Хэдли и Грейс - Редферн Сюзанна - Страница 12

Проблема в том, что она не знала, что с этим делать. Оставить себе? Отдать миссис Торелли?

Женщина наставила на нее пистолет. Грейс понимала, что при другом раскладе миссис Торелли без колебаний забрала бы все деньги и оставила ее ни с чем. Зато теперь миссис Торелли прыгала на босой левой ноге, держа туфли в свободной руке.

Грейс остановилась.

– Что? – спросила миссис Торелли. – Еще и машину мою украдешь?

Грейс глубоко вздохнула. Она ничего не крала. Она заключила сделку, и, как и ее бездельник муж, миссис Торелли попыталась обмануть ее. Но это были большие деньги. Голова шла кругом, пока она пыталась понять, как правильно поступить.

Миссис Торелли убрала руку с плеча Грейс.

– Я уезжаю.

– Ты не сможешь вести машину, – возразила Грейс.

– Я справлюсь. – Словно в доказательство этого миссис Торелли сделала шаг, отчего чуть не упала, а потом еще один и повалилась навзничь. Ее лицо исказилось от боли, когда она прижала раненую ногу к груди.

– Как я уже сказала, – повторила Грейс, – ты не сможешь вести машину.

Миссис Торелли сердито глянула на нее.

– Я ненавижу тебя.

– Ну, ты тоже можешь не ждать от меня подарков на Рождество.

Лицо миссис Торелли нахмурилось, и, хотя она была по крайней мере на десять лет старше Грейс, сейчас, сидя босиком на тротуаре и держась за ногу, она выглядела как малышка-переросток, у которой сломалась любимая игрушка.

– Пошли, цветочек, – позвала Грейс, присев рядом с ней. – Я отвезу тебя туда, куда нужно.

Миссис Торелли не двигалась. Она продолжала держаться за ногу, вид ее при этом был обреченный.

– Послушай, миссис Торелли, здесь не так много вариантов. Либо ты позволяешь мне помочь, либо звонишь в Uber и приглашаешь кого-нибудь забрать тебя с места преступления.

Миссис Торелли наклонила голову сначала в одну сторону, затем в другую, ее глаза сузились, а потом расширились, как будто она только сейчас поняла, что у нее могут быть проблемы из-за того, что она сделала. Она посмотрела на землю, покачала головой и расплакалась. Дерьмо.

– Почему? – бормотала миссис Торелли сквозь слезы, продолжая трясти головой.

– Что «почему»? – спросила Грейс, теряя терпение. Майлз в машине, и теперь, когда дела обстояли так, как есть, ей хотелось уехать как можно дальше от этого места.

– Почему ты мне помогаешь?

– Понятия не имею, – призналась Грейс, думая, что ей следовало просто оставить Хэдли на полу в ванной. Она уже собиралась сказать миссис Торелли, что уходит, когда женщина приподнялась на корточках и протянула ей руки. С огромным усилием Грейс подняла ее на ноги и помогла дойти до внедорожника.

Через минуту они припарковались рядом с ее «Хондой». Грейс чуть не заплакала от облегчения, когда нашла Майлза мирно спящим в своем автокресле. Она понесла его к внедорожнику.

– Ты принесла ребенка на ограбление? – удивилась миссис Торелли, когда Грейс пристегнула его сзади.

– А ты надела шпильки? – парировала Грейс. Она хлопнула дверью и вернулась обратно к «Хонде».

13

Хэдли смотрела, как дышит Майлз. Она сидела на пассажирском сиденье собственного автомобиля, на месте ограбления и с чужим ребенком. Покачала головой. Она многого ожидала от этой ночи, но уж никак не этого.

Хэдли согнула ногу, и на глаза вновь выступили слезы. Она не может ходить. Не может водить машину. У нее нет денег. Она даже не выехала из округа Ориндж, и все ее надежды на побег рухнули. Сейчас лучший вариант для нее – следовать плану Фрэнка и надеяться, что он никогда не узнает, что она участвовала в ограблении.

Она закусила губу, чтобы сдержать свои чувства, зная, что дети очень чувствительны к эмоциям других, даже когда спят.

Дверь открылась, и Грейс забралась внутрь. Ее щеки раскраснелись от быстрой ходьбы и от того, что она несла тяжелую сумку с деньгами.

– Куда? – спросила она.

– Отель «Айрес» на Эль-Торо, – пробормотала Хэдли.

Грейс окинула ее непонимающим взглядом.

– Мы уезжаем, – пояснила Хэдли. – Или, по крайней мере, собирались уезжать.

Грейс ничего не ответила. Не говоря ни слова, она завела машину и выехала на дорогу.

Через несколько минут Хэдли добавила:

– Вот почему я хотела взять деньги. Чтобы сбежать.

– Я не отдам их тебе, – прямо ответила Грейс.

– Я не просила тебя об этом. – Хэдли фыркнула и скрестила руки на груди. – Я просто пыталась объяснить, что делала сегодня вечером и почему пыталась заполучить свои деньги.

Машина резко повернула направо, и Хэдли соскользнула вбок. Ей приходилось держать себя в руках.

– Тебе что-нибудь заказать? – спросила Грейс, подъезжая к окошку для заказов бургерной «In-N-Out».

– У меня нет денег, – съязвила Хэдли.

– Я угощаю, – парировала Грейс без капли жалости.

– Нет, спасибо.

Грейс заказала два чизбургера, картошку фри и шоколадный молочный коктейль, и Хэдли начала ненавидеть ее еще больше. Если бы Хэдли так питалась, через неделю она была бы размером с моржа. Между тем Грейс, должно быть, весит не больше ста фунтов.

Грейс поставила еду на консоль между ними, и запахи фастфуда соблазнительно донеслись до носа Хэдли.

– Точно ничего не хочешь?

Хэдли покачала головой, а живот протестующе заурчал.

Грейс свернула обратно на дорогу, но через квартал съехала к бордюру и остановилась. Ее руки сжимали руль, а взгляд был устремлен на черное небо через ветровое стекло. Она смотрела на него так пристально, что Хэдли задалась вопросом, что же она там ищет.

Наконец, шумно выдохнув, она повернулась к ней.

– Давай разделим их, – сказала она.

Хэдли моргнула.

– Деньги, – объяснила Грейс. – Мы договаривались «пятьдесят на пятьдесят». Значит, тебе нужно взять половину.

Хэдли недоверчиво сощурилась.

– Почему? – спросила она.

– Карма, – честно призналась Грейс. – Я верю в это. Может, я и дура, но чувствую, что если не отдам тебе твою половину, то буду сожалеть об этом, и это плохо скажется на моей карме, так что возьми свою долю.

14

Грейс запыхалась к тому времени, как ей удалось вернуться в комнату миссис Торелли, неся одновременно автокресло с Майлзом, сумку для подгузников, полную денег, сумку с едой из «In-N-Out» и продуктовую сумку, набитую подгузниками Майлза, бутылочками и смесью.

Миссис Торелли сидела на стуле рядом с кроватью, положив ногу на матрас, лодыжка распухла и посинела.

Грейс положила Майлза на кровать, забралась вслед за ним и бросила на одеяло сумку, из которой высыпалась куча наличных – пачки по двадцать, пятьдесят и сто долларов. И пистолет.

Ее взгляд скользнул от пистолета к миссис Торелли.

– Прости, – пробормотала миссис Торелли. – Я бы в тебя не выстрелила.

Она выглядела такой расстроенной, что Грейс стало немного жаль ее. Миссис Торелли была похожа на женщину, которая и жука не раздавит, и до сегодняшнего вечера она, вероятно, никогда даже не прикасалась к оружию.

Грейс положила пистолет обратно в сумку, где его не было видно, и вернулась к деньгам. При взгляде на них ее затошнило. За всю жизнь Грейс на ее счету никогда не было больше денег, чем хватило бы на месячную аренду квариры, а сейчас в нескольких дюймах от нее лежало столько банкнот, что их хватило бы, чтобы начать совершенно новую жизнь. Деньги, которые ей не принадлежали.

Она бросила взгляд на Майлза, спавшего в своем автомобильном кресле, его рот был приоткрыт, а маленькие кулачки сжаты поверх ремней, потом она полезла в пакет, схватила гамбургер, развернула обертку и впилась в него зубами. Прикрыв от удовольствия глаза, она почувствовала себя немного Скарлетт О’Хара в «Унесенных ветром», когда та говорила: «Я никогда больше не буду голодать».

Чувствуя, что миссис Торелли наблюдает за ней, она открыла глаза и предложила: