"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 1143

— Да п… пошёл ты, — сипло выдавил Шарфин, пытаясь устоять на коленях и держаться одной рукой за машину.

— Ну ты меня услышал, — вздохнул Пётр. — Иди, снежка что ли приложи к яйцам. Может поможет…

— Значит, написали мне рекомендацию, — усмехнулся я в трубку.

— Разве после всего случившегося я мог поступить иначе? — ответил мне из телефона весёлый голос Молотова. — Александр, я опущу тот факт, что ты не только спас мне жизнь. Ты защитил Анну в суде. Защитил, я замечу, чуть ли не лучше, чем сделал бы я сам…

Ну, тут ещё вилами по воде писано. Как действовал бы Молотов, я не знаю. И не узнаю, спасибо чёртову Генри Харроу, чтобы ему икалось до конца жизни.

— Ну, ещё скажите, что вы меня и правда с собой взяли, чтобы я за вами бумажки носил, — усмехнулся я в трубку

— А я и скажу, — в свойственной ему ироничной манере заявил Молотов. — И нисколько об этом не жалею, Александр. Так что, да. Эту рекомендацию ты, на мой непритязательный взгляд, заслужил абсолютно полностью. Хотя бы за то, что я снова могу ходить.

Тут даже спорить с ним не стану. Распутин выполнил обещание и поставил адвоката на ноги. За два сеанса его дар полностью устранил повреждения, полученные в ходе аварии в Конфедерации, и теперь, пусть ещё не успев восстановиться до конца, но Молотов снова был здоров.

— Спасибо вам, — искренне поблагодарил я его.

— Будет тебе, Александр, — ответил Вячеслав. — Я всегда придерживался мнения о том, что сделанное добро рано или поздно вернётся. Пусть это прозвучит немного наивно, но порой мне кажется, что этому миру не хватает немного наивности.

Может быть, он и прав.

Заметив вошедшего в парк мужчину, я попрощался с Молотовым и убрал телефон в карман куртки.

Роман подошёл к скамейке, на которой я сидел, и я протянул ему стакан с ещё горячим кофе и завёрнутую в фольгу шаверму.

— С маринованной капустой и морковкой по корейски, — сказал я. — Как ты и просил.

— Ты просто мой спаситель, — усмехнулся Лазарев, садясь рядом и разворачивая свой перекус. — Первая нормальная еда за весь день.

— Всегда пожалуйста. Считай, что это моя благодарность тебе за рекомендацию.

— О, узнал таки! Знал бы я, что у тебя такие расценки, написал бы раньше.

— М-м-м… — задумчиво протянул я, разворачивая собственную, острую. — Что, работы много?

— Что-то вроде того, — отозвался Рома, откусив кусок и начав жевать.

— М-м-м, — снова протянул я, жуя шаверму. Дожевав, проглотил и спросил. — Как Артур?

После моего вопроса жевать Рома перестал.

— Даже спрашивать не буду, откуда ты это знаешь, — мрачно проговорил он, а затем, судя по всему, и сам всё понял. — А, да. Точно. Князь?

— Ага, — кивнул я. — Князь. Как Артур?

— Плохо, — вздохнул Роман и отложил шаверму в сторону на скамейку. Судя по всему, аппетит у него пропал. — Живой, но плохо. Мы ждём, когда его стабилизируют, чтобы доставить его сюда.

— Распутин?

— Да. Мы уже договорились, — подтвердил он мою догадку. — Он будет ждать, как только Артура доставят сюда.

— А почему просто не отправить его в Германию? — предложил я.

— Нельзя, — покачал головой Рома. — Поверь, если бы так можно было бы сделать, то мы уже послали бы его туда первым классом, Саша. Нет, Распутину запрещено покидать границы Империи.

А вот теперь я искренне удивился.

— Почему? Он же…

И замолчал. Блин, Сань, ну всё же и так логично. Ну подумай ты, прежде чем говорить, а? Тут дело даже не в Елене. У Распутина ведь нет детей. Учитывая, какую ценность он представляет для Империи, не удивлюсь, что запрет отдан приказом свыше.

Судя по всему, выражение у меня на лице носило довольно красноречивый характер.

— Вижу, что догадался, — хмыкнул Роман, тоскливо посмотрел на лежащую рядом с ним остывающую шаверму и всё-таки вернулся к трапезе. Хочешь не хочешь, а питаться всё-таки надо. Пусть даже и так.

— Да, — кивнул я. — Догадался. И это, по поводу брата. Надеюсь, что всё будет хорошо.

— Будет, — с железной уверенностью проговорил Роман. — Обязательно будет. Поверь мне. Мы найдём того, кто это сделал…

Угу. В этом-то я не сомневался. С теми ресурсами, которые есть у Лазаревых, не думаю, что это долго будет оставаться тайной.

А это ставило меня в довольно сложную ситуацию. Кто другой мог бы взять и рассказать разом всё, что знал. Предупредить обо всём. Но я… я просто не мог этого сделать, не имея понимания того, что может последовать за подобными предупреждениями.

Скажи я сейчас Роману, что, с большой долей вероятности, мой рехнувшийся брат охотится на него и всю его семью в попытке отомстить за смерть отца, то он сразу же расскажет об этом своему отцу. И будет полностью прав. Я его тут даже осудить не смогу.

Только вот к каким именно последствиям это потом может привести? Это уже куда более важный и хороший вопрос, да? А что, если папаша Лазарев вспомнит о том, что они оставили в живых Князя? Поймёт, что раз он скрыл одного отпрыска Ильи Разумовского, то вполне мог сделать это и с другим. И? Что тогда он будет делать дальше? Не подставлю ли я Князя таким делом? Да чёрт его знает на самом деле. Мыслей у меня было много, и каждая новая хуже предыдущей.

Но и просто так сидеть и ничего не делать я тоже не мог. Рома, Настя, Распутины… Господи боже, да даже тот же Уваров не были мне безразличны. И просто так сидеть в стороне и ничего не делать я тоже не мог.

— Слушай, Ром, — негромко произнёс я. — Твой отец рассказывал тебе о том, как прошёл наш с ним разговор?

Роман повернул голову и посмотрел на меня.

— К чему ты спрашиваешь? — нахмурился он.

— К тому, что я бы посоветовал тебе убедиться, что все, кто хоть как-то связаны с вами, в особенности ваши собственные люди, носят амулеты, которые не позволят повторить то, чем я угрожал твоему отцу.

Сказал я это негромко. Почти тихо. Но он меня услышал. И, судя по его лицу, понял меня абсолютно правильно.

— Ты что-то знаешь, да? — так же тихо спросил он.

— Что-то вроде того, — кивнул я. — Потому и предупреждаю тебя…

— Саша, в чём дело? — тут же требовательно спросил Роман.

И? Как ему сказать?

— Между нами? — спросил я, на что получил весьма ожидаемый ответ.

— Нет, — покачал он головой. — Если это касается моей семьи, то я не могу держать это в секрете от отца. Прости, Саша, но ты и сам должен это понимать.

— Понимаю, — не стал я спорить и задумался. — Тогда просто представь, что бы было, если бы я решил вас убить. Вот от этого и отталкивайся.

Роман посмотрел на меня с таким лицом, что я… нет, не испугался. Скорее занервничал. Потому что это было лицо человека, готового без раздумий броситься в бой и даже убивать ради того, чтобы защитить дорогих ему людей.

— Саша…

— Ром, ты меня слышал, — повторил я. — Я серьёзно. Позаботьтесь о такой защите. И особенно прикройте Настю. В отличие от вас с отцом она лёгкая добыча. Сам знаешь почему. И про маму вашу не забудьте.

Знает. Потому что моя сила не действует на людей, у которых есть Реликвия. Так что Павел, Роман и остальные аристократы с даром будут невосприимчивы к силе Андрея. У нас ведь с ним один дар на двоих.

Роман ответил не сразу. Видно было, что он обдумывает то, что я ему сказал.

— Ты можешь сказать что-то ещё? — спросил он.

— Если бы мог, то сказал, — пожал я плечами, и это была практически правда.

— Понятно, — вздохнул Лазарев и посмотрел на недоеденную шаверму в своей руке. — Знаешь, я сейчас подумал о том, как хорошо было, когда единственные проблемы, которые мы с тобой тут обсуждали — были дела фирмы. И можно было спокойно посидеть и просто поесть.

— Ага, — не стал я спорить.

Я тоже скучаю по таким временам.

Глава 11

— Как это ты его потерял? — не понял я.

Утро четверга ознаменовалось сразу несколькими событиями. Во-первых, вернулась Мария, чему я не мог не радоваться, сидя за стойкой и попивая свой утренний кофе. Привычный и вкусный.