"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 1296

— Проверьте периметр, — не оборачиваясь, бросил Пьер. — И включите прожекторы. Я не хочу, чтобы эти твари думали, будто мы спим.

Оружейная комната расположилась в бывшей ризнице — тесном каменном мешке, где воздух был пропитан запахом оружейного масла, холодного камня и застарелой пыли. Пьер зашёл туда, чтобы пополнить боезапас для «Вектора», но его взгляд сразу зацепился за длинный полимерный кейс, брошенный поверх ящиков с гранатами.

Внутри, на ложементе, покоилось то, что меньше всего ожидаешь увидеть в этой глуши — **MP-155 Ultima**.

Футуристичный обвес, встроенный бортовой компьютер с дисплеем над стволом, агрессивный чёрный полимер. Это ружьё выглядело как реквизит из фильма про будущее, но Пьер знал: за внешностью скрывается надёжная механика МР-155, способная выплёвывать двенадцатый калибр в темпе бешеного пульса.

— Иди к папочке, — пробормотал Шрам, доставая дробовик.

Оружие легло в руки как влитое. Пьер привычным движением проверил затвор — сухой, чёткий лязг отозвался от низких сводов ризницы. Экран на прикладе мигнул, показывая готовность систем. Для 28-го отдела такие игрушки были нормой, но «Ультима» в условиях узких коридоров собора и густого леса была идеальным аргументом.

Рядом, в открытом цинке, лежали патроны. Не обычная дробь и не стандартная картечь. Пьер взял одну гильзу: на прозрачном пластике была маркировка **«S-DART»**. Внутри, вместо пули, виднелся тяжёлый серебряный дротик с оперением, заключённый в пластиковый контейнер-сабо. Специальный боеприпас для пробития плотных шкур и магической защиты. Серебряный стержень, который не просто ранит, а входит глубоко в мясо, оставляя за собой след из токсичного для нечисти металла.

Пьер быстро набил патронташ на прикладе и закрепил на поясе дополнительную бандольеру. Ещё три пачки — шестьдесят зарядов — отправились в боковые карманы рюкзака. Вес снаряжения привычно оттянул плечи, но тело, разогнанное сывороткой Лебедева, почти не почувствовало нагрузки.

Он вышел из ризницы в главный неф собора.

Поставив «Ультиму» у колонны, Пьер начал разминку. Резкие, сухие движения. Короткие удары в воздух, от которых рукава куртки издавали хлёсткий звук. Он присел, чувствуя, как мышцы ног перекатываются под кожей, словно стальные тросы. Рёбра больше не ныли, дыхание было глубоким и ровным.

Он подошёл к разбитому окну, у которого дежурил Ахмед. Пьер высунулся наружу и сделал глубокий вдох.

Воздух Карпат был другим. Не таким, как в Зоне или в удушливой Дакке. Он был колючим, ледяным и пах хвоей, мокрым камнем и чем-то неуловимо древним. Но в этом аромате свежести Пьер уловил тонкую, едкую ноту — запах дикого зверя, мокрой шерсти и старой крови.

— Пахнет суками, — не оборачиваясь, бросил Пьер Ахмеду.

— И их много, Шрам, — отозвался связист, не отрываясь от монитора тепловизора. — Периметр пока чист, но датчики вибрации фиксируют движение в трёхстах метрах к югу. Они не бегут. Они обходят нас по кругу.

Пьер снова взял дробовик, проверил большой палец на предохранителе и коротко хрустнул шеей. Тело пело от избытка энергии. «Ультима» в руках казалась продолжением нервной системы.

— Пускай обходят, — Пьер оскалился, и шрам на его лице натянулся, превращая лицо в маску. — Мы здесь не в прятки играть приехали.

Тяжёлая гермодверь, врезанная в основание древнего собора, открылась с натужным гидравлическим шипением. В лицо Пьеру и Коулу сразу ударил ледяной воздух, пахнущий сырой землёй и хвоей.

— Пять минут, — бросил Маркус в гарнитуру. — Если через пять минут не вернётесь за периметр, я активирую турели и буду стрелять во всё, что шевелится.

— Понял тебя, — отозвался Пьер, опуская на глаза ПНВ четвёртого поколения.

Мир окрасился в фосфоресцирующий зелёный. Пьер перехватил «Ультиму», ощущая пальцем холодную скобу спускового крючка. Коул за его спиной тяжело выдохнул; за плечами огнемётчика тихо гудел нагнетатель, а синий огонёк запальника подмигивал в темноте, словно глаз притаившегося демона.

Они двигались быстро и бесшумно, перешагивая через кольца «егозы». Грязь под ботинками чавкала, но Пьер, подстёгнутый сывороткой, ступал почти невесомо. Его чувства были выкручены на максимум: он слышал, как падает капля воды с ветки в тридцати метрах от них, и чувствовал вибрацию почвы от работающего в соборе генератора.

— Ставь первый здесь, — шепнул Шрам, занимая позицию у поваленного дуба.

Коул опустился на колено. Он быстро извлёк из подсумка титановый стержень сейсмического датчика и с силой вогнал его в мягкий грунт. Щелчок активации, тусклый мигающий диод.

— Есть контакт. Пошли ко второму, — прохрипел Коул.

Второй датчик нужно было вынести глубже в лесную чащу, туда, где туман стоял густой белой стеной, скрывая стволы вековых сосен. Когда они углубились на пятьдесят метров, лес внезапно замолк. Птицы, насекомые, даже ветер — всё стихло.

Пьер замер, вскидывая «Ультиму». На дисплее дробовика мигнула надпись: «OBJECT DETECTED».

— Движение на одиннадцать часов, — прошептал он в микрофон. — Коул, за спину.

Из тумана, в двадцати метрах от них, медленно вышла фигура. Она не бежала на четырёх лапах, как зверь. Она шла на двух, слегка пригибаясь к земле. Рост — за два метра, мощные плечи, покрытые клочковатой серой шерстью, и… тактический разгрузочный жилет, надетый прямо на голое тело. В когтистой лапе тварь сжимала армейский нож с зазубренным обухом.

— Это не волк, — выдохнул Коул, поднимая сопло огнемёта. — Это грёбаный партизан.

Справа и слева в тумане зажглись ещё две пары жёлтых глаз. Они не рычали. Они общались короткими, гортанными щелчками, похожими на треск ломаемых костей. Один из ликанов поднял руку, и Пьер увидел в его лапах сигнальное зеркальце. Они не просто следили — они передавали координаты.

— Контакт! — рявкнул Пьер.

Тварь в центре прыгнула с невероятной скоростью, сокращая дистанцию в два рывка. «Ультима» Пьера рявкнула сухим, хлёстким звуком. Серебряный дротик «S-DART» на сверхзвуке вошёл ликану в грудь, разрывая плоть и дробя кости. Тварь отбросило назад, из раны повалил едкий дым — серебро начало выжигать нечисть изнутри.

— Жги! — приказал Шрам.

Коул нажал на рывок. Длинная струя напалма, с рёвом прорезав туман, ударила в кусты справа. Лес огласил не звериный вой, а человеческий крик, полный первобытной агонии. Запахло палёной шерстью и жареным мясом.

Второй ликан, заходивший слева, вскинул руку. Пьер заметил тусклый блеск металла — это была граната.

— Ложись! — Пьер рванул Коула за лямку огнемёта вниз.

Грохнуло. Осколки посекли кору деревьев над их головами. Пьер перекатился, вскидывая дробовик, и всадил ещё два дротика в силуэт, мелькавший между соснами. Ликан рухнул, суча лапами, его пальцы — наполовину человеческие, наполовину звериные — скребли по грязи в попытке достать пистолет из кобуры на поясе.

— Отходим! — скомандовал Пьер, выстрелив в голову подползающей твари. — Они знают, как мы работаем!

Они бежали назад к собору, а за их спинами лес оживал. Щелчки, свист и тяжёлый топот десятков ног. Это не была случайная встреча. Разведчики проверили их на вшивость.

— Маркус, — Пьер вытер лицо рукавом. — Забудь про диких зверей. У них есть снаряжение, тактика и, кажется, они только что пытались взять нас в клещи.

Он посмотрел на «Ультиму». На дисплее горела надпись: «AMMO LOW. ⅝».

Карпатская ночь только начиналась, и она обещала быть очень жаркой.

Тяжёлые ботинки втаптывали жирную карпатскую грязь вперемешку с прелой хвоей. Пьер отступал спиной вперёд, короткими перебежками, не снимая пальца со спускового крючка «Ультимы». ПНВ рисовал мир в ядовито-зелёных тонах, где каждый ствол сосны казался затаившимся врагом.

— Шевелись, Коул! — прохрипел Шрам в гарнитуру. — Эти суки не отстанут!

Коул дышал тяжело, с надрывом. За его спиной глухо рокотал нагнетатель огнемёта. Огнемётчик пятился, периодически выдавая короткие, на полсекунды, вспышки пламени. Не для того, чтобы сжечь, а чтобы ослепить тепловизоры ликанов и создать тепловую завесу.