Головоломка: сокрытое наследие (СИ) - Лэони Максимилиана - Страница 35

– А мне больше понравился его ответ Виржиргу, когда тот нагло спросил, готов ли будущий Император заключить традиционный брачный союз для усиления своих политических позиций, – восторженно дополнил рассказ дядя, а моё сердце неожиданно замерло в предвкушении. – Максиэр довольно жёстко ответил, что с удовольствием присоединит его территорию к своей, и ради соблюдения этих самых традиций готов назвать это действо территориальным браком. Больше подобных вопросов не возникало. Грамотно поставил на место, думаю, глупые ожидания старых интриганов развеялись на корню, – усмехнулся дядя и многозначительно на меня посмотрел.

Неужто он так поступил из-за меня? Предположение показалось настолько наивным, что я быстро отогнала его прочь. Скорее всего, дракон банально не хочет связывать себя никакими узами вообще. Нет гарантии, что он и на отбор явится.

– Пап, а какова была реакция на новость о моём существовании и турнире в мою честь? – взволнованно заерзала я в своем кресле. Интересно же, а посмотреть самой не позволили.

– Гром тишины! – с пафосом продекларировал вместо отца дядюшка и все засмеялись.

– Веселье весельем, но кое-кому после этого объявления стало не до смеха, – пристально посмотрел на меня родитель, словно предлагая додумать мысль самой.

Неужто…

– Он догадался? – вслух закончила я.

– Думаю, да, – утвердительно кивнул отец. – Иного по его реакции и не скажешь. Во всяком случае, он очччень выразительно на меня посмотрел.

– Настолько выразительно, что остальные присутствующие забыли, как дышать, – хохотнул дядя Дар. – Между вами такие молнии летали, что казалось, любой чих и всё вокруг разлетится вдребезги.

От этой новости мне стало немного дурно. Вроде бы к этому всё и шло, но как бы я ни представляла варианты способов признания, в реальности стало не по себе.

– Не переживай, племяшка, – выдернул меня из печальных размышлений задорный голос дяди. – Твой отец – прекрасный дипломат и стратег, поэтому он сгладил эту ситуацию и пригласил Ноттервилов на объявленный отбор!

Судя по задорной дядиной интонации, ситуация на данный момент была близка к катастрофе! Я перевела свой ошалелый взгляд на папу, но тот с королевским величественным видом провозгласил. Или правильнее сказать добил:

– Я выказал им особое расположение, пригласив к нам в качестве главных почетных гостей турнира!

.…………….

Слов не было. Звуков тоже. Даже вдох застрял в горле.

Мне кранты!

Глава 29

– Мирри, – вывел меня из оцепенения спокойный папин голос, – я понимаю твои эмоции, но так было надо.

– Почему? – шокировано выдохнула я. – Тебе не кажется, что это, во-первых, несправедливо по отношению к ним, а, во-вторых, ты не подумал обо мне? Зачем этот дурацкий отбор без него?

– Не заводись, – посоветовал отец и навалился локтями на стол. – Как раз о тебе я и думал. Даже больше, чем о тебе, я думал о своих ещё не родившихся, но уже очень любимых внуках. И не хмурь так страшно брови.

– Да, и в чём же на этот раз заключалась твоя продуманная тактика? – воинственно скрестила я руки на груди и уставилась на папу в ожидании внятного ответа.

– В том, что драконы испокон веков не женились на человеческих девушках и Ноттервил громко объявил, что сочетаться браком готов только с чужими территориями. Я не мог пригласить их в качестве участников. Это первое. Второе, пусть переварит новость и сделает свой выбор. Теперь он узнал, кто ты и где тебя искать. Правда, его это не очень порадовало, ведь найти и присвоить себе обычную наёмницу, пусть даже она племянница высшего аристократа, в разы легче, чем сделать своей фавориткой дочь могущественного короля. Для этого ему придётся принять не только власть, но и прежде всего, самого себя. Ответственность, от которой он так яростно отбрыкивается, явно не желая принимать трон, как положено сразу после смерти предыдущего монарха, – жёстко, но справедливо ткнул меня носом в мою же глупость отец.

– С чего ты взял, что он этого не хочет? – недоуменно поинтересовалась я.

– С того, что по всем канонам он обязан взять власть в свои руки в тот же день, когда государство лишилось своего владыки. А он только сегодня объявил о смерти Императора, до сих пор не провозгласил себя преемником. Что это как не безответственность? Именно таким его сейчас видят, и он это знает. Вот и пусть решит, кто он на самом деле: истинный дракон или крылатый разгильдяй. Второму я свою дочь и внуков не отдам! А теперь представь, что он узнает о твоём положении. Думаешь, он предложит тебе руку и сердце от огромной любви? Нет. Он предложит их от великой радости, что получит тех, о ком драконы и мечтать уже не смели. Он возведет их в культ, отодвинув тебя даже не второстепенную роль. Готова стать прислугой своим детям? – задал безумно болючие, но крайне важные вопросы отец.

– Нет, – отрезала я и папа кивнул.

Я смотрела на папу во все глаза и в очередной раз мысленно посыпала голову пеплом за недоверие его стратегическому Гению. Он во всём прав. Абсолютно. Он грамотно подвёл Максиэра к той черте, за которой его жду я. Но не в качестве постельной грелки, а в качестве законной супруги. Неожиданно мне стало стыдно и грустно от осознания, что я так жестко накосячила, и теперь всё это вынужден разгребать любимый родитель.

Он сделает всё, чтобы я была счастлива, но и мне для этого надо привести в норму свои разжиженные симпатией к дракону мозги…

Молчали мы все очень долго.

Каждый думал о своём, а меня внезапно озарила пугающая, но весьма реальная в своём воплощении мысль:

– Пап, вдруг он не захочет за меня бороться? Вдруг решит проявить благородство и отдать меня какому-нибудь напыщенному принцу? Ты же сам сказал, что драконы всегда женились только на драконессах. Посмотрит на меня и решит, что из всепоглощающего чувства благодарности за всё мной содеянное не стоит ломать мне судьбу как принцессе и дочери Великого Роттерграна, делая её простой любовницей. Не то чтобы я жаждала стать Императрицей, но мне кажется неправильным лишать своих детей настоящего отца. В моём тяжелом случае очень сильных дракончиков, – со смущением пояснила я свои опасения.

– Вот и посмотрим, – уже весело подмигнул отец. – Но что-то мне подсказывает, что он от тебя не откажется.

– Судя по крайне довольным лицам его братьев, шансов от тебя отказаться у их будущего Императора нет. Уж очень выразительно ухмылялся Касстиэр и азартно потирал руки Грейстон, – разрядил обстановку дядя.

Максиэр эт Ноттервил

– Дочь Роттерграна! – взревел я на весь Кабинет, едва за нами с братьями закрылась дверь. – Как??? Она же не выжила!!! Разведка утверждала, что оба ребенка умерли при рождении! – Бах! Первая же попавшаяся под руку статуэтка разлетелась от удара об стену. – Как же я был слеп! Все кусочки картины лежали у меня перед носом! Меня, стотридцатилетнего дракона, как пацана, провела двадцатилетняя девчонка! Племянница Советника она! Откуда у Советника взялась племянница?? Грейстон! Почему ты не знал, что у ди Стэнроя есть племянница??

– Потому что у него её нет, – спокойно ответил брат, привычно пережидая бурю моего гнева. – У него есть племянник и об этом я тебя извещал.

– Ты хочешь сказать, что никто не знал, что под личиной парня пряталась девка??

– Думаю, да. Во всяком случае, это объясняет, почему она после провала задания явилась к нам в мужском образе, – философски пожал плечами брат.

И только вечно загадочный Касстиэр молча сидел на диванчике и чему-то ухмылялся себе под нос.

– Кас, что ты знаешь, но упорно не желаешь говорить?? – вызверился я на него.

– Ровно то же, что и ты. Просто в отличие от тебя я способен и видеть, то что знаю, – последовал спокойный, но ничего не объясняющий ответ. – Я уже говорил, Макс, тебе нужно остыть. Если бы ты был способен трезво рассуждать, то при первых же фениксах сразу понял, чья она дочь. Но ты предпочел думать не той головой.