"Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Арниева Юлия - Страница 1037

– Рыхова задница! – раздался удивлённо-охреневший знакомый голос. – Тиусса! Ты кого к нам притащила?! Ущипните меня хоть кто-нибудь или вашей Правой поплохеет от такого! Егг-Орр?! Висельник?! Все Твари мира! Я щас рехнусь!

Леммия! Матерщинница и дипломат! Надёжная, как скала, и умная, как змея! От её хриплого голоса словно заряд радостной бодрости в кровь впрыснули!

– Ты жива ещё, старая перечница? – в тон ей ответил я. – И я живой! Меня Сёстры специально прислали, чтобы передать тебе, что пока ругаться, как последний свинопас, не прекратишь, то к себе в чертоги не пригласят! Так что не надейся на Последний Поход. Там наверху – общество культурное и подобных выражений не терпит! Что за “рыхова задница”? Стыдись повторяться! Будто бы у рыхов передниц нет!

– Наглый… Лыбиться… Значит, во плоти, а не призрак! – всплеснула руками Леммия и полезла обниматься, растолкав охрану.

До чего ж хорошо было оказаться в её крепких объятиях! Пусть Кнара изменился за эти годы, но люди остались прежними. И моя боевая подруга – тому живой пример.

– Эй! Не поняла… – внезапно отстранившись, сказала она и сурово посмотрела на Тиуссу. – Почему связан?! Быстро развяжи, если не хочешь по морде схлопотать! Самого Егг-Орра так встречаете?!

– Егг-Орр или нет – разберёмся, – спокойно отреагировала Рука Спокойствия на угрозы. – Странный человек странно появился и назвался именем погибшего.

– Да мне плевать, как он появился! Пусть хоть из нужника вылез – с него станется! Егг-Орр это! Развяжи!

– Нет!

– Я, как Правая Рука, тебе прика…

– Леммия! Угомонись! – встрял я в перепалку. – К Тиуссе без обид – всё правильно делает. Лучше перебдеть, чем недобдеть!

– Вот-вот! – согласно кивнула Тиусса. – И Юрий также говорил! Знаешь, теперь и я почти уверена, что ты не очередной убийца от Серых, но, извини, без приказа Владетельной развязывать не собираюсь.

– Нормалёк! Веди уже, а то руки затекли.

– Я с вами! – опять подобралась Правая Рука.

– Куда уж без тебя… Конечно, – вздохнув, ответила Тиусса и мы пошли по таким знакомым лестницам Птичьей башни.

Каждый камень, каждая ступенька отдавались в душе, бередя прошлое. Пусть снаружи многое стало не таким, но здесь время остановилось. Я шёл в покои Селлы, которой больше нет…

– Леммия… – попытался завязать разговор с Правой, чтобы отвлечься от мрачных мыслей, – я, смотрю, изрядно вы с Тиуссой собачитесь.

– Точно! Но это пока трезвые и на службе. А так баба она отличная, хоть и делает сейчас деревянное лицо, будто бы не слыша нас.

– Ничего я не делаю! – возмутилась та. – Зрение, просто, у тебя неважное! Мордень “четырьмя глотками” омолодили, а про глазоньки забыли! Пора к тебе мальчика поводыря приставлять, чтобы сослепу на лестнице не кувыркнулась!

– Если только симпатичного!

– Обойдёшься! Слепой и последний чувырла наощупь красавцем покажется!

– Даже спорить не буду! Тебе, опытной, виднее! Видела я, кого ты на Главной площади во время Брачного Ложа выбираешь! Жуть!

Я с удовольствием рассмеялся. Нет! Так “подкалывать” друг друга могут только близкие по духу люди. Пусть сейчас у них и разночтения во мнениях насчёт моей персоны, но такие грубоватые отношения стоят намного больше, чем гадюшно-улыбчивая вежливость заклятых врагов! Боевые женщины и, сразу видно, хорошие подруги!

Вот и дверь покоев Селл… Владетельной Ярры. Долго же мне придётся привыкать, чтобы не путать имена Хозяек Кнара.

Обе мои сопровождающие закончили перепалку и, словно по команде, собрались, приняв серьёзные выражения лиц.

– Удачи тебе, Висельник! – хлопнула меня по плечу Леммия.

– Верно, – согласилась с ней Тиусса, – если ты – это ты, то она тебе сейчас потребуется.

После этого Рука Спокойствия сильно постучала в дверь и быстро отошла за мою спину.

– Войдите! – раздался звонкий властный голос.

Мы не преминули воспользоваться разрешением, втроём ввалившись в комнату.

Высокая, подтянутая молодая женщина стояла у окна и смотрела в него, не обращая, казалось бы, никакого внимания на наше появление. На том же самом месте, на котором любила стоять Селла, когда принимала сложные решения... Наконец, плавно повернувшись, она внимательно стала разглядывать меня, а потом мягко приказала:

– Оставьте нас и… развяжите Егг-Орру руки.

– Но… – попыталась возразить Рука Спокойствия.

– Я ПОПРОСИЛА оставить нас вдвоём, – не повышая голоса, повторила Ярра, но так, что стёкла на окнах, кажется, покрылись инеем.

Моих провожатых как ветром сдуло.

Нехило! Ещё не полностью осознавая, во что вляпался, я остро ощутил надвигающиеся проблемы. Почему-то до последнего был уверен, что увижу непоседу Яру, а не вот эту жёсткую, властную Госпожу с двойной буквой в имени. Система в моей голове дала сбой, и теперь придётся заново менять модель поведения – сюсюканье и разговоры по душам старшего с младшей тут явно не прокатят.

– Садись, Егг-Орр, – почти дружелюбно произнесла она и первая уселась за стол. – Вина? Отвара?

– Отвара.

– Хорошо. Вино туманит разум и делает человека слабым.

– Совсем не пьёшь? – поддержал я ничего не значащую беседу, понимая, что нам обоим надо собраться с мыслями.

– Скажем так, личные винные погреба Владетельной основательно пополнились за эти годы.

– Тяжело, наверное, остальным.

– Нет. Всё, что не касается напрямую Кнара, я стараюсь не контролировать.

– Понятно…

Внезапно образовалась неловкая пауза, во время которой мы внимательно разглядывали друг друга. Тонкие черты лица, красивые, но холодные глаза умного, пережившего многое, человека, тёмные с лёгкой рыжиной волосы… Была бы блондинкой – назвал бы Снежной Королевой, но, несмотря на определённую властность, выраженную в каждом движении и мимике, не было ощущения высокомерия. Я искал ту девчонку, которую знал раньше. И чем больше всматривался, тем больше понимал – её здесь нет.

– Насмотрелся? – внезапно произнесла она, нарушив тишину.

– Да, – односложно ответил я.

– И как?

– Придётся знакомиться заново. Той Яры уже никогда не будет.

– Она умерла в день смерти матери.

– Понимаю.

– Вряд ли! Думала, что с ума сойду от горя. Мама и ты... В один день… Хорошо, что остальные её боевые подруги остались живы и поддержали меня. В Шлёсс отправили, – неожиданно начала она рассказ о своей судьбе. – Тётушка Невва с твоими дочерьми поселила. Потом Викт-Орр к нам прибился. Всем плохо, но я старше всех и, значит, должна была быть сильнее! Тогда я впервые поняла, что такое настоящее чувство долга. Ты, мама, Нирра – все пытались объяснить, но неправильно.

– И что же это, Владетельная? – спросил её, ожидая умного ответа.

– Ничего, Егг-Орр... Обуза. Чувство долга пришлось заменить совестью.

– А ты не запуталась в понятиях?

– Нет. Чувство долга навязывают извне, пытаясь тобой манипулировать, а совесть – личное восприятие поступков. Они могут пересекаться, но имеют разные причины изначально.

– Сильно! Я, если честно, так глубоко не копал. Но к чему ты это?

– Что привело тебя в Кнара, Егг-Орр? Чувство долга или совесть?

– Ни то ни другое. Чувство долга говорило, что надо сразу направляться в Кнара, а совесть не позволяла прийти сюда живым без Селлы…

– И? – внимательно посмотрела мне в глаза Ярра.

– Разберусь – скажу.

– Лукавишь.

– Не более, чем ты. Все меня спрашивали, как тогда мы погибли от рук убийцы Серых. Все, но не ты, хотя знаю, что этот вопрос тебя волнует. Почему не интересуешься?

Ярра вышла из-за стола и подошла к окну, уткнувшись в виды замкового двора.

– Ты меня в чём-то обвиняешь? – сказала она с нажимом, после недолгого размышления.

– Нет. Просто спросил, но ответа не слышу.

– Будем считать, что ничья в этом вопросе, – покладисто согласилась Владетельная. – Я так понимаю, что мы оба не готовы отвечать искренне. Точнее, сами пока не знаем, как.

– Принимаю… Странный у нас разговор, не находишь?