Святейший кровопийца. Том 1 (СИ) - Копьев Демьян - Страница 26

Пока понаблюдаю издалека, а там видно будет.

К ордену Святой Инквизиции я подъехал за десять минут до начала экзамена.

— Куда прешь, парень? — дорогу мне преградили дежурившие на воротах стражи.

— На экзамен.

— Пропуск.

— Держите, — пошарив в карманах, вытащил клочок бумаги, выданной мне Проскуриным.

— Проезжай, точнее — проходи. Сявка! — на громогласный крик инквизитора, выбежал мальчишка лет четырнадцати и сразу же схватил лошадь под уздцы.

Строптивая кобыла поначалу упёрлась, не желая никуда идти с незнакомым человеком, но пацан что-то прошептал, погладил Красотку по носу, и та послушно побрела следом.

Похоже у парня был дар ладить с животными.

— Не беспокойся, Сявка отведёт лошадь в конюшню. Если выживешь на экзамене, заберёшь. Нет, значит кобыла останется ордену, — усмехнулся страж.

— И что, настолько жёсткий нынче отбор в инквизиторы?

Оба стража посмотрели на меня как на идиота.

— А ты даже не выяснил, как именно будет проходить экзамен?

— Нет. Это не имеет значения, потому что сегодня я, в любом случае, вступлю в ваши ряды.

— Самоуверенный и наглый. Мне такие нравятся. Удачи.

— Благодарю.

— И ещё один совет. Если пройдёшь испытание, постарайся не попасть в ученики к Проскурину.

— А что так?

— Мужик — зверь. Он таких как ты на завтрак ест.

Скептически скривился. Ну да, с первого взгляда Семён Владимирович действительно производил подобное впечатление, но я уже понял, что это всего лишь маска. Проскурин был вполне себе нормальным мужиком, если бы не стремился уничтожать всю нежить без разбора, но над этим я поработаю. Убедить инквизитора, что отличные от людей создания тоже имеет право на существование будет сложно, но я и не таких перевоспитывал. Мы ещё посмотрим кто чьим учеником станет.

— А я всё-таки рискну, — хмыкнул в ответ, — Так куда мне идти?

— Обогнешь главное здание и сразу увидишь полигон. Не промахнёшься.

Поблагодарив стражей, направился в указанном направлении.

Подходя к полигону, заметил, как группа кандидатов уже готовилась к испытаниям.

Их лица были напряжены, а глаза горели решимостью. Я понимал, что каждый из них был способен на всё ради шанса стать инквизитором. Экзаменаторов ещё не было, а значит, можно было осмотреться.

В центре стояли деревянные мишени, а рядом с ними на небольшом уступке лежали мечи, арбалеты и даже два магических посоха. Качество так себе, но для нас другого бы и не выделили. Впрочем, все участники сегодняшнего действа имели своё оружие.

Охочих вступить в ряды ордена Инквизиторов оказалось семеро. Четыре парня и две девушки. Сейчас они разминались на полигоне, решив показать свою удаль, вдруг кто из экзаменаторов увидит их до начала экзамена и оценит по достоинству.

Парни с легкостью метали ножи в мишень, а девчонки решили продемонстрировать мастерство боя на мечах, сражаясь с воображаемым противником, тем самым показав свою ловкость и силу.

Громкий гудок оторвал меня от наблюдения за ребятами. Повернул голову в направлении звука и увидел, что в нашу сторону направляется высокий человек в распахнутой черной мантии, полы которой развевались на ветру.

Его лицо было скрыто капюшоном, но я чувствовал тяжёлый взгляд, который оценивающе и беспристрастно пробежался по каждому претенденту, вынося своё мнение.

Позади него шли ещё два инквизитора: одного из которых я узнал. Проскурин Семён Владимирович собственной персоны, ну а второй оказалась женщина с собранными в хвост светлыми волосами, плотно сомкнутыми губами и резкими чертами лица.

Было видно, что ей не хочется здесь находиться. Непростая и очень опасная особа.

Ребята, завидев экзаменаторов, как по команде прекратили тренироваться и замерли на месте, уставившись во все глаза на инквизиторов.

Высокий человек в чёрной мантии сделал знак рукой, и двое его сопровождающих остановились, сложив руки за спиной. Глава столичного ордена Инквизиторов, а это был именно он, медленно приблизился к группе кандидатов.

— Стадо баранов, — скривился инквизитор, глядя на нас, — Выстроиться в строй! Быстро! Так-то лучше. Добро пожаловать в Орден, — его голос прозвучал словно эхо в пустом зале, — Рассусоливать не буду. Пришло время показать на что вы способны, не только ваши умения, но и волевые качества. Сегодня решиться ваша судьба, кто-то станет нашим братом, а кто-то уйдёт ни с чем, если, конечно, останется в живых.

Стоящий справа от меня парень побледнел и что-то пробормотал себе под нос. Он явно не ожидал, что экзамен будет настолько сложным, и теперь наверняка задумывался, не зря ли он сюда пришёл.

Уверен, парнишка начитался книжек и наслушался рассказов о приключениях инквизиторов, славе и почестях, а о той грязи, боли и смерти, что их постоянно окружают, не подумал.

— Что значит, останется в живых? — наконец-то решил спросить он.

Глава ордена столичного отделения Инквизиторов смерил парня недовольным взглядом.

— Я вроде ясно выразился, если тебе что-то непонятно или не устраивает, можешь выметаться, никто тебя держать не станет.

— Как вы смеете так со мной разговаривать? — парень мгновенно потерял свою бледность, покраснев от раздражения, — Да вы знаете кто мой отец? Я княжич Островский! Извинитесь немедленно.

Остальные ребята зацикали, пытаясь заставить идиота замолчать. Шутка ли, так разговаривать с главным инквизитором.

— Островский, значит. Очень хорошо, — недобро улыбнулся Николай Васильевич Куваев, — Я тут намедни имел разговор с твоим отцом. Это ведь его идея отправить тебя послужить во славу Инквизиции. Ты настолько достал своего батюшку, что он решил таким образом избавиться от неугодного отпрыска, так что заткнись и либо поди прочь, либо веди себя как настоящий мужчина. Есть ещё желающие уйти?

— Никак нет, — раздался нестройный хор голосов.

Я промолчал, просто оставшись стоять на месте.

— Семён Владимирович, начнёшь испытания? — повернулся к старшему инквизитору Куваев.

Проскурин кивнул, шагнув вперёд. Его взгляд скользнул по каждому участнику, остановившись на мгновение на мне, а затем переключился на одну из девушек.

— Вы, — обратился он к ней, — Покажите нам искусство боя без оружия. С оружием я уже насмотрелся.

Усмехнулся. Семён Владимирович специально не назвал претендентку на вступление в орден инквизиторов по имени. Уверен, он был осведомлен о каждом, пришедшем на испытание, и сейчас специально показывал, что ребята ничего не стоят в его глазах, по крайней мере, пока не докажут обратное.

Девушка, к которой обратился Проскурин, не проявила ни тени сомнения. Она развернулась, продемонстрировав безупречную осанку, и начала двигаться по кругу, словно танцуя, показывая мгновенные переходы между защитными и атакующими позициями. Тем временем женщина-инквизитор подошла к одному из молодых людей.

— Ты, парень, — её голос прозвучал как сталь, того и гляди, разрежет напополам, — Расскажи о своем видении роли Инквизитора.

Молодой человек глубоко вздохнул и начал говорить, глядя прямо в глаза незнакомке:

— Инквизитор — это страж веры и справедливости. Мы защищаем человечество от тьмы и ереси, даже если приходится идти против собственных страхов и предрассудков. Готовность служить выше личного блага — вот моё кредо, — как по учебнику отбарабанил он, но блондинка, кажется, оказалась удовлетворена ответом.

Её губы тронула едва заметная улыбка, когда она отступила назад. Глава ордена Инквизиторов наблюдал за происходящим с непроницаемым лицом, но его руки, лежащие на эфесе меча, говорили о напряжении и внимании.

— Неплохо, — в это же время произнёс Проскурин, наблюдая за девушкой, продолжающей своё изящное, но смертоносное представление. Её движения были точны и экономичны, каждый шаг, каждая смена позы казались частью тщательно продуманной программы.

— В том-то и дело, что неплохо, — прокомментировала блондинка, — но чего-то не хватает, — Где огонь души? Где тот страх, который заставляет сердце биться чаще? Где импровизация? Движения выверенные и точные, но в реальном бою их не хватит, чтобы победить противника.