Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ) - Вереск Яра - Страница 10

Вместо ответа он только качнул головой, отметая все эти аргументы, как незначительные. И вдруг резко сменил тему:

— А магия? Только не ври, что тетушка научила.

— Конечно, нет. Тетушка была гадалка. А я…

А я — два курса на бытовом в Северной Башне. Первый профиль — комфортная среда, второй — магическая поддержка. Только два года прошло.

Я зажмурилась, прогоняя волнение. Еще не хватало впускать Этого в мир моих страхов и сожалений. Я договорила, как могла, сухо и сдержанно:

— А я почти не маг.

Вот тут брови ректора даже приподнялись:

— Не маг? Через мой браслет поставила ветровую подушку, спасла девчонку от переломов. И не маг.

Я развела руками. Вот так вот получилось.

— А еще устроила истерику и испортила вам одежду. И туфли. И вам пришлось спать на кушетке…

Он еще несколько мгновений ждал от меня честного ответа. Но что я могла ответить? Не правду же.

Не дождался. Вздохнул:

— Ну ты и… Ящерка. Ладно. Пойдем, провожу.

Не знаю, почему не отказалась. Ведь и сама бы прекрасно дошла. Все равно же мы оба всю дорогу молчали. И не знаю, как ректор Дакар, а я просто шла и тихо офигевала от самой себя. Оттого, что смогла так спокойно и по-деловому с ним говорить. Оттого, что вообще допустила такую ситуацию. А еще я шла и потихоньку нанюхивалась запахом еловых веток и кофе. Запах, от которого я почему-то перестаю злиться и теряю осторожность.

Взгляд Маргиты был пропитан острым неодобрением.

Ректор меня проводил до комнаты все в той же тишине. На прощание кивнул и ушел. И нас совершенно точно никто не видел. Да если б и увидели… мало ли, почему ректор рано утром слоняется по корпусам в компании новой уборщицы.

Но у меня все равно было ощущение, что Маргита ревнует меня к нему. Впрочем, я ее понимаю. Ректор Дакар, несмотря на всю свою энергетику и дурные манеры, мужчина красивый и сильный. Есть, во что влюбиться.

— Лаборатории в старом корпусе будут прибирать другие люди, — сказала комендантша мне без приветствия. — Вам перейдет женское общежитие, комнаты первого и второго курса. Но там надо будет не только полы мыть…

Я покладисто кивнула. Поддерживать чистоту в коридорах и комнатах общежития — не такая уж сложная задача. Справлюсь! Даже с ограничителем магии.

Глава 6

Шуточки судьбы

Я не учла одного — студентов. Студенты, это народ, который не различает день и ночь, а все вещи в Академии по умолчанию считает сверхпрочными, вечными и своими.

В первый же мой рабочий день я столкнулась с их безответственностью — кто-то оставил на подоконнике второго этажа незавершенный артефакт с неправильно стабилизированными каналами. Артефакт был воплощен в виде небольшого бронзового бюста императора Игнаса.

Хорошо, что нашла его я до того, как рвануло. Пришлось пробежаться до кладовки с инвентарем, где еще в первый день приметила мешочек с солью. Едва успела, можно сказать!

Потом вышло и вовсе нехорошо. Я застукала двух парней, курса со второго или третьего на воровстве кристаллов из коридорных светильников. В Северной этим некоторые тоже промышляют. Кристаллы тырят, чтоб перепродать в город, но не как светильники, а на базу для артефактов. Кристаллы выращивает Академия, больше секретом никто не владеет. Но очень хочет владеть.

В Северной Башне я тоже пресекала воровство. Там это даже критичней — кристаллы, это часть системы безопасности. Ну и здесь… подумала, что это само собой разумеется. Только парни не смутились и вовсе меня не испугались.

— Это кто тут рот открыл? — спросил один из них, скривившись. — Кто-то швабру в человека превратил? Странно, что оно разговаривает!

Они оба прекрасно видели браслет-ограничитель на моей руке.

— А вам не говорили, девушка, что персоналу тут надлежит полы мыть в форме? — растянул губы в улыбке второй.

— А вам не говорили, что воровать — не хорошо⁈

— Деточка, но мы же никому не скажем, да? — второй приблизился ко мне, и даже двумя пухлыми пальчиками схватился за один из тетушкиных амулетов.

Вот удивительно. Парни увидели браслет и решили — о! Она ничего не сможет сделать. Но почему-то рассуждать дальше не стали, а стоило бы подумать, что не-магу на руку такой браслет никто вешать бы не стал…

Я позволила себе куснуть этого длиннорукого маленькой молнией по пальцам. Пальцы отдернулись, амулет вернулся на место.

— Надо же! Среди этих побрякушек есть рабочие! — фыркнул парень и тут же плюнул себе под ноги. Смачно так. Показать мне мое место. И они ушли.

А с того момента началось…

Заденут плечом на лестнице. Опрокинут мусорное ведро. Разольют что-нибудь вонючее и не обязательно магическое. И главное — непонятно, кто именно. Как будто стало общей какой-то студенческой игрой — достань «говорящую швабру» — то есть меня.

Поначалу эта возня забавляла. Я все равно ждала, когда уймутся и спать лягут, и тихонечко, двумя-тремя заклинаниями наводила чистоту. Не шваброй.

А потом кто-то додумался на очередную помойку, разлитую на лестнице между мужским и женским крылом общежития, добавить «залипашку» — заклинание, делающее любую жидкость весьма навязчивой к тем, кто в нее вляпается. То есть, натурально, вся лужа перетекает на человека. В данном случае, отчетливо смердящая лужа.

Только напала она не на меня, а на первокурсницу, которая зачем-то вышла на лестницу глубокой ночью. Напала, закатала в грязь и почти залепила лицо, когда мы с напарницей выбежали на шум. Пока напарница ахала, я остановила безобразие и развеяла плетение «шутников», заодно срисовав характерный рисунок их магии. «Их воду», как говорят у нас в Северной Башне. Завтра поговорю с идиотами на их языке.

Куда это годится — устроили свиноферму на этаже, чуть ни в чем не повинную девчонку не покалечили. Идиоты.

Утром еще одну вонючую лужу я обнаружила у себя под дверью, а чуть дальше, в темной нише за гобеленом, изображающим Оставленный Город во времена его процветания, и авторов ее — двух девиц со второго курса, имен которых я не знала, и паренька, по виду — зельевара.

Очень красивая, с ямочками на щеках, девушка, выше меня ростом на пол головы, шагнула вперед и усмехнулась:

— Я пожалуюсь преподавателю, что у нас в корпусе все время грязь и вонища! — процедила она сквозь зубы. Наверное, сама себе казалась грозной и насмешливой.

— Просто попробуйте не пачкать, — миролюбиво посоветовала я.

— Я смотрю, ты еще не поняла, с кем имеешь дело…

Я ждала.

— Я — Милена Латава!

Ну как было не проткнуть этот мыльный пузырь?

— О, — улыбнулась я, — Это меняет дело! Пожалуйста, гадьте на здоровье!

— Я тебя уничтожу! Впрочем, достаточно будет, если ты извинишься и прямо сейчас приберешь здесь все. Боже, какая жуткая бижутерия… Спорим, ни один из этих амулетов не работает? Давайте-ка проверим!

И шагнула ко мне, чтобы ухватиться за одну из тетушкиных подвесок…

О, вожделенный час расплаты! Вот сейчас…

— Некоторые все-таки работают! — прозвучал у меня из-за спины мрачноватый голос ректора. Это было неожиданностью и для меня тоже — я готовила совсем другой сюрприз.

Получилось, как будто мой амулет призвал самого ректора Дакара, как высшую кару на головы хулиганов.

Так вышло даже лучше — лица у второкурсников побелели, а у некоторых и позеленели.

— Что здесь случилось? Что за вонь⁈

Повисла угрюмая и долгая пауза, которую нарушил опять же, ректор:

— Фелана, вы язык проглотили? Как я понимаю, это ради вас тут кто-то дерьмо разлил? Если не в состоянии постоять за себя сами, будьте любезны докладывать о происходящем начальству!

— С вашего позволения, — развела я руками, — варад Дакар, я справлюсь сама. Не велика проблема.

— Не вижу предпосылок…

Я — и откуда смелости набралась — посоветовала:

— А вы присмотритесь!

Идею мне подбросило мое неудобное проклятье. Нет, я не стала перекрашивать волосы студенткам в призывно-красный цвет, но на их платьях в разных местах уже проступили рисунки с унылыми рожами и подписями — «Ущипни меня за попу». А нечего тетушкины амулеты трогать!