Укушенная (ЛП) - Грей Джордан Стефани - Страница 82

Я рычу.

Белый волк колеблется перед следующей атакой, и я молниеносно откатываюсь в сторону. Мои раны затягиваются, кровь застывает ещё до того, как успевает капнуть на песок, и я отступаю на несколько шагов, готовясь к новой атаке — жду. Я наклоняю голову. Дыхание белого волка становится тяжёлым, а его глаза… Коричневыми. Дельта коричневыми. Меня осеняет запоздалое осознание.

Я выше этого волка.

Я выше их в иерархии и могу с лёгкостью командовать ими.

Я поворачиваюсь, чтобы поделиться этим с Эви — подбодрить её завыть, зарычать, заставить Дельту и Бету отступить, пока мы будем сражаться с Альфой и королевой, — потому что мы можем победить. Мы можем победить двух волков, и мы можем убежать. Вернёмся в замок, к ребятам, и мы сможем рассказать всем, что видели. Ей поверят. Она — принцесса.

Но… Эви… Она…

Моё сердце перестает биться.

Голова Эви покоится между клыками Королевы Волков.

Королева Сибилла поворачивает голову в мою сторону. Из её окровавленного рта вырывается злобное рычание: насмешка. Угроза. Она сжимает клыки. Совсем чуть-чуть, но этого достаточно, чтобы Эви дёрнулась и завыла.

Ужасный звук умирающей Эви раздаётся у меня в ушах и пронзает мою душу. Я оступаюсь на шаг. Белый волк сбивает меня с ног. Мне всё равно. Мне всё равно, что я ударилась о песок достаточно сильно, чтобы сломать ребро. Мне плевать, что белый волк рычит рядом со мной. Мне, блядь, плевать на всё это.

Эви мертва.

Эви, блядь, мертва.

Нет. Этого не может быть. Только не снова.

Королева Сибилла сжимает зубы сильнее. Эви перестает сопротивляться. Кровь льётся между нами рекой.

Только не это. Только не это.

Я не знаю, что делать. Я не знаю, как это исправить.

Позади меня два других волка, которых я отказалась убивать, восстают из воды, полностью исцелённые. Я в ловушке. А Эви… Она…

Тогда они убьют и меня. Я закрываю глаза и жду конца.

Этого не происходит. Королева волков рычит, и три волка, находящиеся под её командованием, отступают в тень мангровых деревьев. Королева Сибилла мгновение наблюдает за мной, её глаза сверкают жестокой злобой, а затем она улыбается. Даже с Эви, зажатой между её клыками, она улыбается.

Я едва успеваю подняться на лапы, как королева бросается вдогонку за остальной частью своей взбунтовавшейся стаи. Она уносится в ночь, зажав зубами обмякшее волчье тело Эви.

Эви мертва. Пляж пропах кровью. И я… я думаю о королеве, о её зловещей ухмылке, о последнем вопле Эви, вспоминаю крик Селесты… я устала бояться. Я устала быть слабой. Я устала от лжецов.

Я не гоняюсь за королевой.

Я усвоила урок. Сидя и съёживаясь, я ничего не добьюсь в этом жестоком грёбаном мире. Я оставляю лужу крови Эви и мчусь прямо к замку. Я собираюсь покончить с этим. Сейчас.

Эвелин Ли погибла, сражаясь с Королевой Волков Северной Америки.

Она боролась и проиграла, и теперь её тело — её душа — исчезло.

С каждым тяжёлым шагом я повторяю эти слова про себя, как мантру. Это подстёгивает меня двигаться вперёд. По мосту, пробираясь сквозь тени, не обращая внимания на машины, которые могут оказаться на дороге. Пусть они увидят меня. Пусть увидят оборотня. Я не буду прятаться. Я не буду прятаться от этого.

Я врываюсь в массивные, льдисто-голубые двери замка Севери. Я не останавливаюсь, чтобы перевести дух — я взлетаю, как ракета, мимо освещённого люстрами фойе в зал с портретами регентов древности.

Вид чёрных глаз у каждого из них заставляет меня рычать.

— Стой! — Инструктор Шепард преграждает мне путь, его рот искривляется в суровой гримасе. — Кто ты… — Он замолкает и нюхает воздух. — Мисс Харт?

Я сердито смотрю на него, раздувая ноздри и сверкая зубами. Мои когти впиваются в плитку, безрассудно царапая старинный пол. Инструктор Шепард, должно быть, чувствует это — что я забыла о своих чувствах. Что ярость полностью овладела мной. Он напрягает мускулы, и из его пальцев вырываются когти.

— Мисс Харт, что бы ты ни делала, я советую тебе пересмотреть своё решение.

Но он — Бета. Он не может приказывать мне что-либо делать.

Я щёлкаю челюстями, и он едва успевает отскочить в сторону. Эвелин Ли мертва. Его будущая королева мертва. Я снова рычу. Портреты на стене дрожат. Два последних падают на пол — полотна раскалываются. Рамы ломаются. Я наступаю королеве Сибилле на лицо, царапая когтями то, что осталось, и тёмные бабочки вспархивают из остатков её взгляда. Инструктор Шепард наклоняет голову. Он успокаивающе поднимает руки, словно ожидая, что я сделаю выпад. Как будто он не готов драться, пока я этого не сделаю. Но я не буду. Мне просто нужно, чтобы кто-нибудь выслушал меня.

— Что случилось? — спрашивает он. Хотя я снова хлопаю по нему лапой в ответ, его глаза всё ещё сужаются в замешательстве. Я рычу. — Мисс Харт, если ты хочешь общаться, тебе нужно превратиться.

Превратиться. Превращение делает меня слабой. Я качаю головой, но его голос становится твёрже.

— Мисс Харт, я не буду просить тебя снова.

У меня волосы встают дыбом, и от его тона по коже пробегают мурашки. Инструктор Шепард — один из сильнейших оборотней в этом замке. Я не хочу с ним драться. Я хочу, чтобы он был на моей стороне. Мне нужно с ним поговорить. И если я хочу, чтобы он выслушал меня — если я хочу, чтобы все они выслушали меня, — я не могу взорваться от ярости. Советы, которые давались мне месяцами, проносятся у меня в ушах смертоносным свистом урагана, и я слышу, как Эвелин ломает шею, как будто это происходит снова.

«Ванесса, в наших законах есть порядок».

Есть законы, правила и ожидания. Мне нужно быть умной. Я здесь не самая сильная, свирепая или быстрая. Но у меня есть все доказательства. Я киваю в знак согласия, и инструктор Шепард находит в шкафу сброшенный халат, затем даёт мне время превратиться самостоятельно. В шкафу тесно и темно. Я не вижу даже когтя перед своим лицом. Моё волчье тело содрогается.

Я думаю, мне нужно превратиться. Иначе никто не поймёт.

Мои кости ломаются и срастаются, но на этот раз я этого не чувствую. Горе заглушает боль, и я медленно возвращаюсь в своё тело. Эви… Эви… Моё сердце бешено колотится. Я натыкаюсь на ряд забытых пальто, и воздух наполняется пылью. Но мне всё равно. Всё это неважно. Эви умерла. Я видела, как она умирала.

Почему это всегда моя вина?

Я проглатываю волну паники. Ещё одну. Я должна выбраться отсюда. Я должна рассказать им, что произошло.

Надев длинный шёлковый халат, я туго завязываю его на талии, прежде чем встретиться с инструктором Шепардом в коридоре.

— Она мертва, — говорю я, стараясь унять дрожь в голосе. — Эви. На пляже. Королева Волков… Она свернула ей шею и скрылась вместе с её телом. Я видела, как всё произошло.

Инструктор Шепард пристально смотрит на меня, затем оглядывается назад. Появляются три стражника, на всех повязки их королевы. И если мне придётся выбирать между ними — между инструктором, который влюблён в мою ближайшую подругу, или охранниками, которые подчиняются непосредственно злодейке, — я точно знаю, кто безопаснее.

Схватив инструктора Шепарда за руку, я тихо говорю:

— Вы должны выслушать меня. Я знаю, что видела. Большой зверь с чёрными глазами схватил Эви и убежал. Я видела, как она умирала. Я сражалась с тремя другими волками… Я не смогла спасти её. Я пыталась. И Син с Каликсом — они тоже были там. Но они убежали. А Эрик… — О Боже. Эрик. Я не подумала о брате Эви. Он ещё не знает, и… и кто-то должен ему сказать. Мой желудок скручивает, но меня не вырвет. Мне нужно, чтобы инструктор Шепард выслушал меня.

Нахмурившись ещё сильнее, он бесшумно тащит меня по коридору в нишу, где стражники нас не увидят, хотя я уверена, что они всё ещё следуют за нами. Они собираются сообщить королеве, что я вернулась. Мои рёбра грозят лопнуть от нарастающего давления в лёгких.