Миссия: вернуть истинную (СИ) - Флор Мия - Страница 6

Моя злость сменяется паникой, когда Джордж что-то ему кричит и вызывает на бой… Нет. Я не могу на это смотреть.

Я закрываю глаза, но шум толпы не даёт спрятаться от происходящего.

И я всё-таки смотрю.

Джордж выходит в круг.

Без силы. Без магии. Без своей стихии. Высокий, упрямый, с тем самым выражением лица, которое я так долго ненавидела и любила одновременно.

У меня сбивается дыхание.

Джордж готов драться. За меня.

И это пугает больше всего.

Орк смеётся, заметив маленького, по сравнению с ним, Вальмона.

Удар — и Джорджа отбрасывает назад. Я стискиваю зубы, будто ощущаю его боль.

Каковы шансы, что мой истинный сдастся? Никаких. Он же упрямый, будет драться до последнего…

Всегда был таким.

— Вахрисса! — ревёт толпа.

Моя золотистая пыль вспыхивает сильнее, словно откликаясь на моё волнение. Она срывается с моих ладоней, с волос, с груди — словно чем сильнее эмоция, тем её становится больше.

Удар. Джордж попросту не успевает увернуться. Орк хватает его, поднимает над землёй, как тряпичную куклу, и с силой швыряет в пол.

Я вскрикиваю.

Кто-то должен это прекратить!

Но гномихи меня не слушают. Никто меня не слышит.

Так продолжается ещё несколько долгих секунд. А может, и минуту. Или дольше. Не знаю. Я кричу, пока у меня не срывается голос.

Почему он не сдаётся? Этот орк прибьёт его!

9

Я вижу с каким трудом Вальмон поднимается на ноги. Он дрожит.

А орк вновь цепляет его и бросает в стену.

Мои глаза заполняются слезами.

Джордж падает за пределами круга, скользит по камню и замирает у ног человека в чёрном.

У того самого.

В капюшоне.

Поднимает на него голову.

Пока орк радуется своей победе, я не отвожу взгляд от Вальмона и человека в чёрном…

Вижу, как они о чём-то разговаривают, как мужчина надевает на него что-то, похожее на кулон.

Джордж резко выгибается. Его пальцы судорожно сжимаются. По коже пробегает тёмная рябь, будто под ней что-то движется.

Человек в чёрном склоняется к его уху и что-то шепчет. Я не слышу слов, но всё это кажется мне странным.

Вальмон… встаёт.

Расправляет плечи так, будто не был только что избит до полусмерти.

Он поворачивается к радующемуся орку и шагает на него.

Орк хмурится, чешет затылок, не понимая, как Джо может стоять на ногах. И я тоже не понимаю.

Мужчина в чёрном плаще с капюшоном что-то сделал. Пока я не могу понять — хорошо это или плохо…

Вальмон щёлкает пальцами, и с его рук срываются… тени.

Обычно это была вода, но теперь я вижу полную темноту, исходящую с его пальцев.

Толпа замирает, и я чувствую их ужас. Сам орк пятится в страхе, пока Вальмон не связывает его тенями, как мог бы сделать водой в нашем мире, и вскоре противник падает на землю.

В зале воцаряется полнейшая тишина. Я слышу, как бьётся моё сердце.

Джордж поднимает голову.

Наши взгляды встречаются, но я не могу улыбнуться. Что-то меня смущает.

Наверное, то, с каким ужасом смотрят на Вальмона гномы и орки. Кто-то уже пятится к двери.

А к Джо медленно подкрадывается мужчина в чёрном. Я хочу крикнуть, предупредить, но не успеваю. Мужчина, давший Вальмону кулон, теперь срывает его с шеи моего истинного. Джорджа подкашивает, он вновь падает, поражённый, на пол — теперь к ногам незнакомца. Вальмон в таком ужасном состоянии, что не может даже поднять голову и посмотреть на меня.

Всё происходит как в кошмарном сне.

На арене рядом с Джорджем и мужчиной появляется Грисельда. Она выпускает свои сети на Вальмона, прочно связывая его…

Её улыбка сияет, как будто это самый лучший день в её жизни. Все опускаются перед ней на колени, даже гномихи рядом со мной, а она награждает меня коварным взглядом.

Чёрт…

Она здесь богиня. Вот оно что. Обещала вахриссу — вот и скинула меня сюда.

Должно быть, у неё есть какой-то способ проходить в брешь между нашим и этим миром…

Мужчина в чёрном кивает Грисельде и вскидывает кулаки вверх.

— Я, Риарх, смог победить Чёрного дракона, моя богиня! — громко говорит он, становясь на колени перед арахнидой.

— Сильнейший Риарх, — с нескрываемым удовольствием отвечает ему Грисельда, смакуя момент. — Я назначаю тебя вахрином и вручаю правление северными землями. Да вернётся солнце в ваши края! — Она вскидывает руки к высокому потолку, и толпа взрывается ликованием.

Теперь мне кажется, что выхода нет…

В этот раз Грисельда победила.

10

Джордж

— Проклятый Риарх! — я сплёвываю на землю. — Ты обманул меня! Грисельда, твою мать!

Меня просто коробит от произошедшего — во всех смыслах!

Народ вокруг орёт. Гномы щелкают зубами. На меня смотрят ненавидящими глазами. Требуют заточить Чёрного дракона навечно. Замуровать…

Всё дело в грёбаном кулоне Риарха и в силе, которую он мне передал вместе с ним. Это же именно он и есть Черный дракон! Я чувствовал его темную силу. Вязкую. Мерзкую.

Вот же гадёныш!

Я повёлся…

Думал, что нет другого выхода. Был готов на все, лишь бы спасти Гвен… А в итоге, подставил ее.

Довольная Грисельда опускает на меня победный темный взгляд, и её паутина доползает мне до рта, закрывая его. Теперь я могу только мычать.

Арахнида склоняется ко мне и говорит:

— Милый, тебе не стоило лезть вслед за ней. Но знаешь, так даже лучше. Я позабочусь о том, чтобы ты слышал, как он будет делать твою истинную своей, как она будет рожать ему детей, как они будут расти, бегая по замку…

Я готов взорваться. Проклятье! Я стал простой беспомощной личинкой — осталось только раздавить.

Мычу.

Риарх опускается передо мной на корточки.

— Благодаря тебе я стал героем. Спасибо, что уступил мне место, — говорит он, зловеще усмехаясь. Меня бросает в озноб. Этот тип не должен даже рядом стоять с Гвен!

Бесполезно дёргаться и извиваться — кокон арахниды от этого только сильнее стягивает.

Проклятье! Почему у Грисельды сила есть, а у меня — нет?!

Скользнув по ней взглядом, я замечаю кулон. Такой же, как и кулон Риарха.

Вот оно что. Смогу ли я вернуть себе силы? Или хотя бы предупредить Элайджу, который куда-то запропастился?

В груди болезненно щемит — надежда на Валфайера. Возможно, он спасёт Гвен. Это главное. А остальное… Я заслужил.

— Вахрин! Вахрисса! Вахрин! Вахрисса! — толпа начинает хором напевать, взрывая барабанные перепонки.

Риарх исчезает из поля зрения.

Я остаюсь в центре арены с Грисельдой.

— Знаешь, что я подумала, Джо? Что Гвен тебя всё-таки любит. Смотри, как она плачет, — арахнида хватает меня за волосы и поворачивает голову так, чтобы я видел пышущую золотой пылью Гвен.

Моё сердце разрывается в дребезги, когда я вижу на балконе позади неё Риарха.

Он подкрадывается, хватает её одной рукой за горло, а другой прижимает за талию к себе. Риарх жадно втягивает ее золотую пыль носом.

Гвен бледнеет. Я отсюда наблюдаю, как она дрожит. Она трепещет в его руках от ужаса, и золотистой пыли становится больше.

А толпа…

Толпа только этому рада…

Прости, Гвен, что не смог тебя защитить. Мне становится трудно дышать. Я готов сам лишить себя воздуха в наказание…

Я никогда не был достоин своей истинной…

— Завтра состоится обряд рождения нового солнца, — громко говорит Грисельда. — Чёрный дракон будет наказан огненной плетью и станет свидетелем торжества!

Арахнида взрывается смехом, а толпа — восторженным ликованием.

Чёрт… Она ещё что-то задумала.

Грисельда хочет меня растоптать. Она смакует наши с Гвен страдания.

Я должен выбраться.

Обязан.

Где носит Элайджу?! Неужели он просто сбежал? Нет. Не верю. Теперь вся надежда на него.

— Пойдём, дорогой, я покажу тебе твоё место заточения, — весело шепчет Грисельда.