Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ) - Вереск Яра - Страница 19

— Да, конечно. — согласилась я слегка осипшим голосом. — Я готова.

— Так же, без подготовки! — хмыкнул родственник Милены и уткнулся в список.

А я исподтишка впервые окинула взглядом комиссию.

Восемь человек. Трое мне знакомы. Но на меня прямо смотрит только Карт, остальные что-то читают в своих папках или пишут. Кто-то скучает, кто-то заинтересован. Но основное чувство, которое просто-таки витает над комиссией, как мне показалось — дискомфорт. Как будто они не ждали, что я вообще что-то смогу ответить.

Ладно. Выдох. Вдох. Ждем. Что там придумает этот Латава.

— Вот! — наконец, выбрал он. — Вопрос номер пятьдесят два. Факторы, при которых допустимо применение мертвой воды. Слушаем вас, девушка!

В моем списке было только пятьдесят вопросов.

Думаю, список изменили совсем незадолго до экзамена, раз ректор об этом не узнал и не посоветовал мне подготовиться. Но так вышло, что мертвая вода — это тема, слишком популярная на окраинах «веселого города», чтобы мне в ней совсем плавать. Да и при подготовке к другим вопросам я не раз натыкалась на информацию по ней.

Я немного подумала, и начала рассказ:

— Мертвая вода — это просторечное название источников, находящихся во взаимодействии с магическими структурами Оставленного Города. Сама по себе она не убивает. Но в сочетании с магией живой воды может стать опасным ядом, даже оружием. Я бы выделила три группы факторов, при которых мертвую воду можно и следует применять.

Не знаю, почему сказала про три группы. Просто три — это красиво. Но с двумя-то понятно, это легко.

— … Первая — медицинское применение. Когда существует непосредственная угроза жизни из-за понижения природного уровня магии, то имеет смысл залить рану средством на основе мертвой воды, добиться восстановления функций организма, а уж потом лечить недостаток природной магии и депрессию. Однако, как нас учит книга профессора Мирона Зарады, надо помнить, что таковое применение допустимо только специалистами. И только как крайняя мера. При простом смешивании живой и метровой воды, пострадавший с большой вероятностью, погибнет. Вторая группа — применение в боевых условиях. Надеюсь, это не требует расшифровки, однако…

Я вспоминала примеры применения мертвой воды, я рассказывала про особенности ее воздействия на кровь и все никак не могла придумать третью группу.

— Довольно! — вставил вдруг слово председатель комиссии. Так грозно, как будто я несла сейчас полную ахинею.

Прямо, как в моих кошмарах! Я даже отступила на шаг.

— Довольно, — сказал он мягче. — Кажется, все поняли, что с теоретической подготовкой у вас все более или менее пристойно. Как вы считаете, коллеги, не стоит ли нам перейти к практической части?

— Она не рассказала про третью группу! — напомнил кто-то из наблюдателей, и этого «кого-то» тоже не осадили. Особые гости. Так бы и растворила в какой-нибудь кислоте на какой-нибудь тигле…

Стоп. Кислота. Лаборатория. Есть ответ!

— Ну хорошо, девушка. Ответьте нашим гостям. Только умоляю, коротко. Иначе мы рискуем остаться не только без обеда, но и без ужина.

— Этого нет в учебниках… — проворчал один из профессоров комиссии.

— Ничего, — вздохнула я, — Это быстро. Третья группа — это научный эксперимент. Для, собственно, подробного изучения свойств этой магической субстанции, понимания области применения и еще… того, чем всем нам грозит появление новых мертвых источников. Простите. Изучать мертвую воду надо, иначе в один прекрасный момент живой воды не останется.

Мне с кафедры кто-то даже похлопал.

Практическая часть меня почти не беспокоила. Программу второго курса в части бытовой магии я знала очень неплохо, и исправно продемонстрировала и «восстанавливающее» заклинание, позволяющее из разбитой вазы собрать целую, так, что и трещин не останется, и «чистые стекла».

Большего не требовалось, хотя, мне кажется, в тот момент я справилась бы.

Казалось, что все уже хорошо.

Что я почти у цели и комиссия — хотя бы ее часть! — на моей стороне. Во всяком случае, профессор Карт наблюдая за моими действиями тихонько кивал своим мыслям.

— Ну что же. Осталось только проверить природный уровень магии. Фелана, подойдите к артефакту поближе.

Артефакт-измеритель уровня магии, в просторечии «Стакан Строва», стоял на кафедре, с краю, в черном деревянном защитном футляре.

Внутри стакана переливалась бирюзовым жидкость с толикой живой воды.

— Начинать? — уточнила я.

— Знаете, что делать?

— Да.

— Начинайте!

Я сняла крышку, осторожно опустила пальцы в воду, чувствуя, как возле них щекотно образуются пузырьки воздуха. В детстве это меня всегда завораживало.

От пузырьков жидкость вскоре стала совсем белой, потом немного позеленела и начала твердеть.

— Все, — сказала я. — иначе не смогу вынуть!

И вытащила пальцы.

Пена осталась зеленой. И очень густой, почти твердой. Так будет с полчаса, но уже и без таблицы цветов ясно, что уровень природной магии у меня чуть выше среднего, около десятки.

— Ну, что же. — Благожелательно начал говорить профессор Карт, — ступайте пока, мы обсудим ваше выступление и озвучим решение чуть позже…

— Постойте!

На этот раз вставил вдруг слово один из членов комиссии. Он сидел у окна, и против света лица его мне было не видно. Смазанное пятно. Но ни голос, ни фигура, не были мне знакомы.

— Да?

— Несомненно, госпоже Фелане передали мою настоятельную просьбу снять платок. Я с самого начала заподозрил, что вероятней всего, в складках этого украшения она носит артефакты, как позволяющие усилить магию, так и дающие подсказки по билетам. Раз она отказалась выполнить мою просьбу, я считаю, мои подозрения вполне оправданы.

Словно холодом повеяло.

Настоятельная просьба?

— Госпожа Фелана? — поднял брови профессор Карт.

— С вашего позволения, — дрогнувшим голосом ответила я, — я не стану снимать платок. Я его никогда не снимаю. Я не ношу специальных артефактов на голове, могу поклясться, чем угодно!

Сказала, и поняла — проиграла.

Они почувствовали и дрожь в голосе, и испуг.

Нашли слабое место.

— Что ж, в таком случае…

Что хотел сказать мне профессор Карт, так и осталось тайной. Вероятно, он хотел все же выставить меня за дверь для обсуждения ответа. Но теперь уж с учетом моего упрямства и своего недоверия.

Но он не успел договорить, потому что в этот момент случилось три события одновременно.

Первое.

Кому-то из магов надоело ждать и терпеть выходки какой-то там претендентки. Я даже успела уловить обрывок довольно красивого огненного плетения над дальней от меня частью кафедры. Плетение коснулось моего платка, и он полетел вниз обрывками пестрых кусочков, как петушиных перьев.

Второе.

Я дернулась бежать и прятаться и мигом совершенно закономерно провалилась. В смысле поменялась телами с ящеркой и утонула в складках платья и халата.

Хорошо хоть хватило ума спрятаться под тряпочками и замереть. Не знаю, как отреагирует наша профессура на магию обмена тел. Во-первых, это тоже не очень законно. А во-вторых, в возможность такого обмена с животными даже не все верят.

И наконец, третье.

Громко хлопнула входная дверь и в зал быстрым шагом кто-то вошел. И очень знакомым, хоть и очень усталым голосом поинтересовался:

— Хорошо, что не начали без меня. Карт, там за кафедрой для меня место найдется?

Была бы я человеком, я бы сейчас нервно засмеялась. Причем громко и до истерики. Страх, загнавший меня в ящерку никуда не ушел. Даже наоборот, от только сейчас подступил и осознанием близости провала, и как ни странно — облегчением. Обошлось. На ящерке красные волосенки не растут!

— Вообще-то начали! — возмутился господин Латава. — Просто ваша протеже сбежала с середины экзамена!

— Сбежала? — нахмурился Дакар.

Мне не было его видно, но я слышала по интонациям, что — нахмурился.

— Телепортировалась! — снова голос родственника Милены.