Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1529

Много-много позже, утомленные, они лежали в полутьме на ковре в магической зале. Голова Элии покоилась на груди Нрэна, ногу богиня забросила на бедро Лейма. Блаженная улыбка блуждала по губам молодого бога. Воитель охрипшим от воплей голосом пробормотал:

— Это была твоя новая сила? Ты сегодня меньше сдерживалась? Или потому, что нас трое?…

— Всего понемногу, — протянула принцесса, скользнув рукой с бедра принца ниже и погладив его душу легчайшим касанием Силы Пожирательницы.

Нрэна снова подхватила могучая волна невыносимого на грани боли наслаждения, тело выгнуло дугой, невольный крик ожог горло. Отдышавшись, мужчина прошептал:

— Если это близко к тому, что ты дала Джею, я понимаю, почему он так жаждет испытать снова и почему ТОТ, — бог невольно нахмурился, вспоминая Черного Бога Пожирателя Душ, — хотел умереть именно так.

Не менее отчетливо мужчина понял и еще кое-что, о чем вслух не сказал. Если Элия порвет с ним, долго он точно не протянет, и никакая другая ни красивая, ни искусная любовница не сможет утолить всепоглощающей тоски, заменить Элию. Он принадлежит своей богине со всеми потрохами. Навечно. Почему-то эта мысль наполнила душу Нрэна неизъяснимым покоем. Случайно встретившись взглядом с Леймом, он прочел в зеленых глазах брата отражение этого знания и ироничный вопрос: «Ты только сейчас понял?».

— Вы спасли меня если не от смерти, то от безумия наверняка, — задумчиво констатировала богиня и блаженно потянулась, ощущая пусть новый, но по-прежнему строгий порядок, воцарившийся в тонких структурах.

— Скажи спасибо Бэль, — с теплой признательностью помянул сестренку Лейм.

— Малышке? — удивилась принцесса, поглаживая гладкую, теплую грудь кузена, по сравнению с ее мягким теплом, сухой жар, исходящий от тела воителя, казался живым огнем. Такой контраст был вдвойне приятен.

— Мне почему-то было не по себе после рассказа Гора о ваших странствиях в мирах, очень хотелось навестить тебя, любимая. Когда я появился близ покоев, Бэль уже бежала туда вместе с Нрэном, — ответил молодой бог, мягко опуская тот факт, что сестренка практически волокла старшего принца за собой на аркане. — Она почувствовала твою боль, ощутила, как ты зовешь нас!

— Богиня Исцеления. Ее суть проявляется все ярче! — шепнула тронутая до глубины души Элия, и, встряхнувшись, приподнялась с ковра: — Но раз я спасена, нет больше причины не принять ванную! Умирать можно и грязной, а вот жить лучше чистой! Кто со мной?

— Думаешь, кто-то откажется? — приподнял бровь Нрэн, чуть прижав к себе женщину, чтобы она ощутила его готовность к… водным процедурам.

— Не думаю, — бархатно протянула богиня, еще более укрепляя «стремления» любовника.

— А уж мы-то тем паче думать не в состоянии, пока ты рядом, любимая, — блаженно улыбнулся Лейм, лаская пальчики на ножке принцессы, Нрэн же лишь согласно вздохнул.

Глава 32. Миссия: утешения

Темный женский силуэт проскользнул на более светлом фоне окна девичьей спальни, задернутого плотными ночными шторами. Он остановился не у кровати под легким балдахином, а рядом с креслом. Там, опустив растрепанную головку на мягкие перила, свернулась клубочком хрупкая фигурка эльфийки. Даже во сне руки девушки бережно обнимали тихо посапывающую пушистую кошку Таису и малютку дикати, в меру сил утешавших ее.

На щеках девушки виднелись высохшие дорожки слез, длинные ресницы слиплись стрелками, но лицо Бэль было умиротворенно-спокойным. Она смогла заснуть лишь тогда, когда почувствовала, что с Элией все в порядке, а до того мига, игнорируя причитания заботливых горничных и борясь со сном, несла вахту на тот случай, если старшим братьям понадобится ее помощь в исцелении любимой сестры.

— Солнышко мое, — ласково улыбнулась взрослая богиня и бережно перенесла сестренку в кровать, попутно звездный набор облачил девушку в ночную сорочку.

Рука Элии потянулась поправить одеяло, соскользнувшее с остренького плечика, и Мирабэль распахнула глаза, засветившиеся радостью при виде кузины.

— Эли! — вскрикнула эльфийка и, выпрыгнув из кровати, повисла на шее сестры. — Ты выздоровела! Я так боялась за тебя! Как замечательно, что Лейм и Нрэн смогли тебя спасти! Мне так жаль, что я сама не смогла пойти, я такая слабая и бесполезная, не справилась с болью!

— Что за глупости? Ты умеешь прекрасно исцелять тело, видишь изъян в тонких структурах, а это уже немало. Врачевать же подобные недуги мало кому под силу. Подчас самое главное вовремя поставить диагноз и позвать на помощь. Ты привела ко мне тех, кто сумел помочь. Ты вылечила меня не в меньшей степени, чем Лейм и Нрэн, — серьезно ответила Элия, обнимая сестренку.

— Правда? — недоверчиво уточнила Мирабэль, потершись носиком о плечо кузины и вдохнув такой знакомый, такой успокаивающий аромат.

— Истинная правда, — серьезно подтвердила богиня. — Ты не могла приблизиться ко мне из-за обостренного восприятия деформаций силы, но именно эта чувствительность позволила тебе ощутить происходящее и определить тех, кто помочь в состоянии.

— Неверное, — задумчиво согласилась Бэль и нахмурилась. — Ой, я, наверное, обидела Джея.

— Джея? — удивилась Элия, не понимая с какого бока к ее проблеме примешался пронырливый братец.

— Его. Мы с замочками учились работать, когда колючки закололись и ты закричала. Я не знала, как объяснить все брату, почему-то мне казалось, что Джею ничего говорить нельзя, поэтому я сказала, что пока больше не хочу учиться, и убежала. Как ты думаешь, он на меня сильно рассердился?

— Я не думаю, что брат на тебя обиделся, дорогая, — погладила по спине сестренку принцесса. — У него часто меняется настроение, поэтому на твою перемену он тоже сердиться не должен. Сейчас уже поздно, тебе пора спать, поговоришь с Джеем завтра, но если хочешь, я загляну к нему и объясню, почему ты убежала.

— Хочу, спасибо. Я тебя так люблю, Элия, — тонкие ручки постарались как можно сильнее обнять сестру.

— Я тебя тоже люблю, моя хорошая, — ответила старшая богиня, — а теперь спи, а то не успеешь посмотреть все сладкие сны, приготовленные тебе медовой феей.

— Ага, — успокоенная Мирабэль зевнула, аккуратно прикрыв ротик ладошкой, и, свернувшись клубочком в кровати, мгновенно заснула, прежде, чем сестра подоткнула ей одеяло. Таиса и крошка дикати потихоньку перебрались из кресла под бочок юной хозяйки и тоже сладко засопели.

— Совсем еще дитя, — с мягкой снисходительностью качнула головой Элия, покидая спальню кузины, — надеюсь, Творец, ей не придется повзрослеть слишком быстро.

В чем-то Богиня Любви даже завидовала сестренке, той беззаботной легкости бытия, которую омрачали лишь придирки строгого Нрэна и подколки Энтиора. В семье Бэль любили и баловали. Каждый слуга в замке охотно шел на поводу у веселой шалуньи и потакал ее желаниям. Вспоминая собственное детство, прекрасная принцесса не могла не замечать разницу. Ее, до обретения силы богини и начала расцвета женственности, большинство родственников небрежно игнорировало. Зато потом молоденькой красавице пришлось выдержать немало сражений, чтобы доказать безжалостным, циничным, могущественным мужчинам свою силу и завоевать истинное уважение и любовь. Что ж, Элия не жалела о прошлом, оно стало превосходной школой и закалило характер, отточило до совершенства искусство укрощения и обольщения, сделало из легкомысленной, наивной девчушки прославленную Розу Лоуленда. Вот только иногда богиня задумывалась над тем, какой она могла бы стать, если б ей изначально доставалось столько тепла, заботы и любви, как Мирабэль.

Гирлянда мелких колокольчиков-бубенчиков на входе в апартаменты принца Джея подняла мелодичный трезвон. Она была навешанная владельцем столь хитроумным способом, что миновать преграду, не поднимая звуковой волны, мог только сам принц, да и то лишь пользуясь талантом Бога Воров, отмыкающего любые запоры и проникающего сквозь любые двери.

Сонный молоденький слуга вытаращил глаза на ночную гостью — прекрасное видение в шелесте темно-синего шелка, оттененного светлым водопадом волос — и вмиг подлетел с табурета. Резная мебель этой модели симметрично располагалась между множеством одинаковых дверей, ведущих в глубину апартаментов бога или не ведущих никуда. Двери ловушки, фальшивые двери, настоящие — разобраться в прихожей-шкатулке из дерева и золота мог только сам принц, затеявший игры с многомерным пространством.