Весна перемен - Херцог Катарина - Страница 16

— Отличная идея! В конце концов, магазин останется в семье, и Элия будет очень рад, я уверена, — сказала она.

Грэм оставил работу редактором после смерти Патриции только потому, что считал своим долгом и дальше управлять магазином, который Пэт унаследовала от отца. Шона знала, что ему никогда не нравилось быть книготорговцем. В глубине души он всегда оставался редактором.

— Да, Элия был в полном восторге, когда Грэм озвучил свое предложение, — сказала Вики. — Он всегда мечтал о собственном книжном магазине, и теперь это «Читающий лис». Магазин, с которого началась история Суинтона как книжного города! Только не знаю, понимает ли он, что ему еще и с покупателями придется общаться. — Вики скорчила рожицу.

Шона тоже не была в этом уверена. В «Лисьей норе», как еще называли «Читающего лиса», Элия прежде отвечал за закулисную работу. И больше всего любил прятаться в подвале и рыться в коробках с книгами, которые Грэм покупал во время поездок по Шотландии, каталогизировать их и расставлять по полкам. Делопроизводство было стезей Элии, а в общении с покупателями он часто проявлял некоторую неловкость. Но как только до этого дойдет, Элия наверняка вживется в новую роль. Несколько лет назад Шона сама и подумать не могла, что будет владеть собственным кафе.

В Суинтоне уже светило солнце, но над холмами витал легкий туман, а из-за еле заметных, как паутинка, облаков пара коттедж «Бэйвью» еще больше напоминал домик ведьмы. Доброй ведьмы, конечно же. Шона почувствовала, как при этой мысли уголки ее губ приподнялись. Чего бы она только не отдала, чтобы когда-нибудь стать обладательницей такого маленького коттеджа!

— Здесь правда очень красиво, — сказала Вики, когда они припарковали «Мини Купер» на подъездной дорожке и вышли. — Но мне было бы слишком одиноко.

Шона пожала плечами. Конечно, коттедж «Бэйвью» находился на отшибе. Но она никогда раньше не жила одна и дни напролет в «Сладких штучках» общалась со множеством людей. Тишина и покой после работы, отсутствие необходимости видеть и слышать кого-либо стали бы для нее блаженством. Шона глубоко вдохнула чистый свежий утренний воздух, который даже здесь, наверху, всегда отдавал солью и морем. Затем она сказала:

— Пойдем внутрь! Боуи приедут через час, и лучше бы не сталкиваться с ними лицом к лицу. — Встречаться с Нейтом ей тоже не хотелось.

— Я не смогу быть рядом, когда ты выпустишь пауков. — Вики подняла руки. — Я уже горжусь тем, что мне удалось унести этих двоих в кармане. — Она вытащила из куртки прозрачный пластиковый пакет с двумя жирными мохнатыми игрушечными пауками. Она и правда купила их в лавке Пебблза. — Может, увидишь толстую паутину где-нибудь на потолке и посадишь их туда. Думаю, издалека они выглядят довольно реалистично. — Вики положила пакет на аквариум, явно радуясь тому, что избавилась от него. — Пока ты выпускаешь пауков, я осмотрю территорию. Ты вроде говорила, что отсюда даже море видно?

— Да, в глубине сада. У старого деревянного сарая. Там еще и скамейка есть.

Вики ушла, а Шона отперла дверь коттеджа.

— Мяу! — услышала она, когда вошла на кухню, и Пират принялся тереться о ее ноги.

— Ты все еще здесь. — Шона поставила аквариум с пауками на кухонный стол и взяла кота на руки. Он тут же закрыл глаза и довольно заурчал. — Нужно поинтересоваться у твоих хозяек, что же с тобой делать. Ты точно не захочешь жить в бунгало Моники и Ника, да и они, боюсь, будут против. — Этим двоим больше подошел бы кремовый персидский кот. — Не думаю, что мне нужно спрашивать, достаточно ли ты ешь. — Она погладила его по круглой голове. — Истощенным ты точно не выглядишь. — Нейт, конечно же, позаботился о его рационе. Шона с трудом представляла себе упитанного кота, охотящегося на мышей. Если только понарошку.

Поскольку было всего четверть десятого, а по словам Сильви, Боуи приедут подписывать договор только в десять часов, Шона решила еще раз пройтись по коттеджу. Выпустить пауков можно всего за несколько минут. Она взяла Пирата под мышку и отправилась в последний раз взглянуть на место, которое так хорошо знала. Каждая скрипящая половица словно шептала ей: «Помнишь?»

Прогулка по дому привела ее на второй этаж. Шона закрыла двери в бывшие спальни Сильви и Айви и направилась в комнату в конце коридора. Весной, как только становилось достаточно тепло, Альфи всегда переезжал в свой сарай в саду и только в холодные месяцы жил в коттедже. Когда Шона проводила экскурсию, она уже мельком заглянула в комнату Альфи и была потрясена, увидев, что Сильви и Айви почти ничего там не поменяли. За несколько месяцев до своей смерти Альфи переехал в меблированную комнату в Ньютон-Стюарте, где работал на стройке.

Шона окинула взглядом комнату. На стене все еще висел постер Курта Кобейна. А на узком деревянном шкафу красовался плакат со смеющимся голым младенцем, плывущим за банкнотой. Альфи, пожалуй, был самым ярым поклонником Nirvana в мире, хотя группа давно распалась. Курт Кобейн застрелился в двадцать семь лет после передозировки. В предсмертной записке он процитировал Нила Янга: «Лучше сгореть, чем угаснуть».

Альфи тоже так считал. «Только лучшие умирают молодыми», — сказал он о смерти фронтмена, когда однажды холодным зимним днем они вместе лежали в постели в этой комнате и перед их глазами стояло красивое, вызывающе меланхоличное лицо Курта Кобейна. «И только те, кто умирают молодыми, становятся легендами», — добавил он, перечислив Шоне целый список знаменитостей, умерших до своего тридцатилетия: Эми Уайнхаус, Дженис Джоплин, Джими Хендрикс, Джим Моррисон, актеры Хит Леджер и Джеймс Дин…

Шона ненавидела такие разговоры, потому что они всегда подпитывали ее страх: вдруг Альфи тоже хочет рано умереть и стать легендой? И даже сегодня она иногда задумывалась, была ли возможность предотвратить аварию, в которой он погиб.

Если бы только она не написала ему то сообщение…

Шона выпустила кота и села на кровать Альфи. Устало потерла лицо. Наверное, было бы лучше, если бы Боуи купили коттедж «Бэйвью» и снесли его. Если бы она не видела его постоянно, у нее наконец появился бы шанс оставить все позади.

Она погладила гладкое прохладное дерево гитары, прислоненной к столу рядом с кроватью, представила, как теплыми летними ночами Альфи играет на ней, и на мгновение закрыла глаза. Через несколько недель исполнится десять лет со дня его смерти. Десять лет! Когда-нибудь это должно наконец закончиться!

— Шона! — Зов Вики вырвал ее из мрачных мыслей. В голосе подруги слышалась паника. — Спускайся скорее! Только что подъехала машина!

Что? Но сейчас всего лишь… Шона посмотрела на часы — половина десятого! Она так резко вскочила, что Пират с возмущенным шипением бросился вниз по лестнице.

Вики стояла у ее подножия.

— Ты уже выпустила пауков? — спросила она с расширившимися от ужаса глазами.

Пауки! Нет, не выпустила. Нужно сделать это как можно скорее, а потом уносить ноги. Шона вбежала на кухню. Через окно она увидела большой темный внедорожник Боуи, припаркованный рядом с «Мини Купером» Грэма. О нет! «Мини Купер» все еще там! Шона схватила крышку аквариума.

— Не вздумай выпускать их сейчас! — закричала Вики. — Пока я здесь!

— Тогда уходи скорее! — Шона указала на стеклянную дверь, ведущую на заднюю террасу. — Оттуда мы сможем улизнуть.

Она отперла дверь, Вики выскочила наружу, а Шона повернулась к аквариуму. Но тут она услышала скрип входной двери, и сразу за ним — голоса. Первый, чуть невнятный, принадлежал Монике Боуи, а второй, отчетливый, даже излишне громкий, — Нейту.

— Нет, миссис Бирнс в Лондоне. Понятия не имею, чей это «Мини Купер». Может, кто-то оставил его здесь и отправился на прогулку? Проходите на кухню, подпишем договор!

На кухню! Шона сдержалась, чтобы не выругаться. Она не успеет добежать до двери на террасу. Может, в кладовую? Поздно! Нейт и Боуи уже входили на кухню.

Шона застыла над аквариумом.

— И-и-и-и-и-и! — При виде пауков Моника пронзительно завизжала.