Первая ведьма (СИ) - Герд Анна - Страница 21

– Лорд Ирдис? Вас не звали. – куратор был явно недоволен.

– Я привел сюда свою подопечную и буду присутствовать при разговоре.

Да, нашего боевика было не так просто смутить. Айван остановился рядом и повторил позу куратора, скрестив руки на груди. Он, что его дразнит?

– Подопечную? Ирдис вы много на себя берете, я куратор адептки Картон! Мысленно ухмыльнулась, вы тут ещё подеритесь, у драконов желание показать свое превосходство часто попахивает одержимостью.

– А я, учу медитации и контролю, и отвечаю за ее ментальное здоровье. – казалось тренеру нравится его злить.

– Но Флейм… – наш бравый куратор растеряно посмотрел на Кастиана, тот продолжал сидеть с деланно равнодушным видом. Наследник, что бы его кошки подрали, выше мелких дрязг!

– Флейм не справился. – голос Айвана был сухим и строгим, – может хватит пререкаться и перейдем к сути?

Ректор Легран наконец вспомнил кто тут главный, и взял дальнейшие переговоры на себя.

– Адептка Картон, на вас поступила жалоба.

– Какая? – опять Ирдис, он мне слова собственно даст ? Я немного поерзала и глянула на Кассандру. Девушка имела вид оскорбленной и несправедливо обиженной. Она подкатывала глаза к небу и тяжело вздыхала. Оставалось только пожать плечами, и кто на это купится? Ах, ну да драконы.

– Жалоба о нападении и неизвестном заклинании в отношении адептки Фрост.

Я подняла изумлённый взгляд на лорда Ирдиса, что стоял за моим креслом и тихонько шепнула: "Справедливость по-драконьи". Он в ответ, ободряюще положил руку мне на плечо. Взгляд упал на парочку, что сидела на соседних креслах, Флейм по прежнему был отрешен, но я заметила, что он сжал в кулак руку. Липучка продолжала свой спектакль.

– Можно подробней?

С разрешения ректора Кассандра встала и начала свой трагический рассказ. Примерно неделю назад, я подкараулила ее в пустом коридоре и сильно толкнула, несчастная упала и подвернула себе ногу.

О чем они только думают, да мне чтобы завалить драконицу нужно быть минимум в два раза больше!

Затем схватила её за руки и прошептала заклинание на незнакомом языке.

О как! Я оказывается ещё и знаток, языки вот знаю всякие! Таблички ведьма на мне не висит, случайно?

Спустя два дня ее руки стали темнеть и теперь, вот! Она сняла перчатки и предъявила нам две абсолютно черные кисти рук. Зрелище неприятное скажем честно, даже немного мерзкое. Девушка плакала, теперь уже по-настоящему. Странно, но прежняя Аурелия отреагировала бы совсем иначе. Во мне же сейчас не было, ни ужаса от уродливого зрелища, ни жалости, ни тем более раскаяния.

– И вы верите в это? – я тоже привстала и испытующе посмотрела на ректора, неужели все настолько печально с драконами и академией управляет идиот?

– Мы должны все проверить, – влез куратор, – но факт проклятия налицо, тьфу, то есть на руки.

Я не выдержала и хохотнула, обернулась и ещё раз глянул на Айвана, спрашивая "мол как тебе такое, а?". Тот картинно закатил глаза соглашаясь с тупостью ситуации.

– Лорд Голдри, вы же в курсе, что проклятия насылают только ведьмы. По-вашему я ведьма? – вкрадчиво, со скрытой угрозой в голосе обратилась я к куратору.

Кажется меня понесло, вот зачем я дразню этих драконов. Но мыслями я была уже на корабле и мне стало откровенно все равно, чем сейчас завершиться моя моральная порка. Соленый ветер уже гладил мою кожу и трепал волосы, а глаза смотрели на далекий безопасный берег. Лорд Ирдис нажал мне на плечо заставляя сесть обратно, в кресло.

Слева послышалось глухое: "Да хватит её трогать!". О, а вот и Кастиан проснулся, доброе утро! Айван пристально на него глянул и не только не убрал руки, но и провел ею вниз по предплечью, жест вполне невинный, но наследник тихо зарычал. Я пораженно охнула. Кассандра рыдала в голос протягивая свои руки к лорду Голдри, видимо чувствуя его поддержку. И только ректор излучал полное спокойствие и сосредоточенность, он постучал ручкой по столу требуя внимания.

– Адептка Фрост, у вас есть доказательства или свидетели данного происшествия?

В ответ драконица опять протянула руки и потрясла ими в воздухе. Я насмешливо смотрела на весь этот фарс. В разговор вступил Ирдис.

– Что же, раз адептке Фрост больше нечего предъявить, пожалуй теперь наша версия.

– А вы здесь причём? – воскликнул наш куратор теряя всяческое терпение и взволновано проходя вперёд.

– Как причем? Я свидетель нападения! И готов предоставить доказательства!

Он принялся расхаживать по кабинету сцепив руки за спиной, чем здорово напомнил мне отца. Я только пискнула: "Не надо." Но он тут же оказался рядом, опёрся о подлокотники моего кресла и склонившись очень близко отчеканил.

– Надо, Лия! Ты должна знать, что не все драконы такие ничтожные и подлые! – он посмотрел на рядом сидящих адептов с нескрываемым презрением. – У нас есть понятие чести и справедливости!

В этот момент он был прекрасен, лицо взволнованное, огонь правды горит в темных шоколадных глазах. И веет от него чем-то новым, готовностью к борьбе, решительностью и жаждой перемен. Такой Айван Ирдис мог сразить любую, что драконицу, что человеческую девушку. Даже меня, не будь моё сердце уже отдано ледяным глазам Кастиана.

– Я верю, я готова поверить и так, не нужно, я не хочу вспоминать. – простительно проглядела в его лицо и вздрогнула всем телом, едва подумав о произошедшем. Но упертый лорд решил идти до конца.

Айван продолжил: «Во-первых у меня есть образцы крови адептки Картон, весь таз оставлять я не стал, но пару пузырьков сохранил. Во-вторых любой лекарь проведя магический осмотр обнаружит следы обширных повреждений». Кастиан медленно поднялся и внимательно слушал Ирдиса.

– В-третьих Марта и Мей подтвердят произошедшее, если им пообещают снисхождение.

Кассандра побледнела в своем кресле, а я посмотрев на ее руки, внезапно вспомнила. Когда она наносила мне удары, я спросила себя, как у человека с такой черный душой могут быть такие белые ручки. Что же, теперь ее ладони отражают внутреннюю тьму, и это сделала я, пусть и в момент отчаяния, но это я! Похоже, я действительно ведьма. Первая ведьма за пятьсот лет. Айван театральным жестом извлёк из кармана кристалл памяти. Пять пар глаз впились с небольшой темный камень. Ничего себе, где только взял, они же очень редкие и дорогие. На такой кристалл можно перенести воспоминания и хранить сколь угодно долго.

– К сведению мисс Фрост, у меня есть копии этого кристалла, так и передайте своему отцу если он решит играть с судом. – отчеканил грозно.

Ник рассказывал мне, что отец Кассандры второй советник короля, отчасти из- за этого, я и не стала подавать на нее жалобу, понимая, что проиграю.

Айван сжал кристалл в пальцах и пустил в его центр магический импульс. Тут же перед нами возникла полупрозрачная картинка, темный коридор и гулкие шаги дракона. Выйдя из-за поворота он замечает непонятную возню и слышит хрипы. Надо отметить, что зрение у драконов действительно отменное, лица всех девушек видны очень четко, слышен их смех, и кривлянья Кассандры: "Мне больно!" И ещё звук удара. На моменте где меня вырвало кровью, я закрыла глаза. Страшно смотреть, и страшно уже не за себя, вот она я живая и здоровая сижу здесь и дрожу, как трусишка. Страшно, что такие драконы как Кассандра и ее отец стоят у власти в стране, повсеместно насаждая свое гнусное превосходство. Что обычные люди могут им противопоставить? Из вороха мыслей меня вырвал хрип, но не из воспоминаний боевика, а вполне реальный. В кабинете происходило невероятное! Кастиан в частичном обороте, он почти человек только вот его руки… Полностью покрыты серебром чешуи, кисти неестественно удлинились и стали больше, каждый палец оканчивался длинным острым когтем, одной рукой он держал горло Кассандры, подняв ее в полуметре от пола. Булькающие хрипы издавала именно она. Лицо принца застыло непроницаемой маской и только глаза выдавали всю мощь его гнева. Ректор и Голдри кинулись к ним, но взмахом второй руки дракон отшвырнул их как щенков. Ирдис замер, жестоко продолжая показывать события той ночи. Флейм сосредоточено смотрел на меня, полураздетую на кровати Айвана, с огромным черным синяком, как меня опять рвет и как тонкие пальцы наносят волшебную мазь на изуродованную кожу. Я подбежала к Кастиану и попыталась ослабить хватку, лицо драконицы было пунцовым и стало ясно это конец. Она умирает прямо на моих глазах.