Три стрелы в его сердце (СИ) - Лотос Алена - Страница 25

– Н-нет, все в порядке, – промямлила Ева, споткнувшись о толстый корень, торчащий из песчаного берега.

– А звать тебя как?

Ева открыла рот, но вовремя опомнилась. Хитрый парень решил воспользоваться ее замешательством! Поэтому в ответ она лишь фыркнула, подхватила обеими руками металлическую посудину и посеменила обратно. Расшалившееся сердце что-то тихо и довольно напевало. Ева решила, что по возвращении в избушку обязательно выпьет какой-нибудь настойки от сердечных приступов.

Вскоре к костру вернулся и Артур. Мокрая одежда, кое-где покрытая следами грязи и тины, удивительно красиво очерчивала его атлетичную фигуру. Обернувшись на шаги, Ева загляделась. Она уже успела несколько раз рассмотреть своего гостя с разных ракурсов и степеней обнаженности и все равно едва могла отвести взгляд. Артур тоже заметил этот взгляд, но на сей раз решил проявить тактичность и промолчал. Лишь подмигнул. Отчего Ева побледнела, пошла пятнами и принялась с новой силой помешивать угли.

– Постой-постой! – воскликнул юноша и выхватил крючковатую палку из пальцев Евы. – Ты же всю рыбу в золе извозишь!

Артур присел на корточки и принялся аккуратно разгребать пепел. Вскоре из черного нутра костра показались мягкие белые кусочки. Ева подала наспех оторванные еловые лапы и вкуснейший губарус принялся источать незабываемый аромат тины и копчения. От запаха проснулись даже зайцы, а у знахарки заурчало в животе.

– Вот видишь, я же обещал тебя накормить! – широко улыбнулся Артур и в его глазах запрыгали теплые блики костра.

Сперва ели молча. Артур откуда-то нашел немного соли и маленький деревянный стаканчик из тонкой бересты. Пить травяной отвар, наскоро сочиненный Евой из найденных рядом растений, пришлось по очереди. Зайцам нарвали немного травы и принесли прямо в шалаш, откуда они отказывались вылезать.

Ева потягивала кипяток со вкусом земляники и запахом розави́ра и посматривала на Артура. Пару раз они столкнулись взглядами. Каждый раз, не выдержав выражения темных глаз, Ева первой отворачивалась. Но и эта игра в гляделки быстро надоела.

– Ты так и не скажешь мне своего имени? – нарушил молчание Артур. Он сидел напротив, через костер. Восставал из него словно огненный дух.

– Что в имени тебе моем… – проговорила Ева слова давно позабытого поэта, чьими стихами зачитывалась в пансионе.

– Думал, что так лучше смогу тебя понять.

– Зачем тебе меня понимать?

– Ты мне…

Артур оборвал себя. Неизвестно, как эта пугливая и пугающая девушка знахарка-ведьма восприняла бы его признание. Да и не стоило пока говорить такое. Слишком рано.

Он встал и подсел поближе к Еве. Взял ее за холодную ладошку, немного подождал. Ева не выдернула руки, но и не взглянула на него. Просто сидела, замерев, как заяц перед духом иллюзий и снов. Он легко коснулся пальцем внутренней части ладони. Она вздрогнула и тихо вздохнула.

– Больше не болит?

– Что? – удивилась Ева. Стоило ей поднять голову и встретиться взглядом с Артуром, как ее вновь увлек омут темных глаз. Темных с огненными всполохами.

– Твой палец больше не болит? Где тебя поцарапала ложноплодка? – уточнил Артур, легонько поглаживая подзажившую ранку на большом пальце.

Ева отрицательно покачала головой. Все тело пронзало дрожью, будто разрядами молнии, и она боялась пошевелиться. Ей казалось, что стоит только совершить одно неловкое движение, как магия этого дождливого лесного вечера будет навсегда утрачена.

– Мой дядька научил меня этому, – сказал Артур, и губы его тронула легкая, почти мечтательная улыбка. – Он вообще многое мне показал о растениях, о животных, о рыбалке. Говорил, что я должен вырасти хорошим человеком и помогать людям.

Ева слушала молча, завороженно, затаив дыхание. Он был так близко, в паре дыханий. От Артура исходило ни с чем несравнимое, незабываемое тепло, как от домашнего очага. Как от дома.

– Однажды моя сестра сильно порезалась о шипы ложноплодки в саду, и дядька показал мне, как можно помочь. Он сорвал листья медунии и приложил к ране. Я накрепко это запомнил…

Глупое больное сердце пропустило удар. У Артура тоже была сестра, была семья. Кажется, его семья была счастливее ее.

– А у тебя есть семья?

Магия затрещала и заскрежетала. Ева отвернулась, уставилась в огонь.

– Была, – тихо проговорила она, после недолгих раздумий.

– Что же с ними случилось?

– Я стала им не нужна…

– Знаешь, сколько бы раз семья не пыталась отречься от тебя, ты все равно всегда будешь ее частью. А они – частью тебя.

Ева кивнула. Эту часть себя она последнее время очень часто ненавидела.

Артур снова коснулся ладони девушки, принялся выводить пальцем какие-то узоры. Уже не такие чужие прикосновения вернули Еве душевный покой, что ни мало ее удивило. С Артуром всегда было немного спокойнее.

– Ты бы могла доверить мне свою жизнь?

Вдруг раздался новый вопрос. Ева задумалась. Она знает этого человека всего ничего, но он уже живет в ее доме, кормит ее и держит за руку. И она не бежит от него, несмотря на все увещевания отца. Голос отца в голове замолк, как только рядом появился Артур. А в эту странную ночь он стал еще ближе. Ева обернулась, чтобы вновь утонуть в глазах-омутах.

– Наверное. Ты же доверил свою.

Спать ложились за полночь, когда дождь уже стих и на расчистившемся небе взошла луна в окружении сонма блестящих звезд. Среди них сияла и розовая звезда Неста́ны. Ева ушла спать в шалаш, под бок к довольным сытым зайцам. Артур не рискнул предложить лечь под бок к нему. Хотя и очень хотел. Когда над поляной повисла сонная тишина, знахарка вытащила из-под спины пару еловых лапок и, обдирая пальцы об колючки, принялась плести оберег.

На следующее утро Артур проснулся от шаркающих звуков под ухом. Он лениво повернулся на другой бок и распахнул глаза от удивления. Ева сидела на пеньке возле костра и ковырялась палкой в золе. Очень сосредоточенно ковырялась.

– Кажется, ты уже проснулась. Решила заняться завтраком?

Ева чуть вздрогнула от неожиданности, но молча продолжила свое нехитрое дело. Артур приподнялся, уперевшись локтем во влажную землю. Знахарка перебирала и перекладывала палкой головешки, вглядывалась и, кажется, что-то искала. Вскоре поляну огласил довольный вскрик. Ева выудила из потухшего пепла рыбий хвост и выдернула из него парочку тонких косточек.

– Что ты делаешь? – аккуратно поинтересовался Артур.

Ева только зыркнула сердито и принялась тонкой соломенной ниткой привязывать кости к чему-то маленькому и круглому. Немного полюбовавшись, знахарка к самому центру поделки привязала неровный камушек. Легкое магическое заклинание заставило его заблестеть, словно янтарь. Девушка покрутила вещицу в руке и поймала в зеркальную часть лучик раннего рассвета. На ее лице расплылась довольная улыбка.

– Это амулет, – наконец, пояснила знахарка. – Я всю ночь думала над твоим вопросом…

– О твоем имени? – тут же нашелся Артур, хитро улыбнувшись. Но девушка проигнорировала его вопрос.

– Я думала о том, смогу ли доверить тебе свою жизнь. И в итоге пришла к выводу, что проще довериться человеку, который знает приметы или, хотя бы, отводит их от себя. Вот, держи.

Ева подошла к юноше и протянула неказистый амулетец, собранный из еловых иголок, камней и рыбьих костей. На миг Артур замешкался. Ранее ему никогда не приходилось получать таких необычных и, в то же время, настолько наполненных смыслом подарков. Знахарка не переставала о нем заботиться. В другой ее руке появилась толстая иголка.

– Дай я прикреплю… Его надо носить повернутым внутрь одежды…

Знахарка аккуратно коснулась замызганной рубахи Артура. Затем быстро, чтобы не передумать, отогнула край ворота и прикрепила амулет иголкой. Завершив процедуру, Ева отпрянула, словно ее самим ветром сдуло. Артур почувствовал, как еловые иголки колют сердце. А, может, это были не иголки?..

– Спасибо, – только и смог проговорить он.

И глаза цвета летней листвы засияли радостью.