"Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Арниева Юлия - Страница 1254

— Деточка, с тобой все нормально?

— Со мной все отлично! — с придыханием отозвалась Людмила. — Никогда в жизни так хорошо себя не чувствовала! А вы? Вы чувствуете это?

Орлов скосил глаза, прислушиваясь к себе. Пожал плечами:

— Я должен что-то ощутить?

— Тепло! — выдохнула девушка, подаваясь вперед. — Оно наполняет меня изнутри!

Полковник, продолжая удерживать ее, отступил на полшага.

— Слышал я, что некоторые женщины в момент опасности теряют голову. Но никогда прежде не видел. Ты что, решила меня соблазнить?

— Тепло! — повторила телеведущая. Ее лицо светилось блаженством. Грудь возбужденно вздымалась. — Вам ведь тоже тепло?

— Теплее, чем наверху, — сказал ничего не понимающий полковник. — Наверное, из-за близости к реактору. А ты лучше оставь эту идею. Побереги себя для кого-то помоложе. Хорошо?

— Хорошо! — простонала Людмила. Спросила вдруг, указывая взглядом на дверь в реакторный зал: — А вы не хотите войти и посмотреть, что там?

— Так, — сухо сказал Орлов. — И думать забудь об этой двери. Туда нам вход заказан.

— Но я бы хотела посмотреть. Там очень интересно, — металлическим тоном известила телеведущая. Она совершенно запуталась в мыслях. Секунду назад было тепло и приятно, а теперь прекратилось, словно внутри нее кто-то нажал выключатель. Но собственный голос, независимо от желания, продолжал нашептывать.

«Я войду внутрь и слева у стены увижу компьютер».

«Не хочу. Там страшно».

«Нет, не страшно. Там станет еще приятнее! Когда я подойду к компьютеру, полковник мне поможет».

«Не буду я куда-то ходить! — прикрикнула на себя девушка. — Потому что не хочу!»

«Нет. Хочу! Немедленно!»

— Товарищ полковник, осторожно! — услышала Людмила.

Повернулась к источнику звука. По коридору бежал, разъяренно оскалившись, тот симпатичный офицер.

«Возможно, скоро и он поможет мне войти…»

Но офицер почти без замаха нанес удар, и девушка рухнула на руки Орлову.

— Ветров?! — от негодования забыл ругнуться полковник. — Ты сдурел? Женщину бить?

Госпожа Батурина пребывала без сознания.

— Она террористка, — пояснил Ветров, останавливаясь и переводя дух. Прислонился к стене, утирая пот. — Ее дружок всех наших раненых застрелил. И связиста тоже.

Орлов побледнел. Разжал руки, и телеведущая сползла на пол.

— Как это произошло?

— Не могу знать — прибыл, когда все закончилось. Солдаты рассказали, что стрельба началась, едва вы бросились за этой… — Роман несильно пнул Батурину носком полуботинка. — Возможно, девка умышленно отвлекла вас. Или рассчитывала пробраться к реактору.

— Не верю, что соплячка способна на такое. Да ты посмотри на нее — полная дурочка. Болтала какую-то чепуху. Соблазнить меня пыталась, на реактор посмотреть хоте… Твою мать! Ты можешь быть прав. Деваха явно перестаралась.

— Предлагаю разобраться наверху. — Ветров поднял телеведущую и закинул себе на плечо.

Полковник не колебался:

— Вперед! Они наверняка запланировали нас раздробить и перебить по одному. Наших же могли атаковать, пока я здесь с этой лярвой маялся! Вот те на, как меня угораздило.

— Выстрелов не слышно, — сообщил Ветров. — Но поторопиться стоит.

Орлов оглушительно фыркнул и сорвался с места. Но не успел Роман сделать и двух шагов следом за ним, как полковник внезапно остановился. Наклонил голову, прислушиваясь к чему-то.

— Странно, — пробормотал он.

Ветров молчал. Нахмуренно поглядывал на Орлова. Ему не терпелось поскорее вернуться к своим — за это время могло произойти много неприятного. Но у командира был такой ошарашенный вид, что стоило подождать. Вдруг он нашел выход из опасной ситуации?

Полковник тряхнул головой, несколько раз моргнул.

— Ты чувствуешь тепло? — обратился к лейтенанту.

— Как же не почувствовать, после такого-то бега, — удивился тот. — Мы с вами за девицей добрых полкилометра по коридорам и тоннелям намотали.

— Нет, это другое. Точно бутылку водки вылакал залпом. Греет изнутри. Не чувствуешь?

Роман помотал подбородком.

— У меня есть подозрение, что один из реакторов бабахнул, — задумчиво произнес Орлов, поднимая руку и глядя на ладонь. — Кажется, внутреннее жжение возникает от радиационного воздействия. Мать твою, печет, точно в кислоту нырнул.

Ветров поежился, и сам прислушиваясь к ощущениям. Ни теплоты, ни жжения он не чувствовал. Обычное состояние — разгорячен после физических упражнений.

— Если деваха — террорист… — вслух подумал полковник. Взглянул на Романа: — А ну-ка, проверь вход к реактору. Докладывали, что дверь герметично закрыта аварийной системой — даже ПТУРом не пробьешь. Уж не знаю, кто закрыл…

— Дедок один, — подсказал Роман. — Единственный уцелевший работник электростанции. Сейчас сидит вместе с ребятами и майором Свистюком в управленческой комнате. Мировой дед! Полный кавалер Славы.

— Будет ему еще и Герой, раз станцию обезопасил. Но дверку ты проверь. Что-то нехорошее там, чувствую, происходит.

Ветров небрежно свалил девушку с плеча и подошел к двери. Идеально круглая створка с виду напоминала сплюснутый танк и весила не меньше. В движение ее приводил наверняка мощнейший механизм, который включался маленьким пультом у двери. Пульт не работал. Однако дверь поддалась и с тяжелым грохотом отъехала в стену, едва Роман надавил плечом.

— Вот тебе и заблокировал, — присвистнул полковник. — Получается, твой мировой дедок заодно с террористами.

— Быть того не может, — не поверил Роман. — Нутром чую, что дело в другом.

— Механизм аварийного закрытия не сработал, — вдруг ровным голосом, будто ее только что не били по голове, сообщила телеведущая. — Дверь открывается благодаря системной ошибке. Я войду в реакторный зал и обязательно оставлю дверь открытой. Подключусь к компьютеру. Буду ждать команды. Автоматическую систему «Крен», ломающую опоры, отключить невозможно, но мне понадобится лишь пауза в десять минут. Когда получу инструкции, запущу программу «Непредвиденные обстоятельства». Протокол Экстра-12 сработает через три минуты после ввода.

— Неплохо я ее стукнул, — пробормотал Ветров.

После такого удара человеку полагается полчаса находиться в отключке. Или не смог ударить женщину в должную силу?

Девушка тупо смотрела в потолок и не пыталась подняться. На лице блуждала кривая ухмылка — то ли от боли и стресса, то ли признак психического расстройства. Губы снова разжались:

— Радиация существенно облегчит работу.

— Кому? — спросил полковник, приближаясь к Людмиле.

— Отцам, — ответила она.

— Это ваши дебильные борцы за экологию?! — гавкнул Орлов.

— Нет, они — Отцы! — сказала девушка так, будто за этой дефиницией скрывалась заведомо известная истина.

— Кто это такие? — нахмурился полковник. — Кто такие Отцы?

— Больше ничего сказать не могу, — ответила телеведущая, благодушно улыбаясь. — Информация отсутствует.

— Спрошу по-другому: чего они хотят?

— Обезопасить наш мир, — улыбка стала шире.

— Конкретнее! — приказал Орлов.

Людмила молча смотрела в потолок.

Полковник сорвал с плеча «винторез» и приставил дуло к груди девушки:

— Говори, тварь тупорылая! Не то насквозь прошибу!

Молчание. Беззаботное лицо, детская улыбка.

— Чего хотят Отцы? У них есть требования, конкретные задачи, цели?

— Единственная задача — безопасность нашего мира, — повторила телеведущая. — Они хотят его обезопасить.

— Слишком уж дурно пахнет это твое «обезопасить». Скорее воняет террористической идеологией и завоеваниями, — заметил Ветров.

Он немного отошел от двери и облегченно вздохнул — желания входить в реакторную и «проверять» не испытывал.

Полковник это заметил. Ругнулся неопределенно. Спросил, яростно взирая на телеведущую:

— От чего твои е…ные Отцы хотят нас обезопасить?