"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 1384

— Ты закончила?

— Да.

Я метнулась к выходу, где уже ждал Ийнар, и в его компании торопливо вышла на улицу из страшной таверны. Следом за нами спустя несколько минут вышли Эрик и Томин, а дом за их спинами занялся жёлтым огнём.

Лард Кравер всё ещё был дико зол и шёл, не отрывая от меня взгляда, печатая шаг и сжимая кулаки. Подойдя, он навис сверху и, приподняв мой подбородок пальцем так, чтобы я смотрела ему в глаза, заговорил. Не кричал, но его страшный ледяной тон заставил меня задрожать.

— Никогда больше не смей так делать!

— Как? — всхлипнула я, а из глаз против воли хлынули слёзы.

— Никогда не смей рисковать собой. Никогда не смей больше меня защищать!

— Но он...

— И что было бы дальше?

— Амулет...

— Мы уже выяснили в прошлый раз, что твой амулет не работает здесь!

— Но он метил в затылок, а ты не видел... — мне хотелось объясниться, но сил хватало только на лепетания.

— Хорошо, он метил мне в затылок, и ты решила что? Поймать удар лицом? Знаешь, в чём разница между моим затылком и твоим лицом? Есть идеи? — Эрик прожигал меня взглядом, в котором кипел металл, я сжалась и отрицательно замотала головой. — В том, что у меня магией усиленные кости, ускоренная регенерация, повышенная сопротивляемость боли, и я умею инстинктивно уходить от таких ударов. А знаешь почему? Потому что меня с детства на это натаскивали. И если какой-то деревенский дровосек вдруг сможет запросто проломить затылок боевому магу, то значит, это не особо умный затылок не особо ценного и не особо боевого мага. Я полностью контролировал ситуацию до тех пор, пока ты не решила подставиться под этот тонтеров топор! — он схватил меня за плечи и мягко встряхнул.

Я отчаянно посмотрела на Итлесов в поисках поддержки, но они оба явно были солидарны с Кравером. Слёзы текли по лицу, и мне было жутко, до ужаса обидно и из-за того, что Эрик прав, и из-за того, что я вообще кинулась спасать этого неблагодарного тирана! О чём я только думала? Вернее, почему я ни о чём не думала в тот момент?

— А теперь давай предположим, что случилось бы дальше? — рычал лард Кравер. — Если мои раны можно перетянуть, и даже Томин может наложить что-то останавливающее кровь, а после мой организм, скорее всего, справится сам, то у тебя мы бы имели две отсеченные или покалеченные руки и шрам через всё лицо, и это в лучшем случае, а в худшем — истёкший кровью труп, потому что с Тёмных Троп экстренного выхода нет, а нам ехать ещё ночь и половину дня! И целителя среди нас нет! Я сказал тебе не слезать с кабальда, я сказал не вставать с лавки! Это был приказ! Вне зависимости от того, почему ты это сделала, ты его нарушила и будешь наказана.

Жалко всхлипнув, я кивнула. Эрик закинул меня на плечо и понёс к кабальду, как нашкодившего ребёнка. А я могла лишь глотать слёзы и смотреть, как жёлтое пламя сравнивает с землёй остатки таверны.

— Это была ловушка, рассчитанная на то, что после стычки с нежитью мы будем с выработанным ресурсом. Есть идеи? — спросил Эрик, усадив меня на седло боком.

— Очень сильный некромант, — задумчиво проговорил Ийнар, хмуро глядя на горящий дом. — Собственно, и в первую стычку нежити было чересчур много. Насколько мне известно, никто на Тропах с таким не сталкивался уже лет десять.

— Томин?

— Людей убили за пару часов до нашего прихода, скорее всего, уже после нашей стычки с нежитью. Собственно, поэтому мы ничего не заподозрили, изменений во внешности ещё не было, а считывать ауры в простой таверне сразу после боя было слишком расточительно. Ресурс не бесконечен. Некромант неплохо всё рассчитал и, возможно, следил за нами.

— Синвер баловался некромантией? — спросил Ийнар.

— Нет, насколько мне известно, — ответил Эрик. — Но все нужные цвета у него есть.

— Это кем нужно быть, чтобы провернуть такое на Тропах? Ты бы смог? — обратился к нему Томин.

— Нет, но я и не некромант. Хотя ты прав, Тропы пьют много сил. Если бы… — Кравер запнулся, глядя на меня, — если бы мой ресурс не восстановился так быстро, то мы неплохо там посеклись бы..

— И, возможно, полегли бы … — тихо добавил Томин.

— Ийнар, едешь первым, периодически запускай небольшие поисковые импульсы, ориентируйся на магию, но не выкладывайся, предупреди, чтобы я тебя сменил. Томин, идёшь вторым, постарайся вздремнуть и восстановиться. Я тоже постараюсь набраться сил, компания Амелии мне в этом очень сильно поможет.

Наши спутники молча запрыгнули на кабальдов, а Эрик устало уткнулся лицом в мои колени. Рассеянно погладив его по волосам, я уже хотела начать извиняться, но он меня опередил.

— Меня бесит мысль, что ты могла сегодня погибнуть, причём уже дважды. Меня бесят твоя беспечность и нежелание подчиняться в опасных ситуациях! Но ещё сильнее бесит, что ты считаешь, будто я нуждаюсь в твоей защите!

Он взлетел в седло и тесно прижал меня к себе. Я ожидала продолжения выговора, но Эрик надолго замолчал, а когда заговорил, то удивил просьбой:

— Расскажи, пожалуйста, про своего отца.

— Что? — растерялась я. — Что именно рассказать?

— Вы были близки?

— Да. У меня был очень хороший папа. Весёлый, добрый, внимательный. Он часто брал нас с Аливией на прогулки, дарил нам подарочки. Мы обсуждали книги, которые читали. А ещё он любил рассказывать нам сказки. Такие истории всегда придумывал, просто заслушаешься. Мы с сестрой уговорили его написать книгу. Правда, закончить он не успел. Заболел. Мне было пятнадцать. Это случилось сразу после того, как ко мне посватался лард Альтар.

— Разве у тебя к тому моменту уже сформировалась аура, чтобы выходить замуж?

— Нет, конечно. Синвер просто хотел заключить помолвку, но отец был категорически против. И через несколько недель после отказа он резко ослабел и слёг, — я не могла сдержать слёзы, они катились по щекам.

Эрик прижал меня к груди и погладил по волосам.

— Его проверяли на проклятия и яды?

— Разумеется! Первым делом. Вызывали целителей, в том числе самых дорогих, хотя с деньгами у нас всегда было сложно. Но толку не было. Папа угасал на глазах, причём не столько физически, сколько ментально. Стал капризным, забывчивым, но при этом злопамятным. Отказывался принимать лекарства, считал, что мы хотим его отравить. А потом перестал пускать к себе сначала нас с Аливией, а после и маму. И перестал нас узнавать. Через два месяца после этого он умер.

Я на секунду замолчала, а потом продолжила, чтобы не останавливаться мыслями на том моменте:

— Сестра за время папиной болезни прониклась интересом к знахарству и целительству, у неё открылся дар, но мы пока сами не поняли её возможностей. Аливия варит настойки, шикарные снадобья, лечит людей в замке понемногу. Ей бы учиться, но денег на преподавателя у нас нет, а она не магесса, ей общий курс не подойдёт. Нужен кто-то, кто разбирается именно в дарах.

— А почему после смерти отца вашим опекуном стал карон Альтар, а не мама?

— Пока папа болел, мама держалась очень стойко. Не позволяла нам раскисать, старалась заниматься делами, искала целителей, читала о разных болезнях. Но папина смерть… надломила её. Она так и не оправилась. Не хочет вставать с постели, моется и даже ест через силу, приходится ей напоминать и уговаривать. Всё время плачет. Когда после смерти папы приехал наместник императора, чтобы подписать опекунство, она к нему даже не вышла. И опекуном назначили Синвера.

— Ясно.

Мой спутник смотрел строго вперёд, раздумывая над моими словами, а я боялась издать лишний звук, потому что он обещал наказание, и мне было страшно даже думать о том, каким оно будет. Ведь я действительно нарушила приказ, а сейчас ещё и нахожусь в полной власти Эрика. И интуиция подсказывала, что наказание мне не понравится.

— А кто наказывал вас с сестрой в детстве? — спросил вдруг Эрик.

Я нахмурилась и подняла на него заплаканное лицо.

— Мама. Почему ты спрашиваешь?