"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 1330

Пьер не ответил. Он поднял огромный, весом под семьдесят килограммов, обломок гранита. Мышцы на его спине вздулись, разрывая остатки куртки, а серебро в жилах отозвалось резким, колючим жаром. Он аккуратно, почти нежно, уложил камень в изголовье гробницы.

— Тропа узкая, — продолжал Ахмед, и в его голосе слышалась лихорадочная спешка, словно он пытался заговорить пустоту, оставшуюся после смерти друга. — Местами придется идти по карнизу. С твоим весом и снаряжением Жанны… это риск. Но там нет экзоскелетов. Они слишком тяжелые для такого подъема.

Жанна стояла чуть выше по склону, застыв каменным изваянием с винтовкой в руках. Она не смотрела на Пьера, но он чувствовал её взгляд. Она охраняла их тишину.

Пьер подобрал последний камень — небольшую, гладкую гальку, которую он нашел в ручье чуть ниже. Он положил её на вершину пирамиды. Гробница получилась грубой, суровой, похожей на самого Коула. Она была единственным честным местом во всем этом проклятом лесу.

— Пьер… — Ахмед наконец поднял голову. — Нам пора. Туман начинает рассеиваться. Если мы не уйдем в тень хребта сейчас, «Глаз Бога» засечет нас через десять минут.

Дюбуа выпрямился. Его руки были содраны в кровь, кожа под ногтями почернела, но он не чувствовал усталости. Он подошел к Ахмеду и протянул ему руку, помогая подняться.

— Путь найден? — коротко спросил Пьер.

— Да. Мы идем в обход, через «Козью щель». Это добавит нам три часа хода, но мы появимся там, где нас не ждут.

Пьер в последний раз посмотрел на каменную гробницу. Она выглядела вечной на фоне этих древних гор. Коул остался здесь, сохранив в себе человека, и теперь его покой охранял сам гранит.

— Веди, — скомандовал Пьер.

Ахмед быстро свернул оборудование и нырнул в узкую расщелину, начав подъем. Пьер шел следом, чувствуя, как с каждым шагом вверх воздух становится всё холоднее, а решимость внутри него — всё тверже. У них больше не было тяжелой огневой мощи Коула, но у них была правда и тропа, которую не видел ни один радар Лебедева.

Война сузилась до трех теней на заснеженном склоне, и финал этой охоты уже маячил впереди — в серых стенах монастыря, где их ждало само начало этого кошмара.

Воздух на гребне Черного Зуба был таким разреженным и ледяным, что каждый вдох обжигал легкие, словно глоток жидкого азота. Тропа, о которой говорил Ахмед, на деле оказалась едва заметным выступом на отвесной скале, припорошенным предательским слоем свежего снега. Справа — серая стена гранита, слева — головокружительная бездна, утопающая в густом молочном тумане.

— Не смотри вниз, — бросил Пьер, не оборачиваясь. — Вбивай кошки до упора. Лед здесь старый, он держит.

Ахмед ничего не ответил. Он шел вторым, встегнутый в общую связку между Пьером и Жанной. Его дыхание было хриплым, прерывистым, а пальцы в толстых перчатках судорожно вцеплялись в каждый выступ. Сумка с оборудованием казалась ему сейчас неподъемным якорем, тянущим в пропасть.

Жанна замыкала шествие, двигаясь с пугающим изяществом. Ее винтовка была надежно закреплена за спиной, а каждое движение выверено годами тренировок. Она была единственной, кто сохранял полное спокойствие в этом вертикальном аду.

Они миновали очередной поворот, когда выступ сузился до ширины ладони. Здесь скала выпирала вперед, заставляя их буквально вжиматься в камень, отклоняясь над пустотой.

— Пьер, я… я не чувствую ног, — пробормотал Ахмед. Его голос сорвался на высокой ноте.

— Чувствуй мои шаги, — отрезал Дюбуа. — Просто ставь ногу туда, где стояла моя. Осталось немного.

В этот момент скала под ногой Ахмеда предательски вздохнула. Это был негромкий звук, почти шелест, но в тишине гор он прозвучал как выстрел. Наледь, подточенная снизу ручьем, обломилась.

— Падаю! — вскрикнул Ахмед.

Осыпь ушла из-под его подошв. Связист сорвался, увлекая за собой снежный козырек. Веревка между ним и Пьером мгновенно натянулась, как струна гигантской скрипки. Рывок был такой силы, что Дюбуа едва не сорвало с карниза.

Пьер успел вбить ледоруб в узкую расщелину и упереться плечом в гранит. Он почувствовал, как серебро в его жилах отозвалось резкой, пульсирующей болью. Вены на его руках вздулись, чернея под кожей, а суставы заскрежетали от запредельной нагрузки.

Ахмед беспомощно болтался над бездной, судорожно суча ногами по скользкому склону. Его планшет, соскользнувший с ремня, улетел вниз, бесшумно растворившись в тумане.

— Пьер! Держи! — крикнула Жанна, наваливаясь всем весом на веревку со своей стороны, чтобы стабилизировать связку.

— Тяни… за пояс! — прохрипел Пьер. Его лицо исказилось в гримасе, которая больше не принадлежала человеку. Зубы оскалились, а глаза вспыхнули ярким, нечеловеческим янтарем.

Он начал медленно, сантиметр за сантиметром, вытягивать Ахмеда вверх. Каждый рывок отдавался в позвоночнике Пьера стоном разрываемых мышц, но серебряный субстрат внутри него не давал тканям лопнуть. Дюбуа буквально вгрызся когтями свободной руки в камень, кроша гранит в пыль.

Наконец, рука Пьера мертвой хваткой вцепилась в воротник куртки Ахмеда. Одним мощным движением он выдернул связиста на карниз и прижал его к скале.

Ахмед замер, его лицо было белее снега, а глаза расширены от ужаса. Он судорожно хватал ртом воздух, глядя на Пьера, чье лицо медленно возвращало человеческие черты.

— Планшет… — выдавил он, глядя вниз.

— К черту планшет, — выдохнул Пьер, тяжело дыша. Его руки всё еще мелко дрожали от перенапряжения. — У тебя есть бэкап в голове. Ты жив. Это главное.

— Спасибо, — Ахмед зажмурился, вжимаясь в холодный камень. — Я думал, это конец.

— Конец будет там, — Пьер кивнул вверх, где сквозь рваные облака проступили очертания серых башен монастыря. Объект Зеро нависал над ними, как надгробный камень. — Жанна, ты как?

— Веревка цела. Идем дальше, — отозвалась она, хотя ее голос тоже слегка подрагивал от пережитого напряжения.

Они продолжили подъем в полной тишине. Опасность падения сменилась другой, более мрачной тревогой. Монастырь был уже близко, и от него веяло не просто холодом гор, а чем-то древним и порочным. Пьер чувствовал, как вирус внутри него приветствует это место, словно возвращаясь домой.

Через полчаса они достигли вентиляционной решетки, скрытой в глубокой нише между двумя скалами. Оттуда доносился низкий, вибрирующий гул и запах химикатов, перемешанный с чем-то органическим.

— Мы на месте, — шепнул Ахмед, приходя в себя. — Это технический сектор. Если верить схеме, через пятьдесят метров будет распределительный узел.

Пьер взялся за прутья решетки. Металл под его пальцами поддался с жалобным стоном. Теперь пути назад не было. Вертикальный предел был пройден, впереди была только тьма «Объекта Зеро» и человек, который ждал их в самом центре этого лабиринта.

Вентиляционная шахта вывела их в помещение, которое меньше всего походило на лабораторию. Это был огромный ротондальный зал, вырубленный прямо в сердцевине горы. Древние своды монастыря здесь соседствовали с хромированными колоннами охладительных систем, а в центре, под куполом, висела массивная сфера из затемненного бронестекла, опутанная венами питающих кабелей.

— Это «Сердце Зеро», — прошептал Ахмед, сверяясь с данными на портативном сканере. — Пьер, если верить логам, здесь находится биологический ноль. Тот, с кого всё началось.

Воздух в зале был густым, как сироп, и пах старой кровью и сухими цветами. Тишина давила на барабанные перепонки, пока её не разорвал звук, похожий на влажный хруст ломаемых сучьев.

Сфера в центре медленно разошлась, выпуская облако ледяного пара. Из тумана, цепляясь длинными, тонкими пальцами за край платформы, выбралось существо. Оно не было похоже на ликанов, которых они видели раньше. Прототип-Нуль был пугающе человечным и одновременно бесконечно далеким от жизни. Кожа цвета сырого мяса плотно обтягивала неестественно длинный скелет, а на месте лица пульсировала гладкая костяная маска без глаз и рта.