Три стрелы в его сердце (СИ) - Лотос Алена - Страница 12

Подвязав косынкой волосы для удобства, Ева вошла в сарай. Там на подстилке из сена до сих пор лежал тот, чуть не погибший красивый юноша. Знахарка приложила руку к его груди, почувствовала тихое, медленное биение сильного сердца. Легкое заклинание левитации вновь отняло у нее порядочное количество сил, но помогло сдвинуть с места молодого мужчину и перенести его в дом. Три стрелы угрожающе торчали из его тела.

Заклинание помогло уложить юношу боком на стол, за которым ночью творилась магия. Прежде чем смывать кровоподтеки с красивого лица, Еве предстояло извлечь стрелы. Девушка закрыла глаза и зашептала знакомое с детства заклятие на остановку крови. В силу крепкой заученности, оно требовало на себя минимум магической энергии. Ева шептала его, пока запястье не сжали крепкие холодные пальцы. Знахарка от удивления распахнула глаза и встретилась с твердым осмысленным взглядом. Запекшиеся губы прошептали:

– Кто вы? Почему я не умер?

_________________________________

Автор совершенно точно будет счастлив, если перед чтением следующей главы, вы оставите комментарий к этой! =)

Глава 5

Пришлось приложить очнувшегося мужчину крепким заклятием сна по голове. Он тихо кашлянул, глаза закатились, и раненый опал обратно боком на деревянный стол. Однако Ева успела заметить, как красивы были эти темные глаза, и удивителен цепкий серьезный взгляд. Подавив желание еще немного полюбоваться мужчиной, Ева принялась за работу.

Три стрелы засели в едва вздымающейся груди. Запекшаяся бурая кровь залила потемневшую от грязи сорочку. Дорогая черная куртка мешала определить, вышли ли наконечники стрел со стороны спины. Ева взяла ножницы и принялась разрезать сорочку. Она старалась не думать о том, почему этот явно благородный молодой мужчина оказался при смерти в Заповедном лесу, почему дзирги потребовали спасти его, почему эту широкую грудь до самого живота пересекает уродливый рваный шрам. Мысли так сильно вились в голове, так сильно отвлекали от монотонной выверенной работы, что Еве даже пришлось постучать себя по лбу, отгоняя их. На какое-то время стало легче сосредоточиться.

Древко всех стрел окутало легкое золотистое сияние. Ева аккуратно мысленно поддерживала это заклинание, не давая крови покидать тело, не позволяя грязи и заразе оказаться внутри. Сейчас, без поддержки дзирг и духов, приходилось полагаться исключительно на собственные знания и профессионализм и, в меньшей степени, на магию. Разрезанная одежда обнажила два металлических наконечника, торчащие между ребрами. Третий не вышел. Знахарка тяжело вздохнула – не так плохо, как могло бы быть, но и не так здорово.

Ева положила на стол ножницы и, пока юноша тихо лежал, занялась последними приготовлениями. Вскоре рядом появилась большая деревянная лохань с горячей водой, множество чистых белых тряпок, разные мази и настойки. Оставался еще один ингредиент. Из-под кровати Ева достала небольшой кованый сундук, прошептала отпирающее заклятие, резко глянула через плечо – вдруг спасенный мужчина подслушивал или подглядывал? Нет, он по-прежнему лежал недвижимо на боку. Из сундука Ева извлекла два крошечных кристалла, размером с абрикосовую косточку. Кристаллы источали слабый свет, изнутри едва заметно переливались радугой. Их знахарка также положила на стол, к остальным инструментам.

– Жаль у меня нет колдовского кота, – усмехнулась Ева, окидывая взглядом свой импровизированный стол для операции. – Или хотя бы ворона. Они бы помогли.

Собравшись, знахарка постучала себя по левому плечу, отгоняя вредных духов действий и взялась за одну из стрел. Древко казалось тонким, его легко переломить небольшим усилием, как веточку. С первого раза оно не поддалось. Ева нахмурилась, ухватилась посильнее, аккуратно, но крепко. Нажала. На дереве не образовалось ни одной трещины. Знахарка крепко выругалась. Ну, конечно, если этот юноша по неизвестным причинам оказался в Заповедном лесу, чуть не умер там с несколькими стрелами в груди, и за него заступились сами Хозяйки – следовало догадаться, что все это неспроста! И что стрелы могут оказаться зачарованными! Что не так с этим мужчиной?!

Ева предприняла еще одну попытку извлечь стрелы, не прибегая к помощи магии – протолкнув их. Стрелы сидели крепко, будто вколоченные в тело. На какое-то мгновение Еве захотелось презреть все клятвы лекаря, данные давно в далеком пансионе, выволочь этого странного мужчину за порог и оставить на поруки тем, кто не дал ему умереть – Хозяйкам леса! Устыдившись собственных гадких мыслей, Ева постучала себя по лбу, затем по левому плечу и крепко задумалась.

В сундуке находилось еще около дюжины заряженных кристаллов побольше, все, что она успела накопить за полгода. На проведение этой операции ей потребуется не меньше половины. Выбор невелик. Дать этому мужчине умереть, отозвав закупоривающую магию. Поддерживать закупоривающую магию, так и оставив его со стрелами в груди – очнется, пусть сам разбирается. Или – использовать драгоценные кристаллы, извлечь несчастные стрелы, а как мужчина придет в себя, затребовать с него полную плату. Такую, чтобы хватило на парочку средних, или даже крупных, заряженных кристаллов!

Ева быстро, чтобы не передумать, направилась к сундуку, вытащила несколько мелких кристаллов, размером со сливу. На сердце заскреблись жадные мышки – она так долго копила их, заряжала своей иссохнувшей магией, радовалась заполнению новых, а теперь вынуждена потратить на какого-то незнакомца! Зачем? А вдруг он окажется бандитом, которого за дело оставили умирать в Заповедном лесу? Вдруг, очнувшись, он убьет ее? Задушит тихой ночью? Нет-нет, не может такого быть, он слишком хорош для злодея, да и дзирги б за него не вступились…

Еве пришлось вновь с силой стучать себя по лбу, чтобы прогнать отвратительные мысли и не дать им просочиться в магию, отравляя и портя все. К колдовству требовалось подходить с холодным рассудком, очищенными мыслями и пустыми эмоциями. А Ева только за этот час надумала и начувствовала столько, что могла испортить все.

Ева разложила восемь кристаллов вокруг лежащего на боку мужчины и забралась на стол. Головой она едва не касалась бревенчатого потолка. Размяв пальцы, знахарка подняла руки, распечатала кристаллы и соединила хранившуюся в них магию в единый белоснежный искрящийся поток. Энергия завихрилась, взметнулась вверх, закружила занавески на окнах и длинное черное платье колдуньи. Заблестели многочисленные кольца, зазвенели серебряные амулеты. На тонких запястьях обозначились невидимые иному глазу массивные золотые браслеты. Кристаллы перестали переливаться и почернели, источившись.

Ева принялась нараспев читать долгое и сложное заклинание, вытягивая из вращающегося потока тонкие светящиеся нити, сплетая их в единое плотное полотно. Раньше она могла бы проделать этот трюк за считанные минуты, истратив кучу лишней энергии на красоту кружева, изящество линий и дополнительные сверхсигналы. Словом, на баловство и позерство. Теперь, будучи ограниченной в магии, Ева стала очень бережливой. Но даже это не мешало создавать красивое и точное заклинание.

Немного погодя, Ева начала разделять надежную паутину на три части – по числу застрявших стрел. Когда кусочки разошлись по заранее ослабленным нитям, знахарка принялась соединять их в плотные шары, пеленать и скручивать. Магия слегка сопротивлялась, но неизменно покорялась твердой руке. Шары вращались и медленно сжимались, пока не превратились в нестерпимо светящиеся комочки, размером не больше наперстка. Уставшая Ева медленно опустила ладони и магия, пройдя сквозь зачарованные древки, вошла в тело мужчины, засветив его изнутри.

Ева спустилась на пол, тяжело привалилась к краю стола. Теперь оставалось только ждать, когда магия проявит себя. Пару минут ничего не происходило. Вдруг раздалось тихое покашливание, и Ева резко бросила взгляд на спокойное лицо молодого мужчины. Стрелы пришли в движение. Медленно, они поднимались из груди, обволакивая раны мягким свечением. Знахарка улыбнулась – она не потеряла ни единой доли своего искусства и способна создавать сложнейшие заклинания даже в таких невыносимых условиях. Зеленоватая аура юноши засветилась немного ярче. В ней проступили слабые серебристые лучи.