Карп в сухой колее. Том 1 - Ленская Софья - Страница 49

Нужно было снижаться.

Так он и поступил, стараясь без резких движений перейти к снижению. Очередной порыв ветра оборвал все эти попытки на корню. Шиди едва устоял ровно, а вот его шисюн...

Его зашатало, и он и не заметил, как сорвался с меча и стремительно понесся вниз. В тот момент они как раз пролетали над ущельем. Он смог лишь судорожно вздохнуть и зажмуриться. Было слишком страшно. Ужас захватил весь его разум и не позволял сконцентрироваться хоть на чем-то. Даже выставить барьер.

— Шисюн! — закричал шиди и, недолго думая, стрелой бросился вниз, стараясь успеть наперехват.

Падение выдалось быстрым. Он ударился о ледяные воды, и они радушно приняли его в свои объятия.

Юноша даже не заметил этого и не успел сделать вдоха. Воздух из груди выбило резким столкновением. Река оказалась довольно глубокой, хотя со стороны выглядела иначе: обилие крупных камней и выступов стирало ощущение глубины. Студеная вода сомкнулась над его головой, а течение быстро понесло вперед. Конечности мигом начали неметь, он с трудом мог пошевелиться, но все же пытался. Воздуха переставало хватать. Он дернулся и рывком вынырнул, закашлявшись, чтобы в следующий момент поток вновь потянул его на дно. Вода попала в рот и нос, перед глазами стояла туманная пелена, которую никак не получалось сморгнуть, а в ушах гулко громыхала кровь, отдавая быстрые удары испуганного сердца. Юноша слышал, как его звали, но не мог различить ни слова. Он ударялся о камни, грудь горела от боли и невозможности вдохнуть.

Его рывком вытянули из воды и в следующее же мгновение небрежно выбросили на берег прямо на заледеневшие и скользкие камни. Юноша упал и проехался по ним, выставив руки вперед и содрав кожу. Он тяжело закашлялся, всего на удар сердца все чувства схлынули, чтобы после обрушиться с небывалой силой. Мокрая одежда была тяжелой и неприятно липла к телу, а от холодного воздуха пробирала дрожь, даже зубы стучали, не попадая друг на друга. Юноша тяжело дышал, горло горело, но вместе с этим... ему постепенно становилось легче. Глаза слезились.

Сморгнув влажную пелену и неловко утерев глаза запястьем, юноша поднял взгляд и обнаружил рядом с собой человека, который был ему незнаком. Полностью в черном одеянии, на воинский манер, но без тяжелых доспехов, с мечом, притороченным к поясу, он поддерживал его за плечо, передавая небольшое количество духовной энергии. Выходит, он был заклинателем. Юноша встрепенулся и вытянул голову, чтобы заглянуть за плечо незнакомца. Торопливо убрав разметавшиеся мокрые волосы от лица, он вгляделся вдаль и, увидев знакомый белый силуэт, решил было подскочить, но все еще онемевшее тело не позволило сделать резкого движения.

Учитель здесь!

Облегчение, чуть было не затопившее его душу, вдруг сменилось липким страхом. Если он сорвался с меча, то как тогда...

— Шисюн! Шисюн, ты... — это кричал уже его шиди.

Юноша вновь попытался подняться, но на этот раз его удержали на месте.

Слава Небу, его шиди был цел.

Он видел, как тот резко спрыгнул с меча на лету, приземляясь на оледеневший берег, почти падая. Меч, оставшийся без управления, врезался острием в землю позади, но шиди до этого не было дела. Со всех ног он понесся к шисюну, поскальзываясь на ледяной корке и камнях. Остановиться его заставила лишь высокая фигура в белом.

— Стой, — донесся низкий и строгий голос.

На учителе, как и всегда, была неизменная белая маска. Прочитать его эмоции не представлялось возможным, но даже так... было очевидно, что он в ярости и едва сдерживает гнев.

Он очень редко использовал такой строгий тон. Почти никогда. Похоже, в этот раз они встряли действительно по-крупному.

Учитель взмахнул рукой, и клинок вырвался из земли, мигом оказавшись в его ладони.

— Ножны, — коротко потребовал он, протянув руку и раскрыв ладонь.

Шиди был бледен, а в его глазах застыли ужас и сожаление — он растерялся. Юноша вновь раскашлялся, и шиди дернулся, чтобы приблизиться, но учитель выставил меч в сторону, загораживая проход.

Оказавшись перед острием меча, шиди моргнул и вынырнул из своей растерянности. Дрожащими руками он протянул ножны учителю.

— Тебе есть что сказать в свое оправдание?

Учитель забрал ножны и вернул в них меч. Шиди молчал, все еще не сводя взгляда с шисюна. Его руки сжались в кулаки.

Хлесткий звук пощечины прозвучал вдруг оглушительно громко. Шиди сразу же осел на колени.

Юноша вскинулся. Никогда прежде учитель не поднимал руку ни на кого из них!

— Учитель! — хотел окликнуть он, но вышел только невнятный хрип.

Незнакомец отнял руку от его плеча и поднялся на ноги. Переданной духовной энергии было достаточно, чтобы привести юношу в чувство — он действительно ощущал себя гораздо лучше.

Выражение лица незнакомого заклинателя было хмурым, глубоко посаженные глаза с задумчивостью наблюдали за разворачивающейся сценой. Он не спеша подошел к учителю.

— Тебе есть что сказать в свое оправдание? — повторил вопрос учитель, процедив сквозь зубы.

— Да-а, и это тот самый, который подает большие надежды? — протянул незнакомый заклинатель. — Больше походит на того, кто принесет великие несчастья.

Шиди поднялся на вытянутых руках, а после сложил их и уткнулся лбом в землю.

— Этот ученик виноват.

— Учитель! — вновь окликнул юноша. На этот раз получилось внятнее, хотя все еще тихо и хрипло, однако никто не обратил на него внимания.

Он попытался встать, но ноги запутались в отяжелевшем от воды одеянии, и он упал на гальку, проехавшись по ней щекой. Тут же ее начало саднить.

— Нинъе, тебе стоит быть с ними строже. Я вижу, что ты их разбаловал, раз они имеют неслыханную наглость украсть меч своего учителя, — продолжал незнакомый заклинатель. — Вспоминаю нашу наставницу... Она бы распорядилась отрубить кисти за воровство.

Юноша нахмурился. Этот незнакомец обращался к учителю по имени. Они были близки? Но почему тогда он впервые его видит? Неужто это тот самый гость, которого принимали с утра?

— Я и без тебя знаю... — еле слышно прошипел учитель в ответ.

— Этот ученик примет любое наказание, — тихо сказал шиди.

Незнакомец хмыкнул и скрестил руки на груди.

— Погляди, еще имеет дерзость говорить, когда не давали слова! — Он было замахнулся для удара.

Юноша стиснул зубы. Этот заклинатель начинал его раздражать! Да кто он такой?! Нужно скорее подняться и переключить внимание учителя на себя. Шиди был прав тогда. Ему не назначат наказание, или же оно будет пустяковым, нужно только сказать, что это была его идея... Что это он во всем виноват!

— Не стоит, — осадил незнакомца учитель, перехватив его руку. Он повернулся и в один короткий момент встретился со старшим учеником взглядом.

Юноша замер, резко прекратив попытки подняться. Он понял, что ошибся. Его учитель вовсе не злился.

Он был разочарован.

— Фахай, отнеси А-Яня домой, — сказал учитель и вновь повернулся к сжавшемуся на земле шиди. — Лан Сюаню я вынесу надлежащее наказание сам.

Незнакомый заклинатель вздохнул и, пожав плечами, развернулся, направившись к юноше, а тот уперся руками о землю, отползая дальше.

— Прошу, послушайте, учитель! — как можно громче начал юноша в бесплодных попытках обратить на себя внимание. — Шиди не виноват! Не наказывайте его! Он просто... Это я его просил взять ваш меч! Учитель!

Но учитель не внял мольбе старшего ученика. Все его внимание было обращено на младшего, который покорно ждал наказания.

Почему его не слушают?!

От обиды защипало глаза. Заклинатель рывком поднял юношу на ноги и закинул его руку себе на плечо.

— Все уже, держись, малец, — заворчал он, восходя на свой меч, крепко придерживая юношу и таща его за собой.

— Пустите! — юноша принялся вырываться, но сопротивляться хватке взрослого мужчины-заклинателя было невозможно. — Учитель!

Его не пустили. Меч сорвался с места на высокой скорости. Он летел гораздо легче, и полет не ощущался таким волнующим, как это было совсем недавно. Каменистый берег отдалялся все стремительнее. От холода промокшее тело юноши начала бить дрожь. Лицо онемело, и он зажмурился, совсем не чувствуя, как ледяные прикосновения ветра стирают горячие слезы.