"Фантастика 2025-194". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Королева Анастасия Юрьевна - Страница 1591

– Тогда почему общий курс преподавать будете, а не целительство? Или степень не позволяет? – опять вклинилась блондинка, кривя алые губы в подобие усмешки.

Несколько девиц, что сидели рядом с ней, копируя ее так же усмехнулись.

– Отчего же, позволяет, – как бы ни хотелось кичиться заслугами перед ребятами, а придется. – Десятая степень позволяет мне преподавать и целительство, и особенности зельеваренья, и общий курс.

Кто бы мне когда сказал, что хвалить себя так сложно. Вроде бы я должна гордиться заслугами, кричать о них на каждом шагу, но не выходит. Даже сейчас, слыша слаженное «О! Ничего себе!», захотелось поспешно всех разуверить, что на самом деле, кроме как проводить опыты в лаборатории, больше ни на что не способна.

– И вас с десятой степенью отправили на север? – не разделив восторга с остальными студентами, блондинка откинула пряди волос с лица, и недовольно фыркнула. – Не верю.

Похоже, в следующий раз придется принести с собой диплом с печатью Королевской Академии.

– Мика, вы пытаетесь обвинить профессора во лжи? Не слишком умно с вашей стороны.

На помощь мне пришел Винсент. Уверенный, спокойный, собранный. И наверняка это не внешняя маска, как у меня.

Девушка метнула на профессора кокетливый взгляд, и заискивающе улыбнулась:

– Почему сразу пытаюсь обвинить? Я всего лишь интересуюсь довольно странным фактом.

И отчего мне в ее интересе чудиться откровенное неуважение?

– Ничего странного в этом нет, – бросив взгляд поверх голов студентов, стиснула руки в кулаки. – В Министерстве решили, что вашей академии не хватает именно меня.

Прозвучало глупо, но ничего умнее придумать не смогла.

На этот раз смешки были вполне дружелюбными. Стало чуточку легче.

– Есть еще вопросы?

Вопросов не нашлось, и мы распрощались со студентами, доверив курсы старостам.

До кабинета мы шли молча. Только у двери Винсент придержал меня за локоть и с улыбкой произнес:

– В Министерстве так и сказали?

Я очень старалась сохранить серьезное выражение лица, но не вышло. Губы дрогнули в полуулыбке, и смех – тихий, искренний – вырвался из груди.

– Слово в слово!

На этом наше общение завершилось. Профессор оставил меня одну, надеясь, что я не заблужусь в коридорах академии.

Я и не заблудилась. Просидела за изучением папок, пока в кабинете никого из преподавателей не было, а после дверь с грохотом открылась и на пороге, словно вихрь, появилась Тильда.

– А, вот ты где! – будто мы были закадычными подругами, девушка бросилась к столу и удостоила меня крепких объятий.

Кажется, секретарь ректора легко сходится с людьми, даже не беря в расчет то, что эти люди сходиться с ней не особо желают.

– Светлого дня, – стараясь быть вежливой и только, поприветствовала ее.

– Светлого, – отмахнулась и плюхнулась на стул. – И как тебе в нашей дыре? Понравилось?

Я бы не сказала, что здесь такая уж дыра, да и приехала я сюда не за развлечениями. А сама академия мало чем отличалась от столичной, во всяком случае, студенты были такими же.

– Ничего плохого.

– Серьезно? О! А как там в столице? Сегодня ты мне расскажешь?

Вот так просто?

– Тильда, сегодня вряд ли, нужно изучить программу, и подготовится к первой лекции, – девушка попыталась что-то возразить, но я перевела тему. – Ты мне лучше помоги найти библиотеку?

Судя по тому, как она скривилась, мой вопрос ей не понравился, хотя отказывать не стала, что, несомненно, хорошо.

Когда бегло осматривала содержимое папок, удостоверилась, что общие науки изучались студентами в сжатой форме. То есть сам общий курс и так сжат, а с подачи профессора Диам он превратился в сокращенную форму сокращенного варианта. Боюсь представить, какие познания выносят учащиеся за стены академии после окончания.

Несомненно, изучение географии, разнообразия рас, культуры и светской этики вряд ли можно отнести к необходимым предметам при том же устройстве на работу. Хотя, не зная элементарных вещей, можно ведь сойти за бездаря, и не важно, что степень по целительсву или силовой магии при этом будет выше пятой.

 Возможно, это глупо, но мне кажется, что неважных предметов попросту не существует.

Пока мы шли в библиотеку, щебетание Тильды порядком утомило, и я несказанно обрадовалось, как только она оставила меня на попечение невысокой дородной женщины с огромными очками в пол лица.

Та, в свою очередь, оказалась приятным человеком, что меня удивило. Как-то за последние дни привыкла, что каждый относится ко мне, будто к кровному врагу, так что обычное общение стало приятной неожиданностью.

Книг я набрала много и не все были нужны для подготовки к лекциям. Несколько из них касались севера и местных традиций, а еще одна – история создания академии. На кожаной обложке последней так заманчиво светилось выбитое на ткани белое раскидистое дерево, что я не смогла пройти мимо.

А стоило вернуться в комнату, по пути заглянув в столовую, как я ушла с головой в подготовку.

Глава 7

Ночь оказалась бессонной. Действительно бессонной – сначала я изучила расписание, выяснив, что у меня будет по две лекции в день, потом составила подробный план занятий, а под конец вовсе решила отрепетировать вступительную речь. На последнюю, почему-то, ушло больше всего времени. Слова казались глупыми, неубедительными, трусливыми, и что с этим делать я так и не придумала.

Когда легла в кровать, сомкнуть глаза так и не смогла. Сердце то отбивало сумасшедший ритм, то замирало от страха.

Я уже продумала предстоящий день в мельчайших подробностях – от гардероба, до походки, но избавиться от нервного напряжения не вышло.

И только под утро, когда на сон осталось чуть больше двух часов, я вспомнила об успокаивающей настойке – мягкой и быстродействующей.

Два часа на отдых – это мало. Любой целитель признал бы меня больной, взглянув на черные круги под глазами и неестественно бледный цвет лица. Пришлось достать из припрятанных зелий еще одно с забавным названием «Светлое утро».

После него утро действительно стало светлым, и бодрым, но не менее нервным.

Из своей комнаты я вышла, будто собралась на казнь, хотя внешне старалась выглядеть совершенно спокойно. Сдержанно поприветствовала профессора Проса, который причмокивая, пил горячий чай на кухне, и, окинув взглядом небольшое помещение, с тоской подумала, что наличие собственной чашки еще ничего не значит. Ни чая, ни съестных припасов у меня нет.

Пришлось возвращаться в комнату, брать конспекты и идти в столовую, где мне предложили и чай, и запеканку, и горячие булочки. Что удивительно, даже без Винсента рядом, повара и разносчицы относились ко мне доброжелательно. По всей видимости, здесь только профессора обладают столь гадким характером, остальные милейшие люди. И доктор Аттэ, и библиотекарь, и работники столовой.

По расписанию первая лекция у меня оказалась свободна, так что я спокойно вошла в свою – звучит очень волнующе – аудиторию и опустилась за преподавательский стол. Высокая кафедра, за которой смело можно спрятаться, если окончательно оробею, черная, поблескивающая в лучах солнца доска, потертые карты на стене и пустой шкаф с запылившимися стеклами. Не велики владения, но... Мои!

Усидеть на месте не смогла. Спустилась с кафедры и поднялась по ступеням к самому верхнему ряду. Да, по эту сторону аудитория для меня выглядит куда привычнее.

К тому времени, как прозвенел звонок, и первые студенты потянулись к дверям аудитории, я успела с десяток раз успокоиться и вновь запаниковать. Твердила вступительную речь, переживая, что попросту забуду ее в самый ответственный момент.

Но стоило двери открыться, как я моментально внутренне подобралась, надевая на лицо маску спокойствия.

Через порог перелетел, иначе и не скажешь, вихрастый светловолосый парень:

– Здрасте, – он окинул меня внимательным взглядом, и, ухмыльнувшись своим мыслям, прошел к первому столу.