Замуж за ректора. Тайна лесной ведьмочки (СИ) - Лесная Юстина - Страница 19

– А если бы, если только предположить, что… – начала я.

– Профессор Данвурд! Как хорошо, что я успела вас застать. Мне передали рекомендации по ведению образовательного процесса.

– Опять внесли поправки? – недовольно буркнул он.

– К сожалению.

Незнакомая женщина улыбнулась, протягивая бумаги и кокетливо поглядывая на профессора.

– Я не стану это читать! – возмутился он.

– Мы вас и не просим. Мне лишь нужна ваша подпись, – успокаивающей сладостью полился её голос.

Он нехотя взял листы и, бегло осмотрев их, поднял глаза на меня.

– Нам стоит продолжить в другой раз, – с сожалением сказал он.

Неизвестная преподавательница прожгла меня таким недовольным взглядом, что мне огромных усилий стоило не закатить глаза. Как будто мне есть дело до этого!

– Спасибо, я зайду позже, – вежливо ответила я и покинула аудиторию.

Стоило двери за спиной закрыться, как я ясно осознала, что только что обманула профессора. Кажется, случайной лекции удалось вернуть мне решимость со столь необходимой ясностью мысли. И как же всё-таки удачно, что все мои вещи сейчас при мне.

20. Побег и страшная находка

Мама не раз повторяла, что со встречи отца её жизнь разделилась на до и после, и что когда ведьма перестаёт принадлежать самой себе, это плохо может закончиться. Чаще, это упоминалось после крупных скандалов, но всё же. Теперь, кажется, я начинаю её понимать.

Я вырвалась на волю из здания академии, с наслаждением набрала полную грудь свежего осеннего воздуха и, оглядевшись, направилась к лесу.

Профессор напомнил мне полезную вещь: даже взрослым и суровым личностям известно далеко не всё. Что не мешает им делать вид, что это не так.

Пусть нет того, кто с таким же увлечением к своему делу мог бы объяснить мне поведение и мотивы некоторых ректоров, но на кое-какие выводы я и сама способна.

Во-первых, он может и сам не знать, что чувствует. Но всё же счёл приемлемым уберечь меня от собственных эмоций, думая, что я располагаю бесконечным временем. Да только это не так. Времени у меня немного, а трудности присутствовали ещё до всяких немыслимо нелепых обрядов.

Во-вторых, стоило уходить сразу, как я и собиралась. Знала ведь, что не стоит портить прекрасные воспоминания утренней встречей! Но видно не судьба, так бывает.

В-третьих, ректор решил, что я не стою даже малейшего объяснения. Не стою даже тогда, когда, преодолевая сбивающую с ног панику, сумела собрать крохи решимости и позаботиться о том, чтобы не оставлять его в неведении, а решить вопрос по-взрослому и честно. Что ж, отныне он предупреждён, а совесть моя чиста.

В-четвёртых, его непонятное заключение о невозможности развода вызывает лишь злость и недоумение. За кого он меня держит? Мы что, в средних веках живём?

В-пятых, единственное, что действительно разрывало мне сердце, пока я всё дальше отдалялась от стен академии – это прощание с кулинарными талантами Аники. Случись всё немного иначе, я была бы счастлива задержаться здесь, лишь чтобы попробовать как можно больше блюд, приготовленных ею. Кулёк в моей сумке с потрясающе пахнущими сочными мясными шариками в хрустящей панировке, которыми я успела разжиться, самую малость, но всё же утешал.

Разумеется, я пришла в столовую с не настолько меркантильными соображениями, я лишь хотела найти кого-то знакомого, кому сообщу, что отправилась ждать ректора в его дом. Было жаль её обманывать, она-то ни в чём не виновата, но и правды я сказать не могла. Такой ли уж это обман, если за мной не решат проследить? Я вполне могла бы и заглянуть в особняк, прежде чем затеряться в лесу. Это уже ничтожные подробности, они не стоят внимания.

Возможно, у лорда Терринса и есть сокрытые мотивы задержать меня при себе, но так нельзя. Я выразила ему своё намерение, не подумала ничего скрывать. Другой бы на его месте радовался, что я сама предлагаю разойтись и ничего от него не требую. А он… Он поступил очень странно, как будто я какая-то вещь, которую можно оставить лежать на комоде до его прихода. Он ведь даже совсем не знает меня! И должен понимать, что и мне неизвестно, чего ждать от него.

А что это – недоверие или же простая глупость – мне нет никакой нужды выяснять. У меня была цель, и я приду к ней, даже если теперь сделать это станет трудней. Но сегодня я просто исчезну, и хватит с меня. Дальше пусть он сам. Ему придётся обратиться за разводом к жрецу, просто ничего другого не останется. Супруг, который с первого же дня семейной жизни посчитал себя вправе решать мою судьбу за меня, мне точно не нужен.

Так некстати, тело вспомнило его прикосновения, как терялась я в его объятьях… Но была ли естественна моя страсть к совершенно незнакомому человеку? С этим тоже следует разобраться.

Не знаю, сколько времени прошло, но солнце было уже высоко над головой. Должно быть часа два, как я шла по лесу. Услышать себя, как и время, что обычно я безошибочно чувствовала, становилось тем сложнее, чем дальше я отдалялась от сердца леса моего супруга. Я пока ещё слабо представляла себе, смогу ли затеряться где-то на его краю, или же лорд Терринс с лёгкостью вычислит меня, если я останусь в его пределах. Рисковать не хотелось, хотя я совершенно не понимала этого абсурдного поворота моей судьбы – встретить расположенный ко мне лес, что помог моей магии пробудиться, и оказаться скованной таким неуместным в моей жизни обрядом.

Лес слабо отзывался мне, но я и сама не звала его, стараясь быть как можно незаметнее. Может, он чувствовал, что я предаю его, и уже не хотел иметь со мной ничего общего?

Я прошла ещё немного вперёд и почувствовала, что силы резко покинули меня, на плечи навалилась усталость. Смешанные деревья сменились сплошь хвойными, а небо над головой стало серым и мрачным. Подул резкий ветер, и я покрепче запахнула до того расстёгнутый плащ. Видно, я перешла границу.

Запах вокруг был чужим и настороженным, стало так тоскливо, что захотелось плакать. Что же я наделала, зачем?..

Я обернулась, намереваясь вернуться и придумать что-то ещё, поискать иной выход, но… Проход был закрыт. Со всех сторон меня окружали недобрые ели, их тяжёлая атмосфера не содержала в себе ни капли доброты и приветливости. Для этого леса я была чужой, а в свой лес я потеряла дорогу.

И всё же я попробовала идти назад, не знаю, на что надеясь. Прошёл ещё где-то час, пальцы на руках и ногах замёрзли. Магия внутри сжалась в комочек и не подавала никаких знаков, переживая свою утрату. Стало так пусто, и безразличие поселилось в душе. Зверей вокруг не было, птицы тоже молчали. А я продолжала идти.

Впереди я увидела тёмный силуэт, лежащий на траве. Он был похож на неопрятную груду тряпок, но внутри у меня всё задрожало. Спотыкаясь, на негнущихся ногах я добралась до находки и опустилась на колени рядом.

Девушка лежала на боку, её безжизненные тусклые глаза хранили пережитую боль, светлые волосы падали на лицо, ткань платья на животе была разъедена сильным ударом, а кожа почернела от смертельного внутреннего повреждения.

Она была ведьмой. Не знаю как, но я ощущала это. Как и то, что жизнь не билась в ней около суток. Дорогая одежда, сложная причёска, аккуратный макияж, был когда-то. Кажется, я знаю, на какую встречу ты намеревалась прийти. Две девушки в пустынном лесу – слишком много для совпадения, верно?

Смерть поразила меня. Никогда ещё я не оказывалась с ней так близко. А она была тяжёлой и мучительной. Мир стал казаться другим.

Кому понадобилась эта жестокость? Она такая молодая, совсем немногим меня старше. Её убили за то, что она ведьма? Или за то, что готовилась стать женой лорду Терринсу? Здесь замешаны политика и совет, о котором я прочла в статье? Есть ли теперь опасность для меня, раз я её заменила?..

Я стёрла рукавом слезы, моргая от рези в глазах. Ведьме должно лежать в земле, я должна хотя бы похоронить её! Я огляделась, пытаясь сообразить, как это сделать.