Бессмертная Всадница (ЛП) - Лоу Керри - Страница 68

Эйми старалась не думать о том, что она почувствует, когда этот клинок пронзит её сердце.

— А Пагрин? — спросила Яра.

— Тебе придётся убить и его, — сказала ей Эйми. — В его крови всё ещё есть сотни искр. Он мог бы создать ещё больше воинов, и всё началось бы сначала.

Она жестом велела Яре отойти, и Всадница повиновалась. Эйми не нужно было оставаться наедине, но она хотела поговорить с Джесс и не хотела, чтобы Яра слышала её слова.

— Помнишь, что я говорила тебе на том лугу над Вортенсом? — спросила Эйми, прижимаясь лбом к прохладной шее Джесс. — Когда я узнала, что браслет убивает меня, я сказала тебе, что, когда придёт время, ты должна будешь улететь, — из горла Джесс вырвалось рычание, и её перья задрожали. — Пришло время сделать это, Джесс. Не прямо сейчас, но скоро. Я не переживу этого, но ты переживёшь. Так пообещай мне, что улетишь далеко-далеко и спрячешься. Найдёшь место, где сможешь жить и быть свободной.

Волна любви, нахлынувшая на сознание Эйми, почти уничтожила её. Она окутала её изнутри и наполнила всё её тело теплом и силой.

— Обещай, девочка, — прошептала Эйми.

Джесс лизнула Эйми в щеку, её шершавый язык оставил длинный след слюны. Эйми тихо рассмеялась сквозь слёзы.

— Я буду считать, что ты согласна.

Затем, всё ещё обнимая Джесс за шею, она повернулась лицом к горящему городу. Закрыв глаза, она задействовала силу браслета и мысленно обратилась к нему. Жизнь вокруг неё мгновенно переполнила её чувства, но она уже начала привыкать к этому нападению и отодвинула его в сторону. Вместо этого она потянулась к Пагрину, осматривая улицы портового района в поисках его злобы.

— Давай, ублюдок, — прошептала она.

Глава 32. Воспоминания и печаль

Тогда, в мастерской, когда Эйми использовала энергию Натин и Дайренны, она делала это в панике, не понимая, что она делает и как она это делает. Теперь она должна была делать это осознанно и с большим количеством участников. Джесс была надежной и успокаивающей, как рядом с ней, так и в её сознании. Эйми сделала глубокий вдох, успокаивая сердцебиение и пытаясь избавиться от адреналина, который, казалось, навсегда поселился в её венах.

Разделять мощь Всадниц, использовать их силу означало полностью открыться им. Это означало позволить людям увидеть её всю. Эта мысль привела её в замешательство, старые привычки прятаться на мгновение всплыли на поверхность, пока она не вспомнила, что больше не была той пугливой девочкой, над которой издевались.

Она могла чувствовать Всадниц и их драконов вокруг себя, видеть их сияющие искры и мерцающие связи даже с закрытыми глазами. Все связи были однозначными. Они простирались от Всадниц к драконам и не более того. Но жизнь и энергия текли через всё, поэтому всё, что ей нужно было сделать, это соединить все связи в круг. Тогда она смогла бы использовать их коллективную силу и стать её проводником.

Привязавшись к Джесс, она мысленно потянулась к Яре, ближайшей к ней Всаднице. Это было всё равно, что протянуть руку и взять её за руку. Эйми почувствовала, как энергия её и Джесс соединилась с той связью, которая возникла между Ярой и Фарадейром. Затем она снова потянулась, на этот раз к Дайренне. Она добавила свою энергию и энергию Блэка в цикл. Следующими были Натин и Малгерус.

Эйми продолжила свой путь вокруг всех Всадниц, соединяя их из односторонних линий в мерцающий круг голубой энергии. Ей хотелось, чтобы другие видели, как это красиво. Она могла чувствовать их всех — их жизни, надежды и страхи, а также любовь, которую они разделяли со своими драконами. Она чувствовала и их драконов, каждый из которых был подобен цветку, распускающемуся от энергии своей Всадницы.

Как только они все соединились, Эйми начала излучать силу. Но это была не разлагающая сила браслета, которая хотела забрать, а сила, которая хотела защитить. За ней стояла сила Всадниц и их драконов. Она была одной из многих, и её место было среди этих женщин.

Пагрин был один. У него были тысячи Воинов Пустоты, но они были именно такими, пустыми. Всё, что было у Пагрина, — это его ненависть. Повернувшись лицом к городу, но всё ещё с закрытыми глазами, Эйми отправилась на поиски этой ненависти. Ей не потребовалось много времени, чтобы найти её. Нити жизни сплетались вокруг неё, и Пагрин был похож на запутанный узел посередине. Он не потрудился скрыть от неё своё местонахождение. Может быть, потому что он хотел снова заманить её в ловушку, а может быть, потому что чувствовал, что в этом нет смысла, но теперь он был близок к победе.

В прошлый раз она в панике схватила Воинов Пустоты и попыталась удержать их. На этот раз, благодаря Всадницам, она просто протянула руку и взяла их. Она потянула за пульсирующие чёрные нити, связывающие их с Пагрином, и увидела, как они со звоном прижались к её груди.

Ярость Пагрина была мгновенной. Она почувствовала, как он вцепился в неё, пытаясь вернуть своих воинов, но Эйми оттолкнула его. Один Кворелл не смог остановить объединённую мощь Всадниц и их драконов.

Чем больше Воинов Пустоты забирала Эйми, тем легче становилось. Она начала с тех, кто жил в районе порта, потому что ей нужно было как можно скорее остановить убийства. Линии запульсировали, когда она отдала команду прекратить сражение и двигаться к водопаду Тойг.

Пагрин был похож на рассерженную пчелу, с жужжанием бьющуюся об оконное стекло, когда он отчаянно пытался вырвать своих воинов из её хватки. Казалось, его гнев пронизывал весь мир со скоростью сердцебиения, и Эйми чувствовала это по тем связям, которые она украла. Его воины тоже были полны этого, в них бушевали горе и ненависть. Без Всадниц Эйми была бы раздавлена этим, но их сила не позволила этому сломить её.

Все Воины Пустоты в районе порта теперь были связаны с Эйми и двигались к ней. Всё ещё не открывая глаз, она повернулась к западному изгибу гор. Там собирались тёмные линии, когда воины атаковали караван. Эйми протянула руку и начала дёргать за их связи, подтягивая их к себе, добавляя к другим, привязанным к её груди.

Она услышала крик позади себя и, открыв глаза, увидела ряды Воинов Пустоты, марширующих к лугу. В их неестественных глазах плясали языки пламени, а мечи были обнажены. Некоторые из них были забрызганы кровью. Эйми услышала скрежет, когда за её спиной обнажили ятаганы. Драконы зарычали, низко и грохочуще.

— Ты управляешь ими, верно? — крикнула Лиррия.

— Да, — ответила Эйми.

Однако страх всё ещё покалывал её ладони. Это нервировало — наблюдать, как тысячи монстров маршируют к ним. Джесс рядом с ней тоже зарычала. Если она потеряет контроль, если Пагрину удастся восстановить связь, Воины Пустоты нападут в мгновение ока.

По её команде Воины Пустоты начали выстраиваться на полях, словно ряды статуй. Они вытоптали весь урожай, и на мгновение Эйми стало жаль фермера, которому принадлежало это поле.

Она продолжала налаживать связи, чувствуя, как воины из караванного лагеря реагируют на её команды. Она не приказывала им идти к ней — такой приказ был бы похож на вторжение в город. Вместо этого она велела им просто прекратить сражение и стоять на месте. Оставалось надеяться, что стражники и всадницы на территории комплекса воспользуются этим и убьют их.

— Скажи мне, когда, — прошептала Яра у неё за спиной.

Ятаган Яры не касался её, но Эйми чувствовала холодное дыхание стали на своём затылке.

— Пока нет, я собрала не всех, — ответила она и поразилась тому, насколько ровным был её голос.

Всё ещё обнимая Джесс, Эйми мысленно потянулась вверх. Воины Пустоты, вторгшиеся в Антейлл, всё ещё были в горах. Она чувствовала, как они спускаются по скалам. Эйми почувствовала, как в ней самой закипает гнев на этих людей — они напали на её дом и убили Аранати. Эйми отдала им приказ. Она велела им прекратить карабкаться и отпустить. Она не могла видеть, как они падают со скал, но почувствовала, как целая куча связей перестала существовать, когда они умерли.