Прощай, Мари! Злодейка для принца (СИ) - Рябинина Ксения - Страница 29

— Я пойду. Меня ждет Лаборатория, — сухо бросила она, направляясь по тропинке.

Каждый шаг давался с трудом, но она не позволяла себе согнуться.

Шепот лишь улыбнулся, глядя ей вслед.

Этот мальчишка, хозяин леса, все-таки друг или враг? Кому в Хрустальном замке она может доверять, кроме как себе?

Глава 14. Мысли

Мари взбудоражено выдохнула.

В этом пыльном помещении, заваленном хламом, она потратила первые полчаса лишь на осмотр. Комнатка оказалась невелика — по меркам замка, конечно; в остальном же её размеры напоминали квартиру, которую она делила с Асом в Москве.

Она терпеть не могла наводить порядок — ведь это страстно любил Александр.

В детстве, когда он неуклонно разбирал её игрушки, в юности — учебники, а во взрослой жизни — тщательно отмывал за ней посуду, он неизменно повторял бабушкино: никто её замуж не возьмёт.

Мари тогда яростно закатывала глаза и заявляла, что если её гипотетический муж не сумеет помыть посуду, то она навсегда останется с братом.

Эх.

Мари громко чихнула.

Это настоящее наказание.

Мор, ко всему прочему, строго запретила ей пользоваться магией.

А руны, которые, позволили бы изгнать пыль, ей были неведомы.

Она приступила к пыли и горам книг, разбросанных по трём столам. Шелест страниц взметал в воздух крошечные вихри, раздражал ноздри, вынуждал морщиться. Мари упорно складывала их на стеллаж, невольно вчитываясь в потрёпанные заголовки: «Лунные циклы», «Алхимия стихий», «Ритуалы смерти»…

Мысли настойчиво ускользали от монотонной работы.

Вновь и вновь в ней вспыхивали касания Зака. Они ей постоянно сняться. И чем чаще они встречались, чем чаще он дарил ей аккуратные поцелуи, тем эти сны становились ярче. Подробнее. Откровение.

— Хватит, — резко бросила Мари, сжимая край стола так, что побелели костяшки.

Легкое возбуждение предательски растекалось по телу, но она жестоко подавила его волевым усилием. Нужно отвлечься. Нужно ухватиться за что‑то реальное, осязаемое..

Тоби.

Его лицо возникло перед глазами — серьёзное, с чуть опущенными уголками губ, как у ребёнка, который слишком рано узнал, что мир не всегда добр. Что ждёт его после визита к магу памяти? Сумеет ли он вспомнить? А если нет…

Пронеслись жуткие картины: Тоби в детском доме, в серой комнате с жёсткими кроватями и равнодушными взглядами. Что сделают с ним, если не найдут родителей?

Что она может для него сделать?

Ничего. Почти ничего.

Эта мысль царапала изнутри, оставляя горький привкус бессилия.

Мари снова чихнула, смахнула с носа невидимую паутинку и протянула руку за следующей стопкой книг. Спустя полчаса, когда все книги и артефакты были приведены в порядок, Мари обнаружила под какой-то картой деревянную коробку с отломанной ручкой.

С любопытством она бережно приподняла крышку и нашла бархатный свёрток.

Развернув ткань, Мари оцепенела.

На ладони покоился браслет: тонкое серебряное плетение, усыпанное крошечными тёмно‑синими камнями. В центре — овальный аметист, обрамлённый витиеватыми рунами.

Металл был холодным, но едва она прикоснулась к камню, по пальцам пробежала тёплая волна.

— Вау… — прошептала она, поднимая украшение к свету.

Руны на металле мерцали, складываясь в незнакомый узор. Мари провела пальцем по гравировке — и вдруг ощутила лёгкий толчок в груди. Перед глазами вспыхнули обрывки образов: лес, мерцающий круг камней, женский силуэт в длинном плаще…

Браслет выглядел дорогим. Даже очень.

И валялся тут без надобности?

Мысли закружились вихрем. Может, отдать его Тоби? Он спрячет его, а в самый сложный момент продаст. Это даст ему шанс — пусть маленький — выжить в случае непредвиденных ситуаций.

Она повертела браслет в пальцах, ощущая его вес.

Точно дорогой.

Мари медленно надела браслет на левое запястье. Металл мягко обхватил кожу, камни на миг вспыхнули и снова затихли. Ничего не произошло — ни взрыва магии, ни голоса в голове.

Значит, он не опасен.

Просто красивое украшение.

Наверняка его дорого продадут в ломбарде. Хотя… есть ли тут вообще такие заведения?

После такой находки дело пошло быстрее.

Настроение Мари незаметно взлетело. Руки работали быстрее, увереннее. Она окунулась в упорядочивание хаоса: расставляла книги по высоте и тематике, тщательно протирала пыль с хрупких статуэток, аккуратно выстраивала песочные часы разных размеров.

Вскоре полки и столы засияли. Красиво расставленные артефакты, статуэтки и песочные часы наполнили грудь Мари гордостью.

Комната преобразилась — теперь она выглядела как настоящая лаборатория. Или кабинет.

Как красиво и эстетично здесь стало…

Жаль, что это не может быть её кабинетом. Эта мысль кольнула неожиданно остро. Ведь что ей делать в такой прекрасной комнате? Принц, как только получит то, что ему от неё нужно, наверняка отпустит её к Александру. И тогда… что дальше?

Магию она освоила.

И может хотя бы не тревожиться о том, что этот мир её не примет и придется умереть. Теперь, когда она видит его многочисленные красивые потоки магии, то отлично понимает, что в этом мире всё течёт и существует благодаря им. Они струились вокруг, переливались в воздухе, пульсировали в земле — живые, могущественные, завораживающие.

И они правда могут не принять если в человеке эти потоки слабые или если их нет.

Она сунула браслет в потайной кармашек своего простого белого платья — того самого, в котором всегда ходила в деревню, — и направляется в столовую.

Обед не помешает после такой плотной тренировки и уборки.

Кстати, Мари, так и не удалось выяснить, кто так потрясающе готовит здесь из тех продуктов, что она приносит из деревни. А блюда подавались… потрясающие.

Знакомые извилистые коридоры больше не внушали тревоги. Мари уверенно шагала по ним, уже не боясь заблудиться. Каждый поворот, каждая резная дверь, каждый узор на каменном полу стали для неё знакомыми, как каждая неровность на обоях в их с братом квартире.

Проходя мимо зеркального зала, Мари внезапно остановилась как вкопанная.

В огромном, от пола до потолка, зеркале отразилась сцена, от которой у неё перехватило дыхание.

Она юркнула за угол.

Ха. Это уже почти привычка.

Там была Мор.

И она целовалась с…

— Адриан, — выдохнула в гробовой тишине замка возбуждённо Мор.

Мари хотела зажмуриться и отгородиться от сцены, которую не должна видеть, но лишь ошарашенно потрясла головой, пытаясь вытряхнуть эти образы.

Мор, не скрывая игривой усмешки, резко хлопнула мужчину по руке, которая ловко скользила по её бедру. Затем, многообещающе чмокнув его куда‑то в подбородок, она с властной лёгкостью потянула его за собой. В сторону своих покоев.

В той части замка Мари ещё не была.

Эта сторона Мор была незнакома. Это не суровая, холодная снежная королева, а какая-то пластичная, искрящаяся и страстная женщина.