Карп в сухой колее. Том 1 - Ленская Софья - Страница 68

Мрачные коридоры крепости Цзицзинъюй будто пытались удавить, и чем ниже приходилось спускаться, тем сильнее становилось это тягостное чувство. В один момент даже заложило уши. Вскоре Сюэ Чжу довел Юн Шэня до подземелья, где была заключена Ху Иньлин. Даже в смертном теле Юн Шэнь мог почувствовать тревожные отголоски демонического присутствия. Воздух был пропитан иньской ци. Неужто хули-цзин держали здесь прямо в настоящей демонической форме?

Юн Шэнь уже готовился толкнуть двери, ведущие прямиком к камере Ху Иньлин, когда его прервали.

— Постойте, Янь-даою, — окликнул Сюэ Чжу, его голос звучал нервно.

— Что-то не так?

Юн Шэню не терпелось покончить со всем этим. Находиться в таком месте было нелегко: если на верхних этажах крепости воздействие темной энергии ощущалось не так сильно, вернее для него в смертном теле не ощущалось никак, то здесь... Он словно вновь оказался в Павильоне ароматов. Только на этот раз никакого чудесного артефакта, который мог бы хоть как-то восполнить медленно утекающие прочь силы, не было. Долго он так не протянет, а ведь ему еще предстояло разговорить Ху Иньлин.

— Здесь должны быть мои соученики и стража Цзицзинъюй. Камера Ху Иньлин содержится под беспрестанным присмотром. Наблюдатели меняются каждый шичэнь, до прихода смены текущие наблюдатели не могут покинуть пост... — растерянно протянул Сюэ Чжу, оглядываясь. Некогда звонкий голос приобрел тревожную глухоту.

Сюэ Чжу решил осмотреться в поисках хоть единой живой души и оставил Юн Шэня ждать у дверей. Действительно, вокруг никого не было. Последние стражники, которых они повстречали по пути, остались этажом выше. Странно получалось, даже Си Ин говорил, что Ху Иньлин обезврежена его техникой и оставлена под надзором заклинателей, но...

Может быть, все эти надзиратели просто были за дверью? Невозможно, чтобы демоница вдруг осталась без охраны. Стоило Юн Шэню коснуться дверей и слегка толкнуть створки, как неожиданно их распахнули изнутри. Юн Шэнь от неожиданности едва не упал, столкнувшись лицом к лицу со стражем, но вовремя отступил на пару шагов.

Как он и думал. Охрана не могла испариться.

Страж занял собой весь проход, не давая даже взглянуть за плечо, не то что пройти дальше. Его лицо скрывал шлем. Как странно, все стражники, которых Юн Шэнь встречал до сих пор, не носили шлемов, тем более настолько закрытых, что даже глаз не видно — те оставались в тени козырька.

— Я пришел к... — начал было Юн Шэнь излагать цель визита, когда его прервали.

— Янь-даою! — крикнул Сюэ Чжу из глубины коридора, следом послышались торопливые шаги, переходящие на бег. — Янь-даою, немедленно уходите оттуда!

Юн Шэнь и оглянуться не успел, как страж неожиданно двинулся. То, что произошло дальше, случилось слишком быстро.

Страж схватил Юн Шэня за руки и резко потянул на себя. Юн Шэнь дернулся назад всем телом, хотя его сил явно было недостаточно, чтобы вырваться. В ответ на сопротивление страж ловко ударил его по голени — ноги Юн Шэня подкосились. Он не успел ничего предпринять, когда его, потерявшего равновесие, подхватили за пояс и очень грубо отшвырнули за двери позади себя.

Он упал на холодный каменный пол и проехался по нему вперед, завалившись на бок, пока не ударился о стену спиной и затылком. От резкого удара голова взорвалась болью, а в ушах зазвенело. Юн Шэнь приоткрыл заслезившиеся глаза, быстро смаргивая пелену, и увидел впереди, в свете приоткрытого прохода, темный и высокий силуэт стража. На короткий миг страж обернулся и... кивнул? Юн Шэнь не был уверен, перед его глазами все еще плясали разноцветные пятна. Не успел он привстать, опираясь на неприятно саднящие, содранные о камень ладони, как двери прохода закрылись, оставляя его в полной темноте.

Глава 19. Бессмертный небожитель на перепутье

Ногу, в которую пришелся удар стража, до сих пор нещадно жгло и сводило. Юн Шэнь подтянул ее к себе, потирая и разминая в попытках хоть как-то облегчить боль. Он покрутил головой, но, как бы ни пытался осмотреться, сделать это не получалось — было слишком темно.

Он сильно зажмурился и затем резко распахнул глаза, надеясь, что они привыкнут и он сможет разглядеть хотя бы очертания того... где находился. Это не помогло. За дверьми, по словам Сюэ Чжу, была камера Ху Иньлин, но это помещение явно ею не являлось. Юн Шэнь решил сориентироваться на ощупь. Он принялся водить руками по стылому каменному полу. По ощущениям он ничем не отличался от того, что был в коридорах, — те же каменные плиты. Пальцы наткнулись на ворох сухих стеблей, тихо шуршащих и хрустящих. Он вел дальше и уперся во всклоченный... стог? Нет, маловато для стога, просто сваленное в кучу сено. Юн Шэнь понял, что на полу нет ничего полезного, и провел рукой по стене — холодный камень, ничего необычного, но чуть выше ему встретился выступающий из стены зацеп. Юн Шэнь схватился за него и использовал как опору, чтобы подняться. Локтями он задел что-то холодное, раздался тихий и глухой звон. Цепи.

Это темница!

Юн Шэнь оперся о стену поудобнее. Пусть ноги дрожали, а спина выла острой болью, стоять он все же смог. Хэ Циюй был на редкость тщедушен, удивительно, как его хрупкие кости не переломались после того, как его зашвырнули сюда точно мешок. Впрочем, по тому, какой болью отдавался каждый вдох, Юн Шэнь не был уверен, что все кости действительно в целости, но долго раздумывать об этом времени не оставалось. По крайней мере, он способен двигаться, и этого вполне достаточно.

Его забросили в одну из камер.

Ху Иньлин поблизости не было, получается, это не те двери, которые они искали. Меж тем Сюэ Чжу говорил, что хули-цзин держат именно здесь. Мог ли мальчишка ошибаться или неожиданная пропажа охраны и заклинателей Юэлань помешала ему довести Юн Шэня до конкретного места заключения лисицы? Несомненно, она где-то поблизости. Могильный холод демонической энергии, поступающий со всех сторон, заставлял пальцы неметь и вызывал дрожь. Даже в теплой дорожной мантии Юн Шэнь ощущал незримое касание ветра инь, словно забиравшегося под одежду, под кожу, проникавшего глубоко, в самое нутро, и взывавшего к недостойным порывам. Низменным чувствам — панике и безумному желанию спастись любой ценой — Юн Шэнь, вопреки всему, не подчинился. В кои-то веки боль, сопровождавшая его в этом теле с момента переселения, служила благой цели и отрезвляла разум.

Юн Шэнь призадумался. Перед тем как он очутился здесь, Сюэ Чжу велел ему немедля убираться. Он был в ужасе. Что бы ему ни повстречалось в коридорах, оно напугало его до смерти — так, что он, совершенно не подумав, бросился назад и начал звать Юн Шэня по имени. Что он мог такого увидеть? Неужели страх настолько застлал его разум, что он позабыл о возможных охранниках Цзицзинъюй и собственных соучениках, у которых явно могли возникнуть вопросы, к кому это он обращается «Янь-даою»? Нет, Сюэ Чжу не был труслив, да и не глуп настолько, чтобы забыть об осторожности.

Разве что... Сюэ Чжу, осматривая коридор, обнаружил тех самых соучеников и охранников. Вопрос лишь, в каком качестве.

Юн Шэнь оправил запутавшиеся рукава и отметил подозрительную легкость в них. Легкость, которой быть не должно. Он замер всего на мгновение, чтобы затем снова взмахнуть рукавами. В самом деле — они были пусты. Юн Шэнь тут же принялся судорожно обшаривать мантию и одеяния.

Шкатулка из тайника! Он прятал ее в один из скрытых карманов рукавов одежд!

Юн Шэнь сдернул дорожный плащ на пол и едва ли не вывернулся из платья, пока проверял все карманы. Шкатулки действительно не было. Куда она подевалась?! Юн Шэнь мог поклясться, что шкатулка совершенно точно была в его кармане! Он сжимал ее в руках, когда входил в Цзицзинъюй. Но она такая маленькая — могла ли случайно выпасть? Хотя тогда он услышал бы звук падения. Юн Шэнь нахмурился в ответ своим мыслям и цыкнул.