Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1335

– Эй, чего это с твоим телевизором? – возмущенно завопил Связист, немало времени, вопреки обычаям Сил, проторчавший в урбанизированных мирах (в последнем случае, приведшем к знакомству с семейкой Лимбера, довольно долго и отнюдь не по своей воле). Он даже освоил местный жаргон и простейшие приемы обращения с упрямой техникой, то и дело сбоящей в присутствии магических созданий. Вот только у окна Повелителя Межуровнья не существовало задней стенки, крышки и розетки, по которым можно было бы врезать кулаком в случае неполадок.

– Существует вероятность возникновения резонансных колебаний между предметами, побывавшими в Межуровнье, и окном. Некоторые жители миров обладают повышенной чувствительностью к явлениям подобного рода. Не стоит подставлять герцога из-за собственного любопытства, – спокойно пояснил Злат разочарованным Силам.

– А Элегора о сем феномене и планируемых действиях ваше темное лордство не стало извещать заблаговременно, дабы мальчик не утратил веселый кураж? – мягко уточнила принцесса и получила ответный кивок Повелителя Межуровнья.

– Жаль, что ничего не видать, – скорбно вздохнул Связист и разом сдулся в могучих плечах как старый воздушный шарик. – Мне теперь и так путь в миры заказан, так хоть поглазеть хотелось, как у парня дела идут…

– Мм, – потирая подбородок, прищурился Злат, словно ему только что пришла в голову интересная мысль. – Возможно, существует способ, который позволил бы тебе вернуться. Если в моих владения Силам столь тоскливо…

– Ты только не обижайся, у тебя здорово, но я же Вольная Сила, мне нужно быть в мирах, там мои призвание и жизнь, так велит моя суть, – виновато, в опасливом ожидании очередной головомойки от Элии по поводу вопиющей неблагодарности, пробормотал Связист, сопровождая каждую паузу в речи очередной серией печальных вздохов.

– Какой способ? – вопреки опасениям Связиста весьма заинтересованно и с искренним сочувствием коснувшись его плеча, спросила богиня.

– Звездный Тоннель, – просто признал Злат.

– Пропустить Силу через иную Силу? – восхитилась шокирующему своей необычностью предложению принцесса и озадаченно нахмурилась: – Возможно ли такое?

– Почему бы и нет. Абсолютная разница в структурах исключает опасность слияния и делает вероятность изменения Вольной Силы под воздействием нестандартного константного Источника весьма возможным. Если такое произойдет, ни по старому слепку структуры, ни по воспоминаниям уже нельзя будет выследить Связиста, – рассудил мужчина, опираясь на почти безграничные темные знания, таящиеся в глубинах его таинственной души.

– Рискнешь? – Элия повернулась к Силе, жадно ловящей каждое слово.

Разрываясь между страхом и желанием вновь обрести желанную свободу, та нервно почесала затылок, а потом, махнув рукой, выпалила:

– Да, вот только Тоннель-то как на эту авантюру посмотрит?

– Ему будет весьма интересно, – констатировал Повелитель Путей и Перекрестков, пряча в уголке рта улыбку.

– Тогда я согласен. Мне так идти, или ты опять дверь откроешь? – нахально поинтересовался Связист.

– Разумеется. Ступай! – Злат снисходительно взмахнул рукой, и вид в окне снова превратился в черно-серебристый вихрь.

Пока непредсказуемый, как буря между мирами, но неизменно грозный нравом Повелитель Межуровнья не передумал, Связист торопливо кивнул, изобразил подхваченный в каком-то религиозном мирке символический жест «Творец, оборони!» и нырнул в звездно-черное окно, притягивающее взгляд не хуже зловещего Водоворота Бездны.

– Какое несусветное великодушие и участие к страданиям Сил у Повелителя Путей и Перекрестков, с чего бы это? – скептически поинтересовалась Элия, разглядывая Злата из-под полуопущенных ресниц.

– Все от страстного стремления остаться наедине с некой прекрасной богиней, – ответствовал Злат столь же иронично, но под флером ироничности в словах чувствовалась удивительная для столь скрытного создания искренность.

– Какие экстравагантные у вас фантазии, милорд! – «поразилась» богиня, постукивая пальчиком по губе.

– Насмотревшемуся на твои забавы с принцем Лоуленда и не такое в голову придет, – с резковатой усмешкой ответил мужчина.

– Все еще злишься? – спросила принцесса, коснувшись обжигающе-горячей ладони Злата.

– Нет, скучаю, а ведь со времени последних встреч прошло всего несколько семидневок. – Яростный малахитовый блеск глаз Повелителя и почти мрачное выражение его лица подтверждали правдивость слов. Он мог бы, но не желал лгать принцессе, с ней единственной Дракон Туманов, великий Властелин Обмана и Иллюзий, жаждал быть откровенным. Он знал, что в свой черед богиня не будет пытаться обмануть его и, несмотря на его гнев или злость, останется честной до конца отнюдь не из страха перед разоблачением, а по собственной воле.

– Я тоже скучаю по тебе, – серьезно согласилась Элия, – живым существам, как бы ни были они могущественны, свойственна потребность в общении.

– Так странно и непривычно. Раньше мне никто не был нужен. То, что я испытываю – слабость, и она должна быть неприятна, однако я не хочу отказываться от этих переживаний…

– Да уж, лови момент, по твоим меркам я далеко не вечна, – философски пошутила Элия.

– Никогда больше не говори так! – Горькая ярость Повелителя Межуровнья, казалось, заполнила собой зал. Тени сгустились и заплясали по стенам, резко потемнели окна, ослепительно-серебряным засиял узор на полу. Послышалось хлопанье гигантских крыл, закрывающих небо, и громовой рев чудовища, способного в мгновение ока сокрушить Вселенную. На несколько секунд Дракон Бездны перестал скрывать свою суть. – Никогда! Если что-то случится, миры, Силы, Творец – все жестоко пожалеют, что отняли тебя у меня! – Злат порывисто прижал Элию к груди, словно хотел впитать ее, навсегда оставить в себе.

Богиня почувствовала: еще секунда, и ее кости хрустнут, как первый ледок на луже. Однако голос женщины, привыкшей к неистовым проявлениям чувств мужчин, пусть и не таких бесконечно могущественных, как Злат, остался безмятежно мягким:

– Нет, дорогой, ты не должен так поступать.

– Даже ты не смеешь мне приказывать, не забывай об этом! – Малахитовое пламя гнева горело в глазах чуждого мирам создания, впервые осознавшего уязвимость того, что ему дорого, собственное бессилие и невозможность хранить сокровище вечно.

– Разве я приказываю? Я прошу. – Спокойная безмятежность серых озер притушила яростный огонь Злата, он отпустил принцессу. – Ради нашей дружбы, дорогой друг, ради тех доверия и радости, которые она принесла нам! Что бы ни случилось, умерь свою ярость. Гнев не лучший советчик. Подумай, я верю в твою мудрость. И если поймешь, что случилось то, что должно, – не бушуй. К чему, скорбя обо мне, раздирать в клочья то, чем я дорожу?

– Чтобы умерить боль… Но всего этого может никогда не случиться, Элия. Останься со мной здесь – не как пленница или Темная Госпожа, довольно того, какая ты есть сейчас. Даже величайшие демоны поклоняются тебе и приносят дары. – Губы Повелителя искривил намек на улыбку. – Если ты боишься за родичей, так к твоим услугам все окна моего зала, наблюдай. – Злат резко взмахнул рукой. Часть изображений сменилась, являя принцев Лоуленда за их повседневными занятиями.

Кэлер играл на гитаре и пел в каком-то кабаке перед восторженной публикой развеселую песню. Джей безмятежно дрых в кровати принцессы, Эйран по-прежнему разгребал бумажные горы, Элтон, нацепив на нос совершенно не нужные ему очки, листал какую-то книгу и делал выписки. Рик и Клайд сооружали в огромном котле, кипящем на медленном огне, какой-то грандиозный коктейль из целой батареи разномастных бутылок и горы специй. Тэодер, соединив пальцы рук домиком, меланхолично наблюдал за тем, как Ментор и Ноут «успокаивают» чем-то недовольных джентльменов в дорогих темных костюмах. Лейм работал с огромной чертежной доской, Лимбер давал поручения целому отряду чиновников. Бэль сидела на дереве, лопала сушеные вишни и косточками стреляла из рогатки по собственной шляпе, нацепленной на ветку соседнего дерева. Нрэн тренировал насквозь мокрого от пота и уже немного похудевшего Мелиора, Кэлберт кидал куски сырого мяса в пасть ручному морскому дракону, Энтиор охотился в Гранде…