Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1022

Пока воины не принимали участия в танцах. По традиции, поджав под себя одну ногу, они, сбросив все подушки на пол, чинно сидели и не спеша обменивались философскими фразами, поглаживая религиозные символы, вырезанные на посохах.

Привлеченные овацией и объявлением распорядителя о прекрасной паре контраста, Дарис и Итварт тоже лицезрели исчезновение Элии.

– Стоит беспокоиться? – осторожно осведомился учитель принцессы, так еще и не разобравшись до конца в хитросплетениях интриг и проблем двора.

– Нет, – отрицательно покачал головой Дарис, бросив быстрый взгляд на некоего тритона и Смерть в углу. – Он не причинит ей вреда.

Через пять минут Элия действительно вновь возникла в зале, и Итварт заметил:

– Ты угадал.

– Я слишком хорошо научился терять и ждать, чтобы теперь нервничать по пустякам, – с легкой грустью улыбнулся воин, вновь на мгновение вернувшись в жуткие альвионские века без Элии. – Времени на это у меня было предостаточно. К тому же те, которые любят принцессу, не причинят ей вреда.

– Но ты сумел дождаться, сумел заставить себя ждать, – утвердительно спросил Итварт, думая уже о своей великой печали.

– Да, – кивнул Дарис, чувствуя, что новый знакомый завел этот разговор не из тривиального любопытства, и странно доверяя учителю Элии, может быть, потому, что почувствовал в его душе боль, похожую на ту, которая так долго жила в его собственной душе. – Поняв, что ни найти, ни забыть не могу, я приказал себе это сделать. Нашел новую цель: хранил для нее ее мир.

– Спасибо, – просто, но очень серьезно сказал Итварт, склонив голову.

– За что? – удивился начальник дворцовой стражи.

– За то, что дал мне надежду. Впрочем, она тоже говорила мне об этом, тогда, когда я готов был слушать, но понять не смог. Возможно, еще не поздно, – ответил учитель богини, вспоминая один из их разговоров во время тренировки и содержавшийся в нем намек. Теперь он видел его так ясно.

Бог замолчал и, спокойно следя за богиней взглядом, замер, словно чего-то выжидая. Пока одни радовались тому, что их страшные страхи не оправдались, кое-кто боролся с ревностью, набирался смелости или просто стеснялся, пока Итварт думал, к принцессе шустро протолкался худой взлохмаченный парень с уникальной для Лоуленда прической стиля «гидры подыхают стоя», в драных брюках неопределенного синего цвета с белыми разводами и в длинной, почти до колен, обтрепанной люминесцирующей майке с фотографией голой девицы. Этот некто, пользуясь тем, что окружающие не успели среагировать на его наглое появление, нахально предложил принцессе:

– Потанцуем, дорогая? Не откажешь старому приятелю?

– Пошли, – фыркнула принцесса, принимая предложение Оскара, и вложила свою ладонь в его смиренно протянутую руку.

То ли Оскар понял, что этим Элию не проймешь, то ли в последнее время всерьез налегал на выработку умений увертываться из-под ног партнерши при движениях под музыку, параллельно следя за тем, чтобы самому не придавить ненароком туфельку даме, но на сей раз экс-барон двигался на удивление аккуратно, почти грациозно. Хотя, судя по тому, с каким настороженным видом он взирал на кончики клыков принцессы, проглядывающие в улыбке ярких губ, Оскар просто опасался сделать неверный шаг.

– Тебе понравился мой костюм? – самодовольно поинтересовался мнением принцессы барон с почти ребяческой ухмылкой.

– Забавно, оригинально, – одобрила богиня. – Жаль только, что пришлось надеть маску, очки бы к нему подошли больше. Но в любом случае ты единственный в зале, кто одет в таком стиле. Не хватает только убойного запаха сигарет, к которым так пристрастились урбомиры.

– Я от них чихать начинаю, – честно признался Оскар с некоторым смущением.

– А вот Лейм одно время баловался, пока не напоролся в прокуренной одежде на меня. Потом еще ему и Нрэн наподдал, – с улыбкой вспомнила Элия.

В вольном Лоуленде, где, казалось, приветствовались и цвели махровым цветом все пороки миров, искусство табакокурения не нашло своей ниши из-за абсолютной бесполезности с точки зрения достижения удовольствия. Никотин не оказывал на лоулендцев никакого эффекта, и привыкшие к сложным заклятиям, драгоценным амулетам, ароматным куреньям и зельям боги воротили нос от редких глупцов, пытавшихся притащить в королевство вонючую и совершенно бесполезную заразу. Так что жертвой привычки к табаку становились лишь одиночки, слишком долго шлявшиеся по урбомирам, чтобы успеть подхватить дурную привычку.

В королевской семье пробовал курить табак Лейм, с юношеской восторженностью считавший эту привычку атрибутом своей принадлежности к миру техники, до тех пор, пока всегда ласковая сестра брезгливо не отшатнулась от него при встрече, уловив подозрительный запах.

Иногда, тайком, вспоминая о первых годах своих вольных блужданий по измерениям, покуривал Кэлер, но, зная о тонком обонянии сестры и чувствительном нюхе многих братьев, всегда использовал простенькие чары удаления запаха. В противном случае Энтиор и Мелиор закатили бы грандиозный скандал с визгом, а потом еще полгода поминали о вульгарных пристрастиях родственничка.

Сочувственно вздохнув, Оскар ярко представил себе кузена принцессы – великого бога войны с сурово сдвинутыми бровями – и, невольно поежившись, пробормотал:

– Да, не повезло парню.

– Зато желание курить табак пропало навсегда, – отрезала Элия, приседая в малом реверансе танца.

– Хорошо, что я не курю, – очень искренне признался барон, метнув в сторону маячившего в углу лорда Морта опасливый взгляд. – Знаешь, а ведь я пригласил тебя на танец с меркантильной целью.

Элия демонстративно прошлась взглядом по всем доступным взору драгоценностям – бесценному подарку Злата, проверяя, все ли на месте.

– Э, нет, с другой меркантильной целью, – хмыкнул Оскар и решительно выпалил: – Как считаешь, его великое величество Лимбер читал мое прошение или сразу использовал его по назначению в сортире?

– Бумага же гербовая. Не жестковато будет? – с сомнением протянула принцесса, чуть нахмурившись в раздумье.

– Ну, Элия, а серьезно? – нервно спросил барон, свободной рукой еще больше взлохматив волосы.

– Лежит твое прошение у него в почте, лежит, со всеми сопутствующими документами, даже ходатайство Лиенского не затерялось, – успокоила Хоу богиня с невинной улыбкой. – Кроме того, стопка документов по твоему делу за последнее время существенно увеличилась за счет неких гениальных стихотворных произведений, доказывающих безмерную пользу барона для короны и государства в области литературы. Энтиор об этом лично позаботился. Так что когда государь вернется к рассмотрению дел, ему будет на что опереться в своем решении.

– И? – убито прошептал Оскар, мысленно на чем свет стоит кляня свое неуемное перо и вдохновение, абсолютно не подчиняющееся дипломатическим расчетам.

– И думаю, ответ будет положительным. Твои владения, пока находящиеся в ведении короны, не настолько велики и доходны, чтобы цепляться за них любой ценой вопреки законам государства. Кроме того, папа любит сатиру, не в пример некоторым излишне самолюбивым детям. А еще к твоему заявлению приложена небольшая бумажечка с личной печатью и ходатайством некой принцессы, мнение которой весьма ценится его величеством, – снова успокаивающе повторила богиня Оскару то, что уже говорила герцогу, и присела в заключительном реверансе.

– Благодарю, Элия, – совершенно искренне сказал Оскар и, поклонившись партнерше, поспешил раствориться в толпе.

Сделал это мужчина весьма поспешно, поскольку взгляд, которым ревнивая Смерть следила за некурящим бароном на протяжении всего танца, нельзя было бы назвать доброжелательным и с очень большой натяжкой. Даже фиолевое вино не могло избавить Хоу от страха, который он испытывал перед тяжелой рукой воинственного бога.

– Прекраснейшая!

– О, темная роза!

– Ночная фея!

– Сумеречная незнакомка!

Заговорили, привычно обступив освободившуюся богиню, надеющиеся на следующий танец поклонники. Но прежде чем кто-то успел «зафрахтовать» принцессу, к ней протолкался Итварт, оставив Дариса на скамье в полном одиночестве задумчиво поглаживать посох.