Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1296

Убедившись, что Грем утолил жажду, Нрэн почти брезгливо сдернул с шеи эмалевый медальон и сунул его вместе с «портсигаром» в седельную сумку. Вскочив на коня, бог вслушался в свои ощущения. Чернокнижник, приговоренный к смерти Белым Советом в результате чьего-то пророческого бреда, пока еще был очень-очень далеко, путь предстоял неблизкий, но это нисколько не расстроило воина. Ждать он умел, поскольку знал, что рано или поздно обязательно добьется своего. Выбрав направление движения, принц тронулся в путь, предоставив жеребцу самому решать, с какой скоростью двигаться. Если расчеты бога были верны, то ехать предстояло не меньше десяти суток, конечно, при условии, что не случится никаких непредвиденных задержек.

– Ну как, все готово? – подскочил к Элии Связист, стоило ей появиться в одной из личных уединенных зал Повелителя Межуровнья, обставленной с той же вызывающей роскошью, как и тронная, но с несколько меньшими помпезностью, торжественностью и мрачностью.

По всей видимости, в планы Злата не входила демонстрация подданным Силы Посланника с Уровней в качестве домашней зверушки, поэтому Связисту предоставили помещение где-то в глубине Лабиринта, который некоторые несведущие тупицы именовали Замком Повелителя. Силы сменили блондинистую оболочку на жгуче-брюнетистую, даже глаза во избежание сходства с дичью Темного Братства окрасили в благородно-серый оттенок, и несколько поумерили привычную мускулистость, сделав тело чуть менее массивным. Словом, Связист замаскировался, предпринял все возможное, дабы не лишиться любимого телесного облика. И теперь это создание подскакивало вокруг Элии с нетерпением негра-баскетболиста, ждущего, когда же ему бросят мяч.

– Всего не просчитаешь, но Энтиор отправился с докладом… – пожала плечами богиня и скрестила пальцы, показывая, что теперь все в воле Сил Случая.

– Твой брат в безопасности. Мы предусмотрели главное – мое заклятие на медальоне. А оно безупречно, – счел нужным успокоить женщину Злат. Оторвавшись от огромной, снабженной яркими иллюстрациями и очень старой на вид книги, которую он до визита принцессы листал с широкой полуиздевательской, полуудивленной улыбкой, Дракон Бездны коротко глянул на красавицу.

– Благодарю, вас, о Повелитель, вы несказанно щедры в своем удивительном великодушии! Осмелюсь ли я умолять о чести облобызать ваши ноги, ибо царственные длани заняты сим великолепным фолиантом? – не без сарказма вопросила богиня, чуточку оскорбленная столь небрежной встречей.

– А не лучше ли выдернуть из дланей книжку и врезать мне по шее? – рассмеялся Злат, захлопывая и откладывая на стол толстенный том, под которым, пожалуй, могла бы с успехом спрятаться трехгодовалая Бэль.

– Тоже вариант, – милостиво согласилась богиня, подходя поближе, чтобы во всех подробностях разглядеть обложку зачаровавшего Повелителя Межуровнья творения. – Что тебя так заинтересовало?

Изукрашенная золотыми фигурными накладками с драгоценными каменьями книга носила весьма незатейливое название: «О Бездне Великой и Тварях, в ней таящихся».

– Это я ему раздобыл, – гордо похвастался Связист, выпятив грудь. – Редкая вещица!

– Воистину столь пестрое собрание вранья, перемешанного с бредом безумцев, встретишь не часто, – чистосердечно подтвердил Злат. – Прости, дорогая, никак не мог оторваться!

– Пусть вранье, зато какие картинки! – не остался в долгу Связист и гордо ткнул пальцем в одного из демонов на обложке, отличавшегося особенно глумливой ухмылкой и гипертрофированными признаками пола.

– Потрясают, – снова согласился Повелитель, и Элия невольно отметила, что нелюдимый одиночка Злат рад столь неожиданно навязанной ему компании Вольной Силы, пусть и скрывает свои чувства под маской едкой иронии. – Особенно если учесть, что это портрет азждабриса, вовсе не имеющего того, что здесь изображено, в таких подробностях.

– Бедолага! – от души посочувствовал демону Связист.

– Скажите лучше, как вы тут поживаете? – обратилась богиня к собеседникам.

– У него тут здорово! И еда всякая есть! А вин коллекция – закачаешься, даже с вашими погребами поспорить может! Лиенский с Риком от зависти сдохли бы! Артефактов столько, что Клайд душу бы запродал, чтобы хоть глазком глянуть! Одежду мне из шелка арадов дали, мягкая, почти невесомая. – Связист нежно погладил дорогую и очень красивую материю глубокого синего цвета и, вздохнув, неожиданно печально закончил: – Вот только баб нет, а так хорошо, небось лучше, чем твоему брату Энтиору. Никогда мне его надменная рожа не нравилась, но чтобы пойти и в глаза Темному Братству сбрехать, мужество и наглость нужны изрядные.

– Он выстоит, – уверенно заявила богиня. – Энтиор может быть очень разным, и отнюдь не каждая сторона его личности приятна окружающим, но у него душа принца Лоуленда. Если надо, мой брат будет гибким и прочным как живая сталь.

– Мы говорим именно о том самом манерном вампире, который домогался меня на Новогодье? – с высокомерным пренебрежением удивился Злат.

– Вот тебе еще одно доказательство его мужества, – рассмеялась Элия, а в сознании принцессы мелькнула мысль: «Если серьезно, кажется, пока даже сам Энтиор не знает того, каков он настоящий, без всей этой наносной шелухи изысканных извращений».

– Жаль, нельзя за ним посмотреть, – снова нервно заходил по зале Связист, волнуясь за того, кто, может быть, уже в эти минуты из-за него подвергал себя опасности.

– Мы решили не подвергать принца лишнему риску, – слегка сожалея о пропущенном развлечении, согласился Злат. – Даже на Уровнях есть существа определенного сорта, которые чувствуют мой взгляд.

– Кстати, ты еще не показывал Связисту свою «особую» коллекцию? – уловив, что в разговоре речь ни разу не зашла о Картах Колоды Джокеров, полюбопытствовала у Повелителя принцесса.

– Нет, – отозвался Дракон Бездны, задумчиво хмурясь. – Только процитировал пророчества. Я решил подождать тебя, дорогая, дабы рассказ о Колоде сопровождался пояснениями очевидицы событий, способной рассказать о путях появления каждой Карты. Вся полнота представления очень важна для Сил, тем более для этой.

Весьма удивившись терпеливости Связиста (тот ответил ей жалобным взглядом из серии «Мне очень хотелось, но у такого типа попробуй попроси того, чего он дать не хочет, вообще забудешь, как слова произносятся!»), Элия весело объявила:

– Тогда, дорогой, тащи из захоронки Карты, будем сплетничать!

Он шел, печатая шаг, по бесконечному коридору Тьмы, такой бездонной и холодной, что без труда можно было разувериться в существовании тепла и света. Призрачные тени вставали за его спиной, плясали по стенам, потолку, забегали вперед, и ни одна из них не была похожа на его отражение. Его то окутывало безмолвие, поглощавшее любой звук, то четкий звук шагов и перезвон шпор на высоких сапогах становились слышны совершенно отчетливо или даже преувеличенно громко. Но никогда нельзя было угадать, в какую секунду безмолвие снова накроет его своим крылом. Впрочем, он нисколько не боялся, ибо давно привык к фокусам замка Темного Братства, поражающим впечатлительных неофитов и подневольных «гостей», которым никогда не суждено было отыскать выход наружу. Но Энтиор давно усвоил, что сама по себе Тьма безвредна, бояться следует не призрачных видений, а живых созданий, прикрывающихся мраком, словно плащом. Он и сам был из тех, кто призван рождать благоговейный ужас пред ночью и сладкую дрожь предвкушения ее неисчислимых соблазнов.

Вероятно, «осознав» бесплодность попыток напугать принца Лоуленда, коридор внезапно свился в кольцо, словно живой, и вывел пришельца прямо к завесе мрака, полыхающей холодным черным огнем. Секунду полюбовавшись эффектным видением, бог решительно шагнул в пламя, только взметнулись полы его странно опаленного с одной стороны, но оттого не ставшего менее эффектным плаща. И вот уже адепт Ловчий, ничуть не пострадавший в черном огне, предстал перед Верховным маршалом Братства.