Джеки - Трипп Дон - Страница 1

Дон Трипп

Джеки

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)

Главный редактор: Яна Грецова

Заместитель главного редактора: Дарья Башкова

Арт-директор: Юрий Буга

Руководитель проекта: Елена Холодова

Литературный редактор: Ксения Скворцова

Корректоры: Мария Стимбирис, Елена Биткова

Дизайнер: Денис Изотов

Верстка: Павел Кондратович

Фотография на обложке: Douglas Jones for Look Magazine, 1957 / Library of Congress Prints and Photographs Division (Washington, D.C.)

Разработка дизайн-системы и стандартов стиля: DesignWorkout®

© 2024 by Dawn Clifton Tripp

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2026

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Предисловие

«Джеки» – это роман, художественное произведение, на создание которого меня вдохновила биография Жаклин Кеннеди-Онассис. Это история женщины, хорошо известной широкой публике, но в действительности довольно замкнутой, очень умной и тонко чувствующей. Кроме того, это история о любви, о непростом браке и о потере себя вследствие чудовищного акта насилия. Любимая женщина, мать, жена – Джеки смирилась с трудностями, связанными с необходимостью постоянно находиться под неусыпным общественным вниманием. Она научилась использовать ресурсы власть имущих, окружавших ее, и в итоге смогла явить миру свое подлинное «я» как яркая, творческая, артистичная личность, а выпавшая на ее долю слава лишь подчеркнула ее таланты.

Эдгар Лоренс Доктороу однажды сказал: «Историк расскажет вам о событиях, а писатель – о чувствах». В романе «Джеки» мне как раз хотелось исследовать связь между фактами и сопутствующими им переживаниями. Я пытаюсь понять, что случилось с героиней, как мир на это отреагировал и как это восприняла она сама.

История Джеки заинтересовала меня после того, как я увидела одну фотографию. Это не очень известный снимок, но меня он поразил. Черно-белое изображение Джеки и Джека[1] в аэропорту летом 1957 года. Ветер колышет юбку Джеки, она стоит спиной к камере, на ее шее тройная нить жемчуга. Они с Джеком в проеме двери. Он наклонился к жене, вероятно, чтобы сказать что-то или поцеловать на прощание. Восхитительное фото – в нем удалось передать удивительно интимную интонацию общения двух молодых людей. Совершенно очевидно, что они не знают, что их снимают. Схвачен тонкий момент, что-то очень личное: небольшое напряжение фигур, строгая сдержанность, с трудом обузданный чувственный порыв, легкая недосказанность, уязвимость, нежность. Я увидела здесь трогательную, бьющую в самое сердце красоту расставания. Вероятно, Джек улетает по делам избирательной кампании. А Джеки к тому времени уже беременна Кэролайн. Я долго рассматривала эту фотографию, и она просто обожгла мне душу. Следующие несколько дней я писала тексты по мотивам полученных впечатлений. Это были письма от лица Джека и Джеки. В моем романе герои вспоминают об этом снимке спустя годы, и для каждого из них он значим по-своему.

Кем была Джеки? Кем были Джек и Джеки вместе, прежде чем стали легендой? Поначалу это просто молодые люди, еще мало кому известные, недавно поженившиеся, радующиеся жизни и преодолевающие трудности, как это бывает в любой непростой любовной истории. Что это были за люди? Какой была Жаклин?

Я распечатала тот снимок. Темные силуэты, сблизившиеся лица на фоне яркой белизны неба. Хрупкость робкой близости стала основой романа. Но прежде чем начать его писать, я исследовала тему долгие годы. Эта история казалась слишком необъятной, а ее внешняя канва – слишком публичной. Уже и так очень много о ней написано. Но чем глубже я погружалась в нее, тем больше понимала, насколько неполно наше представление о Джеки. Дорис Кернс Гудвин, знавшая мою героиню, однажды сказала: «Есть какая-то культурная связь между ней и эпохой, в которой она жила…» Для меня это утверждение стало ключевым. Мне кружило голову предвкушение, что в своей книге я смогу развить мысль Гудвин.

Я прочитала много, очень много книг о Джеки, Джоне, Бобби Кеннеди и других исторических фигурах, которые упоминаются в моем романе. Список того, что оказалось особенно полезным, приведен в разделе «Источники» в конце. Также я изучила бесчисленное количество журнальных и газетных статей. Я читала письма и работала в Президентской библиотеке Джона Ф. Кеннеди. Ездила по тем местам, где бывала Джеки, читала стихи, которые она любила. Обращала внимание на рассказы Кэролайн и Джона Кеннеди-младшего о том, как горячо их мать любила литературу. В предисловии к сборнику стихотворений, которые я читала своим сыновьям много лет назад, Кэролайн рассказывала о том, что унаследовала от матери любовь к поэзии и филологии в целом. Такая любовь породила в ней желание привить то же чувство детям «не только ради удовольствия, но чтобы они могли воспользоваться великой силой – черпать идеи и оттачивать навык их выражения». Я запомнила эти слова. Они говорят не только о самой Джеки, но и о тех убеждениях, которые она передала своим потомкам.

Рассматривая фотографии, в том числе и широко известные (Джеки и Джек на парусной яхте еще до свадьбы; Джеки держит на руках маленькую Кэролайн, тянущую в рот материнскую нитку жемчуга; Джеки в узком белом платье что-то шепчет Джеку в коридоре Белого дома; Джеки и Бобби через несколько лет после того, как Джека убили; Джеки едет на велосипеде в городке Аквинна, штат Массачусетс), – я начала задумываться не о том, что́ на снимке, а о том, что происходило непосредственно перед тем, как он был сделан, а также сразу после него. Я стала искать фотографии, где моя героиня не замечает камеру, не знает о ней. Например, вот она качает дочку на волне в море или стоит на коленях рядом с сыном спиной к фотографу, а вертолет с Джеком на борту взлетает с лужайки. В этих бесхитростных изображениях есть какая-то особенная, трогательная простота и искренность. Что она думала, что чувствовала в эти моменты? Ее личность была многогранной: что-то она открывала сама, что-то проецировали на нее. Джеки, Джекс, Жаклин, мисс Бувье, миссис Кеннеди, миссис Онассис, Джеки О.

Я остро ощущала, что во всем прочитанном и просмотренном не хватает чего-то человеческого, недостает какого-то волшебства. Мне стало любопытно, как в Джеки уживались очевидные противоречия: сила интуиции и холодный ум, а временами и точный расчет; уязвимость, открытость, эмпатия, теплота и жажда одиночества и даруемой им свободы; твердая воля, упорство, страсть к литературе, новым открытиям, искусству, архитектуре, истории; мощь и широта ее интеллекта; ее хрупкость, страхи и реакция на горе. И сложные отношения с властью и людьми на ее вершине.