцию у короля? — с налету пылко спросила женщина, пока Росс пытался объяснить, что помощи Бэль не требуется.

— Можно попробовать, но вряд ли получится, — откровенно призналась девчушка, озадаченно нахмурив брови, дикати тут же замурлыкал что-то утешающее и принялся тереться о щечку хозяйки. — Дядя не любит, когда я мешаю ему работать и может сильно рассердиться. А зачем вам надо непременно его увидеть? Нет ли другого выхода?

— Нет, — горько покачала головой женщина. Массивные серебряные серьги поймали солнечный лучик и сверкнули с вызывающим оптимизмом. — Никто другой мне не поможет. Только король Лимбер своей властью монарха Мира Узла может дать мне разрешение на брак с любимым человеком. Но он отклонил уже третье мое прошение.

— Если его величество так поступил, леди Алира, значит, на то есть веская причина, — стоически повторил, вероятно, уже не раз приводимый довод секретарь и лишь самую малость нервно оправил манжеты тонкими пальцами. Весь же его облик являлся воплощением терпения усердного служащего, прилагающего максимум усилий, чтобы его объяснения были поняты и приняты посетительницей.

— Да знаю я, что и в Лоуленде повторные браки после союза гар-ноэрра запрещены, — отмахнулась женщина, — но ведь я не разводилась, мой первый муж мертв уже пятьдесят лет, а Шаэлля я люблю и хочу быть его женой, венчанной в храме, хочу родить ему законных сыновей, а не ублюдков! Эти запреты — всего лишь глупые предрассудки!

Ярость и боль звучали в голосе просительницы, руки сжались в кулачки.

— А почему ты не хочешь попросить помощи у Элии? Она ведь Богиня Любви! — запросто спросила Мирабэль, указывая на самый простой, как она была уверена, выход из практически любой (неприятности с мерзким Энтиором не в счет) жизненной ситуации.

Теперь настала очередь смутиться Алире. Нежный мазок румянца тронул доселе бледные, несмотря на яростный спор, щеки:

— Я не могу просить помощи у принцессы, я… однажды я нагрубила ей на балу!

— Ну и что? — переступив с ноги на ногу, простодушно удивилась эльфийка, машинально наматывая на пальчик выбившуюся из косы прядь вьющихся волос. — Попроси прощения! Элия добрая, она простит, и вообще ты же будешь просить помощи не принцессу Лоуленда, а Богиню Любви, она должна помочь, если ты сейчас любишь по-настоящему.

«Элия добрая?» — про себя усмехнулся Росс с ироничной полуулыбкой, впрочем, вмешиваться в беседу больше не стал.

— Ой, она сейчас только что в свои покои вернулась, пойдем, я тебя к ней приведу и заодно попрошу о помощи! — ощутив теплую волну родной силы, с энтузиазмом заявила Бэль, чуть не прыгая от нетерпения вместе с дикати.