Донская армия в борьбе с большевиками - Волков Сергей Александрович - Страница 10

В своей вступительной речи Кругу атаман Краснов прежде всего охарактеризовал Европейскую войну как войну Англии и Германии, потом подчеркнул заслуги в ней России, спасшей от гибели Францию в 1914 году и помогшей ей во время Верденской операции наступлением «без снарядов и патронов». Перейдя к вопросам современной войны, атаман подошел и к вопросу вторжения на Дон немцев и подчеркнул факт призыва их на помощь погибавшим под гнетом большевиков станицам Гундоровской, Митякинской и Луганской. Далее он указал, что, ввиду грозящего развала на Дону и невозможности получить помощь на Царицынское направление от Добровольческой армии, занятой Кубанью, ему пришлось вести переговоры с немцами. Они дали за хлеб и шерсть необходимые Дону оружие и патроны и помогли уладить пограничный вопрос с Украиной, покушавшейся на западную часть донской земли (договор 27 июля старого стиля). Необходимо отметить, что в переговорах немцы проявляли большую сговорчивость, чем русские люди «украинцы». В ответ на обвинение его за это некоторыми представителями Дона генерал Краснов указал на невозможность активной борьбы Дона с немцами, к тому же еще обеспечившими Донской армии ее совершенно открытый левый фланг.

Далее он просит у Круга широких полномочий, предупреждает от повторения ошибки «паритета», но указывает на необходимость земельной реформы и выработки закона о принятии в казачество.

– Помните, – кончает атаман свою речь, – не спасут Россию ни немцы, ни англичане, ни японцы… Не спасет Россию сама Россия. Спасут Россию ее казаки. Добровольческая армия и вольные отряды Донских, Кубанских, Терских, Оренбургских, Сибирских, Уральских и Астраханских казаков спасут Россию.

Управляющий отделом иностранных дел генерал Багаевский17 (брат покойного товарища атамана Каледина М.П. Багаевского) тоже опровергает обвинения в «ориентациях» Дона и говорит Кругу в своем докладе:

– Все усилия направлены были только лишь к обеспечению и упрочению самостоятельной жизни войска в создавшейся тяжелой обстановке. Очевидно, что не могло быть и речи о каком-либо выборе друзей и союзников.

Пытался атаман Краснов начать переговоры и с советской Россией о выводе с Дона советских войск, но переговоры не дали желанного результата.

Таким образом, атаману приходилось самому заботиться о Доне, и он приложил все усилия к созданию образцовой армии, когда молодая постоянная армия была представлена им Кругу 16 (29) августа и 26 августа (8 сентября), действительно было чем восторгаться.

То была стройная пехота времен славных побед России, и вновь появились лихие конные казачьи полки и батареи, которыми так гордилось донское казачество. В дни полного развала России, в дни угрозы существованию Дона его народные избранники увидели прекрасно выправленные, обученные и достаточно снабженные всем необходимым 3 полка пехоты и 12 полков конницы, сведенные в 1 пластунскую и 3 конные дивизии с необходимым количеством вспомогательных войск, а всего до 15 тысяч, помимо войск, находящихся на фронте. И как пригодились Дону его молодые полки, когда старики, потерявшие веру в близкую помощь союзников и изнемогшие в неравной борьбе с советскими войсками, начали колебаться.

В дни наибольших успехов Дона, угрожавшего занятием Царицына, казачество, поддавшись опять советской пропаганде, отказывается переходить донскую границу, вытаскивая вновь на сцену под советские припевы завалявшийся и заплесневевший термин «без аннексий» для доказательства своего миролюбия и предполагая, что большевики более не вторгнутся на Дон. Пришлось поддержать дрогнувший фронт молодыми полками, но Царицын все-таки взять не удалось. Между тем в этот момент занятием вне области ряда важных пунктов можно было бы помочь организации стонавшего под большевистским игом крестьянства. Оно, в противовес донскому крестьянству, не имело никаких счетов с казачеством и быстро могло бы стать на защиту своих собственных интересов.

Понимая это, Круг 18 августа (1 сентября) отдает указ о занятии армией ближайших узлов за донской границей: Царицына, Камышина, Балашова, Поворина, Новохоперска, Калача и Богучара для наилучшего обеспечения донской границы. Однако теперь, когда яд «пограничной болезни» тронул казачество, провести в жизнь указанную программу было трудно, но командование приступило к ее выполнению.

Не меньшая работа лежала на других ведомствах по восстановлению нормальной жизни Дона. Ознакомившись с работой правительства, Круг отметил деятельность атамана Краснова производством его в генералы от кавалерии и переизбранием в атаманы 234 голосами из 338 при 36 воздержавшихся. Далее Круг принял «Основные законы» в желаемой атаманом Красновым редакции с предоставлением ему громадных полномочий.

Этими законами «Всевеликое войско Донское» (старинное название, принятое не совсем охотно Кругом по настоянию атамана Краснова) признавалось уже самостоятельным государством, но не в целях сепаратизма, а просто в силу сложившейся общероссийской обстановки впредь до водворения порядка в России. Управление войском, как государством, было построено на началах народоправства при однопалатной системе и строгом проведении в жизнь разделения власти. Законодательная власть принадлежала Большому кругу из представителей казачьего населения, а высшая исполнительная – избираемому атаману, возглавлявшему собой правительство. Для обеспечения закономерности действий власти исполнительной и судебной учреждался Донской сенат – высший орган надзора за применением закона.

По земельному вопросу Круг постановил отчуждение частновладельческих и церковных земель с недрами и лесами для удовлетворения малоземельных казаков и «коренных крестьян», причем купленные земли отчуждались с уплатой их покупной стоимости по купчим актам; с 7 (20) сентября прекратились все частные сделки на землю. Одновременно принят закон и о выходе из общины.

В вопросе взаимоотношений с крестьянством необходимо отметить ряд приветствий Кругу крестьянских общин и пожертвований на нужды армии с выражением готовности нести наравне с казачеством тягости гражданской войны. Круг опять стал на точку зрения приема в казачество активных борцов против большевизма и даже принял в свой состав крестьянина, избранного депутатом от одного из казаче-крестьянских полков, признав за ним полномочия члена Круга. Далее 19 сентября (2 октября) принимается закон о принятии в казачество не только отдельных лиц, но и целые общества сельские и волостные с предоставлением этого права власти атамана. Таким образом, крестьянству предоставлялось право на закономерную получку земли.

В рабочем вопросе Круг постановил выработать ряд соответствующих законопроектов для внесения в следующую сессию. Из других вопросов необходимо отметить постановление об увеличении постоянной армии и принятие реформ командования по сведению армии в более крупные и удобоуправляемые единицы.

На этом же Круге утвержден принятый флаг и гимн, а герб заменен другим историческим более поздней эпохи – олень, пронзенный стрелой (что означает: как ни быстер олень, а от казачьей стрелы не уйдет).

Проводя поставленную Кругом задачу, донское командование встретило ряд затруднений: переутомление казачества и разочарование его в ожидаемой помощи союзников и громадная организационная работа советской власти, встревоженной физической силой Дона, а еще больше его прогрессом в зарождении государственности.

Большевики приступили к реорганизации армии на общепринятых воинских основах, отказавшись от всех диких нововведений, разваливших старую армию России. Кроме того, они сосредоточили против Дона новые силы, доведя их до 66,5 тысячи бойцов, при 233 орудиях и 420 пулеметах против 31 тысячи бойцов, при 79 орудиях и 267 пулеметах донцов, и обратили еще большее внимание на свое самое сильное оружие – пропаганду на тему «без аннексий».

Несмотря на это, на левом фланге донцам сопутствовал успех: 26 августа (8 сентября) они заняли город Калач, 22 сентября (5 октября) – город Павловск. Далее, разбив контрударную группу противника, донцы последовательно занимают станцию Таловая, город Бобров и 10 (23) ноября переправу через Дон на Юго-Восточной железной дороге станцию Лиски. После этого ударом на восток они захватывают 18 ноября (1 декабря) город Новохоперск. Таким образом, всюду им удалось выдвинуться за границу Донской области.