Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ) - Вереск Яра - Страница 13

То есть, чисто теоретически, если бы я в двадцать лет не был таким непуганым романтиком, именно она могла бы стать… ну, уже сейчас-то точно. Могла бы стать моей счастливой супругой. Благородная древняя фамилия, сильный источник, а самое главное — провинция возле северных границ, совсем недалеко от мест, где я начинал тогда служить. Отец предложил на выбор трех невест, я выбрал, конечно, вариант поближе в форту.

Но тогда я предпочел Сулу, форт, будни крылатого патруля.

У родителей, слава Златокрылому, нас трое наследников, так что особенно никто не спорил: отец сказал — ладно, летай пока. А там посмотрим.

Так что, до помолвки, представления и прочих ритуальных действий дело не дошло, да и не могло дойти. Но мы бывали у ди Стева, чаще, правда, по делам охраны границы. Граф и его супруга всегда были рады гостям.

Они мне нравились — аккуратный садик, дом, построенный «под старые времена», сам граф. Охотник, в прошлом — путешественник, знаток множества забавных историй.

Вот Верону я не помнил. Она поступила в Северную Башню, но и до этого училась в пансионе для девочек.

Можно сказать, я действительно что-то о ней узнал, только когда она пропала, и нас вызвали на поиски.

И вот, нашлась.

Первая мысль была — немедленно написать графу ди Стева, что его пропажа у меня в Академии. Пусть забирает домой. Пусть нанимает мозгоправа, благо, сейчас это не проблема. И тихо ждет, когда спадет полицейское проклятие. Такое редко накладывают дольше, чем на три года. Так что если постараться, то даже скандала в обществе можно избежать.

Вторая мысль была — ну почему это оказалась именно ди Стева? А не какая-нибудь… ну мало ли в городе начинающих воровок?

Так было бы проще. А это как контрольный выстрел. Занесло, так занесло.

По ней видно, что если сейчас все просто оставить, как есть, то совсем скоро она себе придумает вескую причину и сбежит. Как вот сейчас сбежала от меня.

Воровка. Девица из красного квартала.

Казалось бы, она в тепле. С работой. У нее теперь есть какая-никакая крыша.

Все, накормили-обогрели, можно думать о ком-то другом.

Но не получается. Даже злиться на нее не получается.

Она какая-то…

Не то, чтобы беззащитная. А как будто притягивает к себе проблемы.

Эти ее бесформенные одежки, звенящие бусы и амулеты, затравленный, но как будто читающий мысли взгляд. Упертая уверенность, что ей никто не нужен.

При этом, как она успела поймать Вильгельмину, выпрыгнувшую из окна! Даже не то, что успела. Тут другое. Она же бездумно и сразу ринулась спасать. На пределе возможностей, всей доступной магией. Может, и не догадывается сама, насколько близко подошла к тому, чтобы потерять связь с источником, вместе с силой. Вряд ли догадывается.

Надо было сразу напоить ее живой водой, а лучше облить. Но также надо было увести куда-нибудь от толпы. И разобраться до прихода полиции, что здесь случилось. Потому что Ящерка могла быть замешана.

Да я тогда был уверен, что замешана!

Нес ее на руках к себе в кабинет, чтобы расспросить подробней, а казалось — несу просто охапку ярких тряпок, в которых никого нет, даже скелета, даже ящерицы.

Напугала. Она так хорошо держалась поначалу, что я думал — обошлось. Сейчас выпьет крепкого чаю, придет в себя, и как ни в чем не бывало пойдет опять. Коридоры отмывать.

А страшно стало, когда я ее попробовал погрузить в ванну с растворенной живой водой. Это полезно бывает при быстрой потере магии.

Никогда не слышал и не видел до этого такую тихую и безнадежную истерику. Она плакала, кричала шепотом, как будто вода может душить…

Я позвал докторов, и был прав: Ящерка ко всему прочему, видимо, в последние дни питалась солнечным светом и росой, переутомилась.

Как она оказалась в столице? На себя совсем не похожа, как узнать? Нет толстой косы ниже лопаток, этой красы и гордости знатных девушек империи. Нет миленьких аккуратных платьев, как на снимках, которые показывал ее отец. Есть — голод, который заставляет воровать на улице, наложенное судом проклятье, и абсолютная уверенность, что так все и должно быть.

Да, первое, что надо было сделать, что любой сделал бы на моем месте — это написать графу, что его дочь жива.

Вероятней всего, с ней случилось то, что часто бывает с юными глупенькими девочками из провинции. Сбежала с каким-нибудь красавчиком, а он погулял и бросил. Сколько ей тогда было — восемнадцать? С учетом пансиона для девочек и знатного происхождения — знания жизни никакого, а романтических мечтаний — хоть отбавляй. Оказалась одна, в чужом городе, без денег. Попала еще в дом к гадалке Фелане как-то. Наверняка с ее подачи и начала подрабатывать на улице.

Надо было написать.

Но я сначала решил все же расспросить саму Верону. И понял, что не сходится.

Трудно сказать, что именно не сходится. Ничего не сходится.

То, что с ней случилось, началось еще дома.

Может, смерть матери так на нее повлияла. Но стоит вспомнить, как она бледными губами повторяла: «Не говорите им, что меня нашли», и сразу как-то верится, что все в этой истории непросто.

И стоит закопаться.

Стояла, маленькая такая, несчастная. Ящерка, как есть — того и гляди сбежит, оставив мне на память свой ящерный хвост.

Вот и гадай, как правильней поступить.

Поверить, спрятать? Если подумать, то это выгодно и моей семье: скандал с ди Стева неминуемо затронет и меня.

Все-таки вернуть домой?

А может, она — просто хорошая актриса и сейчас старательно давит на жалость, таким образом наивно пытаясь привязать меня к себе?

Бес знает, почему. Чтобы что-то проверить про нее. Может, чтобы успокоить. Или чтобы успокоиться самому. Ей нужна защита, да. И помощь. Вот только не примет она ни помощь, ни защиту. Может, если в обмен на что-то…

Наполовину смеясь над собой, наполовину ругая себя за дурацкую выходку, я ее поцеловал. И… ничего не понял.

В первый миг она словно согласилась, подалась ко мне доверчиво, но… это был слишком быстрый миг. Вспомнила где и с кем находится. Отскочила. И больше не приближалась ко мне ближе, чем на пару шагов.

Опять напугалась. Не знаю, удалось ли загладить вину, или так и будет теперь от меня шарахаться.

Да какого же беса. Кажется, я все запутал еще больше. Потому что мое тело отреагировало на нее, потому что на губах остался соленый привкус ее губ, а ладони запомнили, как было приятно держать девчонку в объятиях.

Идиот.

Впрочем, если она станет студенткой, продолжения точно не будет. Всякие отношения преподавателей со студентками во всех учебных заведениях империи под строгим запретом.

Это сделка с совестью, но это выход.

Уж оплатить-то хоть один семестр для нее, мне труда не составит. А потом… потом разберемся. Хорошо, что она даже не вспомнила про деньги за весь разговор. Хотя бы, не озвучила. Иначе, я не смог бы придумать, что соврать. Это проблема завтрашнего дня.

Ладно. Забыли.

Как будто думать больше не о чем. Не о ком.

Да. Кстати, о мыслях… пора навестить Сулу.

Верона

Я проснулась с четким планом действий. Вот сейчас пойду в город. Заберусь в мой сарайчик, заберу все, что там есть. Там немного, и из всего, что осталось от тетушки Примулы продать можно, пожалуй, только ее старую гадательную сферу. Да и то, как сувенир. Сферы от гадалки к гадалке не переходят. Тетушка говорила — им наново к другой хозяйке не привыкнуть.

Но пусть, как сувенир!

Я куплю билет в Этро. Или в любой другой городок подальше от сюда и подальше от родных мест. Доберусь туда, и попробую или наняться к какому-нибудь магу в ученики… хотя, без справки о начальном образовании вряд ли возьмут.

Или поступлю в какое-нибудь училище. Специальность — погода и пророчества. Мне нужно где-то закрепиться. Получить хоть какое-то образование и возможность работать магом хоть в какой-нибудь сфере. Но это не главное. Я придумаю, как снять проклятье. Я разберусь с ним. А потом я вернусь в замок ди Стева и встряхну отца. Он надолго запомнит, что такое и ритуальные кинжалы, и техника безопасности. Он надолго запомнит нашу встречу…