Эти спутанные узы - Райан Лекси - Страница 79

Я умру здесь.

Глава 27

«Когда поднимется вода, тебе понадобится белоглазое чудовище. Не прячься от него. И не сдавайся».

То существо, которое чуть не утопило меня, – и есть то, что предвидела Ларк?

«Не сдавайся, пока чудовище не утащит тебя глубже, принцесса».

– Думаю, есть еще один путь, – шепчу я, слепо тянусь к руке Финна. – У белоглазого чудовища есть выход – глубоко под поверхностью должен быть еще один портал, еще один способ выбраться отсюда.

Глаза Финна светятся в темноте.

– Это Мэб тебе сказала?

– Ларк, – тихо говорю я. – В моем сне.

Он делает вдох и снова смотрит на мою ногу.

– Мы сможем плыть?

Я качаю головой:

– Уходи без меня.

– И не подумаю, – рычит он.

– Я буду тебе только мешать. Я не знаю, насколько глубока пещера и как далеко тебе придется плыть. Ты не сможешь этого сделать, если будешь тащить меня за собой.

Он срывает с себя куртку и рвет ее на части, образуя одну длинную полосу.

– У тебя есть выбор: ты или плывешь, или я тебя потащу, – говорит он, обвязывая мое бедро. Повязка тугая до боли, но кровь останавливается.

Скалы вокруг нас дрожат и трескаются, как будто этот мир разваливается на части.

– Уходи! – кричу я. – И плыви, даже если я плыть не смогу.

Я подталкиваю его к воде.

Он смотрит мне в глаза и обхватывает мое лицо обеими руками.

– Не смей умирать у меня на руках, принцесса. Мы вместе найдем портал и выберемся из этого мира. Ты поняла?

Скалы под нами снова содрогаются, и из трещин хлещет еще больше воды.

– Финн…

– Ты поняла?

Он никуда не уйдет, пока я не соглашусь, поэтому я киваю:

– Хорошо. Пошли.

Он встает сам и поднимает на ноги меня. Затем он делает глубокий вдох и ныряет. Я следую за ним, и мне кажется, что я ныряю в ледяную толщу. Меня сковывает резкий холод, каждый дюйм моей кожи словно пронзают крошечные ледяные иглы, и мне больше всего на свете хочется всплыть на поверхность.

Финн тащит меня вперед, и мы плывем обратно к темному входу в пещеру, к этим мертвенно-белым глазам и огромной пасти. Я обхватываю онемевшими пальцами свой кинжал и плыву из последних сил.

Финн тоже плывет с ножом в руке, а я следую за ним, высматривая эти глаза. Впереди нет ничего, кроме черноты – не темноты, а пустоты, такой же, как небо у нас над головой. Финн хватает меня за руку, указывает, куда плыть, и поворачивает налево. Я стараюсь не отставать и вижу его – еще один гребень и поверхность воды – пещеру внутри пещеры.

Вынырнув на поверхность, мы одновременно ахаем.

Финн вытирает воду с глаз, прежде чем осмотреть место, в котором мы оказались.

– Я не могу понять, куда нам нужно, – бормочет он.

– Глубже. Ларк сказала, что надо плыть глубже. – У меня стучат зубы. Я все свои силы прикладываю, чтобы держаться на воде. Подступает тошнота, и мой пульс становится неустойчивым. – Если я не смогу плыть дальше, обещай, что попытаешься отсюда выбраться.

Финн свирепо смотрит на меня – угрюмый принц теней во всей красе.

– Я притворюсь, что ты не сказала этого сразу же после того, как пообещала, что не умрешь.

Я пытаюсь рассмеяться, но это больше похоже на всхлип.

– Готова? – спрашивает он. У него голос тоже хриплый. Вокруг нас плещется вода.

– Что-то приближается, – говорю я.

– Плыви – изо всех сил.

Это приказ, и я не осмеливаюсь его ослушаться.

Мы вместе ныряем под воду. Я позволяю Финну вести нас, всецело полагаясь на его интуицию. Потому что он прав: это место сбивает с толку.

Мои ноги кажутся глыбами льда, руки перестали слушаться, легкие сжаты так, что, кажется, вот-вот лопнут. Если я допущу хоть малейшее сомнение в нем, если я подумаю, что есть хоть один шанс, что мы плывем не туда, я сдамся.

Когда мы снова пытаемся вынырнуть, под потолком пещеры настолько мало пространства, что заглотнуть хоть немного воздуха можно, высунув из воды только нос и рот.

Это пытка. Я чувствую, как скалы сходятся, наваливаются на нас, забирают у нас воздух. По спине пробегают мурашки, руки и ноги дрожат.

А потом меня снова затягивает под воду. На этот раз нет острой боли, нет монстра, вцепившегося в мое бедро. Только крошечные невидимые руки, которые тянут меня вниз.

Вниз.

Вниз.

Как раз в тот момент, когда я готова вдохнуть воды в легкие, передо мной в мутной воде появляется лицо Финна. Он хватает меня под мышки и вытаскивает на поверхность. Я успеваю сделать всего один вдох, как вновь оказываюсь под водой.

Снова и снова.

Ныряем и плывем.

Делаем вдох – и снова ныряем.

И еще раз.

И еще.

Я думаю, что больше не могу плыть, но все равно плыву. И когда мне уже кажется, что темнее в этой пещере быть не может, что я больше не в силах плыть, я наконец вижу его: слабое, пульсирующее белое кольцо.

Мое тело умоляет об отдыхе, я мечтаю сдаться и опуститься на дно, к теплым рукам, которые убаюкали бы меня там.

Финн хватает меня за руку.

«Не останавливайся. Не смей сдаваться».

Его воля проникает в меня, и я из последних сил устремляюсь в этот туннель света. Свет ослепляет, он повсюду вокруг нас, но рука, которая держит мою руку, тянет меня вверх, все выше и выше – и внезапно мы выныриваем на поверхность, и чувствуем на коже солнечные лучи, и вдыхаем свежий воздух, и слышим, как птицы поют на ветках деревьев.

– Мы почти добрались, принцесса.

Не отпуская мою руку, Финн тащит меня к берегу. И, наконец, мы выползаем на песок.

Я кашляю, моя грудь вздымается, как будто мои легкие пытаются наверстать упущенное за время, проведенное под водой, за все время, что я провела без воздуха. Затем перекатываюсь на спину, позволяя солнечному свету литься на меня, впитывая его.

Финн поворачивается ко мне:

– С твоей ногой все в порядке? Ты можешь идти?

Я поправляю свои порванные штаны, чтобы осмотреть бедро, и разинув рот смотрю на неповрежденную кожу.

– Его нет.

Он изучает мою ногу широко раскрытыми глазами.

– Не болит? Когда я застрял, ты должна была пройти через портал без меня.

Он твердо сжал челюсти, глаза его сверкают от гнева.

– Ни за что.

Резко, быстро он нависает надо мной и накрывает мой рот своим. Это совсем не те нежные поцелуи, которые он дарил мне вчера ночью. Сейчас о нежности нет и речи. В этих грубых прикосновениях губ он изливает все – свою злость, разочарование и глубокое облегчение.

И я впитываю все это. Принимаю его. Я запускаю пальцы в его волосы и целую его в ответ – со всем жаром, на который способна. И вкладываю в этот поцелуй всю себя.

Прямо сейчас я должна быть мертва. Должна быть мертва уже трижды. И то, что я жива, – это великолепный дар. Как и то, что Финн здесь, со мной, – и что он целует меня.

Он отстраняется, но я хватаю его за рубашку и притягиваю к себе. Я не хочу спорить о своем выборе, не сейчас. Все, чего я хочу, это сосредоточиться на ощущении его губ и восхитительной тяжести его тела. Мне нужно быть как можно ближе.

Финн стонет мне в рот и сдается, давая мне то, что я хочу.

Он проводит рукой по моему животу, по мокрой рубашке и сжимает мою грудь своей большой ладонью, касаясь большим пальцем тугого пика, торчащего через мокрую ткань.

Я стону прямо в его поцелуй и выгибаюсь под ним.

– Бри, – шепчет он мне в губы.

– Пожалуйста.

Сдавленный звук, который он издает в ответ, разбивает мне сердце и усиливает мое безумное желание удержать его рядом. Инстинктивно я подтягиваю колено, чтобы он мог устроиться у меня между ног, провожу руками по его спине и резким движением снимаю его рубашку. Моя рубашка через секунду летит вслед за ней.

Я теряюсь в потоке рук и губ – даже не знаю, кто или что я сейчас. Я – желание. Я – похоть. Я целую его со всем отчаянием, которое чувствовала, пока мы пробивались к порталу. Я снова выныриваю на поверхность, но теперь мне нужен не воздух. Мне нужен он.