"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 985

— Почти, — кивнул Волков, даже не посмотрев на меня. Он поставил последнюю подпись на листе и наконец позволил себе расслабиться, с видимым удовольствием откинувшись на спинку своего кресла.

— Почти? — уточнил я.

— Да, — явно удерживаясь от того, чтобы не огрызнуться, ответил он. — Почти. А чего ты от меня хочешь⁈ Ты сам настаивал на том, чтобы провернуть все так, чтобы никто этого не заметил!

— Я помню. Но рассчитывал, что всё будет готово к сегодняшнему вечеру…

— Скажи спасибо, что всё будет готово хотя бы завтра, — отмахнулся он. — Такие дела не делаются за три дня…

— Скажу, но не тебе, а Смородину, — покачал я головой. — Или ты забыл, что именно его связи с банкирами позволили это сделать? Или о том, кто дал тебе деньги?

Максим лишь поморщился и, закрыв покрасневшие глаза, принялся массировать их пальцами.

— Ладно. Окей, как бы паршиво ни было это признавать, ты прав. А я просто устал. Мне надо выпить и отдохнуть.

— Ну для первого у тебя завтра точно будет повод. — Я не мог сдержать улыбку, увидев сколь сильное выражение предвкушения появилось у него на лице.

— О да, — протянул он. — Я почти что молюсь о том, чтобы всё сработало именно так, как ты и задумал.

— Всё так и будет, — уверенно сказал я.

Ещё бы испытывать такую же уверенность на самом деле. Вот тогда было бы совсем здорово. Весь мой план строился на двух допущениях. На крайне паршивом финансовом положении Харитоновых и на том, что-то, что они могли дать Лазареву, было ему очень нужно. Настолько, что он согласился не только сунуть свою голову в изначально не правильное дело, но ещё и подрядил на него одного из своих самых матёрых «бойцов».

— Если так, то я завтрашний день в календарике красным маркером обведу и буду праздновать как второй день рождения, — фыркнул Волков. — Лазаревы. Голицыны. Харитоновы. Ублюдки… Но ничего. Завтра я отыграюсь.

В его словах звучала такая уверенность, что я даже на короткий миг и сам поверил, будто всё может пройти без сучка без задоринки. К сожалению, я очень хорошо понимал, что такой человек, как Елизавета, может догадаться, что мы, а точнее я, собираюсь сделать. Но даже если она и не догадается, имелось как минимум два или три законных выхода из ситуации. Способы, которыми она не даст нам победить.

К счастью, победа нам тут была не нужна.

— Ты ведь помнишь, что нам нужно ещё обсудить… — начал было я, но оказался прерван несколько неожиданным событием.

Дверь за моей спиной открылась, и в кабинет вошла высокая и стройная брюнетка. Прошла мимо меня, позволив полюбоваться на красивую фигуру в облегающим сером деловом костюме с юбкой в тонкую и едва заметную белую полоску. Туфли на высоком каблуке. Очки в чёрной оправе и высокая причёска. Всё это вкупе с холодным выражением на лице притягивало взгляд.

— Максим Алексеевич, — произнесла она низким контральто, бросив на меня короткий взгляд. — Прошу прощения, что отвлекаю вас, но у нас небольшая проблема.

— Что там, Алисия? — устало спросила Волков.

— Третий пентхаус, ваше благородие, — уточнила она. — Боюсь, у нас может возникнуть проблема с одним из постояльцев.

Едва она это сказала, как Волков оживился. Похоже, что перспектива потери денег быстро разогнала кровь в его венах.

— Насколько он критичен? — спросил он, выпрямившись в кресле и, очевидно, имея в виду именно постояльца.

— Весьма критичен, ваше благородие, — сообщила ему помощница. — Сын его благородия барона Холмина из Новгорода. Боюсь, что у одной из его… приглашённых девушек могут быть проблемы со здоровьем от излишнего употребления.

— Твою мать, — выдохнул молодой барон. — Ладно, я сейчас разберусь. Сообщи охране, чтобы поднялись.

Посмотрев на меня, он пару секунд раздумывал, после чего дёрнул головой в сторону двери.

— Не против обсудить это по дороге? — спросил он, на что я кивнул и встал из кресла вслед за Волковым. — Мне придётся заняться проблемой, но я тебя провожу.

— Без вопросов. У меня и так времени не очень много. Так что чем быстрее, тем лучше.

— Отлично. Пошли. Скажи охране, что я сейчас поднимусь к ним и разберусь, Алисия.

— Конечно, ваше благородие. — Ледяная брюнетка ответила коротким поклоном.

Мы покинули кабинет и направились по коридору к лифтам.

— Что-то серьёзное? — уточнил я.

— Скорее всего, этот дегенерат опять вызвал себе шлюх, и они напились так, что беспокоят других клиентов, — ответил он.

Затем посмотрел на меня с подозрением.

— Даже не думай, — сказал Волков, когда мы подошли к лифту и он вызвал кабину.

— О чём?

— О моей помощнице, — заявил он, чем неслабо меня удивил.

— Да с чего ты взял…

— Я видел, как ты на неё смотрел, — фыркнул он, а в его эмоциях промелькнуло нечто похожее на ревность. — Не отдам. Без неё всё это прогорело бы ещё месяц назад.

— То есть вы… — Я скорчил многозначительное лицо.

— Пусть у меня нет Реликвии, но я не такой идиот, как мои братья, Рахманов. — Волков скрестил руки на груди и привалился плечом к стенке лифта, лениво наблюдая, как номера этажей сменяют друг друга. — Предпочитаю не портить отношения с теми, кто может быть мне предан и полезен.

— Покорнейше благодарю, но у меня своих проблем хватает, — фыркнул я. — Не забудь. Всё нужно решить завтра до двух часов.

— Сделаем, — заверил Волков.

Ну, это оказалось непросто. Очень и очень непросто, если говорить по-честному. Третье судебное заседание было назначено на два часа дня, поэтому, если я хотел на нём присутствовать, мне требовалось каким-то волшебным образом исчезнуть из университета и пропустить занятие со своими студентами. И не получить за это по шапке, что было бы крайне нежелательно.

Разумеется, Софию абсолютно не обрадовало подобное положение дел. К счастью, мне удалось убедить её, что делаю я это не просто так и происходящее крайне важно. В итоге она согласилась подменить меня на одно занятие. Заодно пообещала проверить, как ребята усваивают материал.

И вот тут я подметил любопытную вещь. Она практически не сомневалась, какой результат получит. То есть, если верить её эмоциям, она ожидала положительного исхода для своей затеи. Получается, что дело не в том, что она мне не доверяла? Тогда в чём?

Хотя вообще это странно. Разве не она будет принимать у них экзамен? Она же вроде бы начальник кафедры… ай, не важно. Сейчас у меня голова была занята другим.

К зданию суда я приехал минут за двадцать до начала процесса и встретился в зале со Скворцовым. Как я и ожидал, он в тот момент проверял последние материалы касательно дела и давал дополнительные советы своим клиентам.

Мы с самого начала с ним обговорили этот момент. Я специально попросил его не вызывать собственных клиентов для дачи показаний, вполне оправданно ожидая, что Голицына попросту разметает их на перекрёстном допросе, который, вне всякого сомнения, последует после этого. Тут даже сомневаться не нужно было. И просил я об этом не потому, что Скворцов был глуп и сам этого не понимал. Он, как раз-таки, прекрасно это знал и потому на предыдущих двух заседаниях избегал подобного, вызывая свидетелей со стороны.

К несчастью для него, Елизавета мастерски отрабатывала свой хлеб, либо же переворачивая показания вызванных им свидетелей, либо же попросту уничтожая их во время своего раунда вопросов.

— Почему он ещё не позвонил? — раздражённо спросил Скворцов, когда мы с ним вдвоём разговаривали, стоя в коридоре в ожидании начала процесса.

— Очевидно, потому, что мы всё ещё не добились нужного результата, — не без раздражения произнёс я.

Волков молчал, что, честно говоря, меня несколько напрягало. Он обещал, что к началу процесса всё будет решено, но пока что от него была лишь тишина и на мои звонки он не отвечал.

— Так и знал, что не стоило тебе доверять, — выругался отец Марины, зло сопя носом. — Аристократам нет доверия. Зря я ввязался в эту…