"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 1439

— Ладно, — наконец произнёс он. — Признаюсь, это и правда было забавно.

— Забавно?

— Да, — кивнул он. — Забавно было наблюдать за тем, как ты раз за разом тыкаешься по углам в попытке найти ответы на так мучающие тебя вопросы. А ведь всё, что требовалось, это всего лишь прийти и попросить. Больше ничего.

— Попросить? — я едва не рассмеялся ему прямо в маску. — Тебя?

— Ну а кого же ещё, Александр? — с удивлением спросил он. — Кого ещё, как не меня?

Затянутая чёрной перчаткой ладонь поднялась и коснулась зеркальной поверхности. Одно движение, и маска оказалась снята, явив мне скрывающееся за ней лицо.

Лицо, которое я видел не раз и не два. Видел на фотографиях.

— Как же наконец приятно взглянуть на тебя собственными глазами, сынок, — с искренней улыбкой произнёс Илья Разумовский.

Привет, это Ник Фабер.

Финальные главы скоро выйдут. А пока предлагаю вам мою новую историю по миру Адвоката. Приятного чтения — https://author.today/reader/534819

Глава 34

Признаюсь, в этот момент мне оказалось бы крайне сложно сказать, что вызывало наиболее противоречивые эмоции: окружающий меня мир или то, что мой покойный отец спокойно сидел сейчас в кресле и с ироничной улыбкой смотрел мне прямо в глаза.

— Что такое, Александр? — спросил Илья. — Неужели в такой момент тебе нечего сказать?

— А что я должен сказать? Что я рад тебя видеть? — Я пожал плечами. — Мы оба знаем, что это будет ложью. Так какой смысл?

— Почему же? Разве это не мечта каждого блудного сына — встретить наконец своего отца? Логичное и понятное желание…

— Может быть, хватит этого маскарада?

Мой резкий вопрос заставил его замолчать.

— Маскарад? В каком смысле?

— Мы с тобой оба знаем, что ты не Илья Разумовский. И никогда им не был. Так, может быть, перестанешь уже пудрить мне мозги так же, как делал это Андрею?

Улыбка на его губах стала шире.

— Значит, всё-таки понял, да?

— Да.

— Давно?

В ответ я лишь снова пожал плечами.

— Кое-какие подозрения у меня и правда имелись уже некоторое время. Но сильнее всего задумался после встречи с Андреем. Это ведь с тобой он общался, так?

— Да, — не стал он скрывать.

— Зачем? Для чего было превращать его…

— Видишь ли, Александр, — спокойным тоном прервал меня он. — Ты одновременно прав и ошибаешься.

В этот раз я уже даже не пытался скрывать иронии в собственном голосе.

— Ошибаюсь? Интересно в чём? В том, что ты, тварь, каждый раз заменяла собой очередного главу рода?

Подняв руку, я показал ему правую ладонь.

— Пять заключённых контрактов, — сказал я, глядя ему в глаза. — Ты давал им заключить пять договоров…

— Нет, Александр. Нет, нет, нет, — вновь перебил он меня. — Я ничего и никогда им не давал. Все контракты всегда заключал…

— Ты, — произнёс я, закончив фразу за него. — Да, я знаю. А Разумовские были лишь посредниками. Пешками, которых ты использовал в своей игре.

В его глазах промелькнуло уважение, смешанное с весельем.

— Разумовские служили мне… Давай назовём это словосочетанием «удобный инструмент», хорошо? Как по мне, подходит замечательно, тебе не кажется?

— Да, достаточно тошнотворно, как по мне, — едко и нисколько не скрывая собственного отвращения заметил я.

В ответ на это мой собеседник лишь брезгливо махнул рукой.

— Пусть так, неважно. Софистика в данном случае не имеет большого значения. Как инструмент не назови, он им и останется. Главное, что ты, Александр, наконец-то здесь.

— Ага. Ну так что? Ответишь на вопрос? — лениво спросил я. — Раз уж тянешь время?

— Признаюсь, у меня не было этого в планах, но почему бы и нет, — с показным равнодушием пожал он плечами. — Зачем отказывать тебе в твоём последнем праве на правду. Что ты хочешь спросить?

Я соврал бы, если бы сказал, что искренне задумался над тем, какой вопрос хотел ему задать.

— Зачем? — наконец спросил я, чем, кажется, немало его удивил.

— Что?

— Зачем всё это? — повторил я. — Я уже знаю или примерно понимаю большую часть истории. Из поколение в поколение ты занимал место главы рода. А затем его сына. И снова. И снова. Раз за разом. Для чего?

За последний год я и правда, как мне кажется, почти смог собрать эту мозаику по частям. Эта тварь не просто являлась источником силы для Разумовских. Она и была Разумовскими. И я уже хорошо знал, как именно. Помог разговор с Ларом, когда я заезжал к нему. Один шрам. Одна сделка. Даже в моём прошлом мире цифра пять имела мистическое значение во многих религиях и верованиях. А у альфар она была каким-то образом напрямую связана с душой, только я так и не смог понять до конца концепции, которые он пытался мне объяснить. Да и в целом не так уж они были и важны. Главное — суть.

— Ты использовал Разумовских как посредников, а договоры заключал всегда сам, — продолжил я. — Пять сделок каким-то образом открывали тебе путь к тому, чтобы занять сознание главы рода.

— Так, — кивнул он. — Но не жди, что я…

— Что ты ответишь на все мои вопросы? Брось, у меня и в мыслях не было. То есть выходит, что когда двадцать лет назад русские вместе с британцами решили избавиться от Разумовских, они охотились не на Илью… — Я замолчал и покачал головой. — Нет. Они охотились на тебя, хотя и сами этого не понимали. А вот оба Императора знали, правда, ведь так? Пендрагон каким-то образом узнал правду или же знал её всегда. И передал её Багратионову. А остальным они сказали, что Илья получил контроль над договорами, которые заключали другие Разумовские до него, но это оказалось не так. Потому что они никогда сделок и не заключали. Все контракты проходили через тебя…

— А когда я наконец получал новое тело, то…

— То ты получил власть над уже заключёнными сделками, — закончил я за него, и он кивнул. — Елена? Твоя страховка на тот случай, если всю семью решат убить?

— Как и ты с Андреем, — усмехнулся он. — Вы, люди, назвали бы это диверсификацией активов.

— Оставлял себе пути для отступления, значит, — хмыкнул я. — Зачем? Что с вами происходит после смерти носителей дара? Хотя нет. Не так. Что ждёт тебя? Что будет, если все, кто способны нести твой проклятый дар, умрут?

Вопрос был отнюдь не праздный. Опять-таки, спасибо Лару, который прояснил для меня этот момент. Каждый одарённый, по сути, использовал заёмную силу. Чем чаще он её применяет, чем сильнее конфликт, который вынудил его использовать его дар, тем больший потенциал к росту он обретал. И это же работало в обратную сторону. Без конфликта не бывает развития. Никогда. Именно он побуждает человека двигаться и идти вперёд. Работать над собой, чтобы стать сильнее. Через боль, преграды и трудности. Это объясняло рост количества одарённых во время и после Великой Войны в начале местного двадцатого века. И это же объясняло снижение их количества в послевоенное, более спокойное время.

Так вот, каждый человек по праву крови мог унаследовать Реликвию. Это был факт. Но с течением времени и отсутствием конфликтов их связь с источником силы слабела. И чем дальше, тем сильнее это выражалось. Если в начале двадцатого века из троих сыновей Василия Разумовского силу получили все, то уже через пятьдесят спокойных лет дара удостоился лишь один сын из пяти, мой дед. А у него только лишь Илья открыл в себе дар.

Вот в чём причина того, что вырезали всю основную ветвь рода. Никто просто не хотел, чтобы молодая поросль получила шанс обрести дар. Даже теоретически. И если уже повзрослевший Князь в силу своего возраста этой возможности лишился, то вот молодняк ещё представлял из себя угрозу. Так никто не хотел рисковать, оставляя прямых наследников.

Опять же, судя по всему, знали обо всём только Император и Меньшиков. Потому Николай тогда пришёл ко мне в аудиторию. Хотел проверить, кто именно скрывается за фасадом? Возможно…

— И это тебя волнует? — удивился Илья.