Три стрелы в его сердце (СИ) - Лотос Алена - Страница 84

И он стеганул лошадь по спине. Несчастное животное взвилось и бросилось в образовавшийся в воротах просвет, едва не придавив Еву. Пес злобно гавкнул ему вслед.

На привратной площади, помимо бегущих людей, собирались стражи города. Они крепко держали в руках копья, пики и алебарды, но в их глазах читались непонимание и страх. Некоторые из старших стражей пытались навести порядок среди людей, но люди слушали их не больше, чем Еву.

– Где же Светлый Лоурес со своей гвардией? – донесся до Евы испуганный голос. – Почему они не пришли защитить нас?

– У Светлого Лоуреса своя битва! – прикрикнул на солдата старший. – Они обязательно придут к нам на выручку, но позже.

Светловолосый паренек с наивными голубыми глазами кивнул словам командира и приободрился. Внутри Евы все сжималось и переворачивалось. Она знала чуть больше. Она знала, что ни Светлый Лоурес, ни его гвардия не придут. Может быть, Лилия сможет?.. Пес схватил Еву за подол платья и потянул дальше. Напоследок девушка быстро сплела и накинула на доблестных воинов города паутинку стойкости и скорого исцеления ран.

Пробегая мимо брошенных домов, Ева легонько поджарила парочку вездесущих мародеров. Повсюду под ногами валялись брошенные и забытые вещи, обрывки одежд и обломки сундуков. Ветер перевивал брошенный сор и перемешивал с первой опадавшей листвой. Лавочки на главной площади тоже были заброшены и кое-как закрыты. В самом центре город казался покинутым и пустым. Пробегая мимо помоста для наказаний, Ева поежилась и цепко посмотрела по сторонам. Она почувствовала на себе насмешливый старушечий взгляд. Но ощущение быстро ушло.

Дом Кристабаля окружала легкая мерцающая магия. Хитрый маг-торговец поставил на поместье защиту от воров и вандалов. Ева попыталась проникнуть магическим взором, удостовериться, что маг и его ученик покинули город, но заклятие не пропустило. Оставалось только надеяться.

Многие дома горели. Из разбитых окон вырывалось пламя. Занимались или пылали крыши. Еве пришлось прикрыть нос и глаза рукавом черного грязного платья, чтобы хоть немного дышать. Магия развеивала смог вокруг, но ненадолго, слишком плотной была стена огня и дыма.

В брошенной впереди карете остался впряженный породистый вороной конь. Черный пес подскочил к нему и принялся облаивать, норовя получить копытом в лоб. Ева медленно и вежливо подошла к напуганному, задыхающемуся животному, положила руку ему на лоб. Нити заклинания успокоили бедного коня и привели его в довольное расположение духа.

– Ты побежишь так или поедешь со мной? – спросила Ева у пса.

Пес дурашливо вывалил розовый язык и задом примостился на каменную мостовую. Кажется, он не собирался ехать верхом.

Ева распрягла коня и вскочила ему на спину. Ездить без седла она не любила, но духи не предоставили иного выбора. По поверьям, черный конь сулил удачу и благополучное завершение дел. Больше Ева не сомневалась, после месяцев практически полной тишины, приметы вновь начали открываться ей, а значит, она на верном пути. Ее ждет дом.

– Давай! – крикнула Ева.

Конь сорвался с места и помчался вперед, сквозь улицы, занятые черным смогом, как врагом. Рядом бежал и громко лаял счастливый черный пес.

Быстро миновали наиболее бедную и плотно застроенную часть города. Внутри, в покосившихся домах еще оставались люди. Они смотрели вниз, на каменную мостовую, взглядами, полными безразличия и обреченности. Огонь вскоре должен добраться и до них. Зашипев, Ева обратилась к собственной магии и начала на бегу быстро создавать огромное полотно защитного купола. Он рос прямо за ее спиной, белоснежный с золотистыми ромбовидными узорами. На какое-то время он защитит жителей от огня.

Они выскочили через Южные ворота, чтобы вновь увидеть горящие поля. Ева припала к шее коня, стукнула его ногами по бокам, и они стрелой понеслись меж дымов. Ядовитая гарь выбивала слезу и выжигала глаза. Девушке приходилось постоянно обращаться к магии, чтобы освежить себе и своим спутникам зрение. Конь брыкался и тяжело дышал, но продолжал стрелой нестись вперед, к заветному лесу, зеленеющему на горизонте. Даже черный пес закрыл пасть и перестал понапрасну драть горло.

Вековой лес медленно, но неумолимо вырастал перед взором. Не прошло и часа стремительной езды, как они вонзились в лесную чащу. Преодолев еще некоторое расстояние, Ева замедлила бег и дала всем небольшую передышку. Пес тут же свалился в дорожную пыль и принялся вылизываться. Конь недовольно и устало переминался, а потом и вовсе принялся щипать траву.

Ева перевела дыхание, потерла глаза ладошками, испачканными в саже и пыли. Недовольно заурчало в животе. Девушка вдруг осознала, что, кажется, ничего не ела уже больше недели.

– Нам нужно скорее добраться до Зеленого Дола… – сказала Ева, обращаясь то ли к себе, то ли к животным. – Я не знаю, что могла Лилия рассказать Темным, и поджидают ли нас там. Может, там будет сама Лилия… Но нам надо вернуться.

Пес прекратил лизаться и пару раз стукнул хвостом о землю, поднимая тучу дорожной пыли. Он полностью разделял мысли и планы Евы.

Дорога в Зеленый Дол заняла весь световой день и часть вечера. В лесу уже не пахло гарью, не было никаких следов Черных рыцарей. Но Ева гнала несчастного вороного коня так, будто их преследовали все демоны и бесы бездны. Лишь еще один раз она позволила им остановиться. В сумерках, когда солнце почти скрылось за горизонтом, они спешились возле широкой реки, чтобы умыться и выпить немного свежей воды.

Чистая проточная вода успокаивала взвинченные нервы. Ее мелодия возвращала в воспоминаниях ощущение мягкого морского дна и тихого, доброго шепота. Ева иногда силилась понять, откуда она знает этот голос, но короткое обрывочное воспоминание все время ускользало в паутине памяти. У самого берега девушка заприметила парочку цветущих желтых кубышек. Неожиданные для ранней осени цветы прятались среди мощных зарослей рогоза. Ева вошла в воду и добралась до цветов. Пес нервно залаял и забегал вдоль берега.

– Эй, тише, весь лес разбудишь! – улыбнулась Ева.

Легким движением она сорвала один из цветков и вплела длинный стебель в черную косу. Духи не зря направили ей этот символ надежды. Ева чувствовала себя кубышкой, забравшейся слишком глубоко в темные заросли. Пора выбираться к свету.

К деревне добрались около полуночи. Крупный полный месяц осветил россыпь добротных домиков. Ева улыбнулась и едва смогла сдержать слезы радости и волнения, рвущееся вперед колотящееся сердце. Сердце знало, где дом, где их ждут. Черный пес залился счастливым лаем.

По укатанной дороге к ним бежала Камла. Крестьянская дочь торопилась, придерживая руками длинные юбки. Ее огненные кудрявые волосы светились в лунном свете и начали медленно отрастать, а фигура слегка раздобрела. Камла охала и, не стесняясь, утирала слезы. Стоило Камле приблизиться, как Ева оказалась сжатой до потери сознания в крепких радостных объятиях.

– Госпожа, я знала, что скоро ты к нам вернешься! Уж чего только про тебя не говорили всякие злыдни, но я их поганой метлой всех прогнала!

– Камла, родная, как же я рада тебя видеть! – прошептала Ева, отвечая подруге на объятия.

– Ждала я тебя, Евушка! – причитала Камла, уткнувшись целительнице в шею, поливая горячими слезами. – Сил уже не было против всех стоять!

– Что случилось, Камла? Как ты прознала, что я возвращаюсь? – спросила Ева, слегка отстранившись.

– Ходили тут всякие, пока тебя не было! Выспрашивали, вынюхивали, пытались в избушку твою пролезть! То наглая рыжая баба, то мужики со страшными черными рожами. Всем ты оказалась нужна. Но ты только наша, ведьма, и мы не дадим тебя в другую деревню сманить! – пробухтела Камла, и разок даже погрозила недругам большим крестьянским кулаком.

– Спасибо тебе, Камла… – произнесла Ева.

Руки целительницы коснулась теплая ладонь, пальцы переплелись. Ева подняла глаза на Артура. Он стоял рядом в полумаске и внимательно слушал Камлу.

– Господин, и вы здесь! – охнула Камла. – А что же это с вами? Чего глаза прячете? Не рады нас видеть?