"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 1379

— Я много раз просила вас не смущать меня, но вы продолжаете. Больше я с вами разговаривать не буду.

— Вы слишком непоследовательны, Амелия. Сначала вынудили меня говорить только правду, а потом оказались недовольны тем, что она вам не понравилась.

Я промолчала, решив не отвечать на выпады спутника. В конце концов, он не сможет флиртовать с пустотой.

— Вы сказали, что вообще не хотите выходить замуж. Почему? — спустя какое-то время спросил лард Кравер.

Отвернувшись, я сосредоточилась на созерцании тёмного леса. Томин шёл на десяток шагов впереди, а фигура Ийнара и вовсе терялась во мраке. Не зря этот путь называют Тёмными Тропами, ничего и правда не видно, хотя небо светит мириадами звёзд.

Только теперь я заметила, что звёзды тут какие-то другие… Наверное, это оттого, что мы ещё рядом со столицей. Папа говорил, что в других частях света и звёзды выглядят иначе.

— В такой скучной дороге у меня всего два развлечения: беседа с вами и страстные поцелуи. Я вижу, что к беседе вы потеряли интерес. Пора снова переходить к поцелуям.

Эрик наклонился к моей скуле, но я отвернула лицо, показывая, что целоваться с ним не намерена. Свою тактическую ошибку поняла, когда горячие губы заскользили по моей шее. Эта ласка была настолько неожиданной и приятной, что я на секунду поддалась и только после того, как он скользнул руками под плащ, я закрыла шею ладонями и отодвинулась.

— Перестаньте же! — воскликнула я, разозлившись и на него, и на себя.

На звук обернулся Томин и укоризненно посмотрел на Эрика.

— Не думал, что ты опустишься до банального принуждения. Прекрати это, пожалуйста, — сухо попросил он.

Эрик выпрямился и даже ослабил объятия.

— Амелия, я вас не понимаю. Признайте, что я вам симпатичен, и позвольте за вами ухаживать.

— Это не ухаживания! — зло зашипела я в ответ. — Это совершенно точно не ухаживания!

— Да? То есть мало бросить все дела и отправиться по вашему зову, предложить вам замужество, своё состояние, переезд в вашу… удалённую часть страны. Нужно что-то ещё… Даже не знаю… Что я могу для вас сделать?

— Предложи фрикасе из своего языка, — посоветовал вдруг Томин. — И вкусно, и полезно, и остальным будет приятно.

— Могу предложить фрикасе из почки, у меня их две. А язык — один, и я надеюсь, он ещё может пригодиться мне в супружестве, — весело отозвался Эрик, и они с Томином почему-то довольно заржали, как дурные кабальды.

Нет, это просто невообразимо!

— Вы… — негодующе выдохнула я. — Вы… начнём с того, что помогаете вы не мне, а Рее!

— Рее помогает Ийнар. А я помогаю вам. Мы с ним так решили, — возразил Эрик. — И вообще, зря вы думаете, что я еду с вами лишь из-за неё. Даже приди вы ко мне сами по себе, я бы не отказал, клянусь силой. Видите, какая самоотверженность? Я же ничего не прошу взамен, кроме самой малости — выйти за меня замуж, — поддразнил он.

Я прикрыла глаза, пытаясь обрести душевное равновесие. Нет, до чего же невозможный нахал! Бесит! Бесит неимоверно!

И что мне делать? Как на него воздействовать? Проблема в том, что ничего, кроме слёз и укоров у меня нет, а на Синвера они не действовали никогда, поэтому и на Эрика не подействуют.

— Прошу вас пересадить меня, я больше не хочу с вами ехать, — дрогнувшим голосом сказала я, повернувшись к нему и с вызовом посмотрев в нахальные серые глаза.

Лард Кравер слегка нахмурился и поставил меня перед фактом:

— К сожалению, это невозможно. Нам не стоит сходить с Тропы, это опасно.

— Тогда прошу вас ехать быстрее! — зарычала я.

Эрик, почувствовав, что практически вывел меня из себя, заговорил размеренно и спокойно, как со взбесившейся кабальдой, и это разозлило ещё сильнее:

— Путь Тёмными Тропами до вашего замка продлится полтора дня. Скорость не имеет значения. Мы движемся не сквозь пространство, а сквозь время. Можно идти пешком или даже сидеть на месте. В любом случае у вашего замка мы окажемся через полтора дня. Мы идём только потому, что психологически так проще. Кроме того, у нас на пути может возникнуть таверна, и я думаю, что вам будет интересно посмотреть на местных обитателей. Амелия, вы зря на меня сердитесь. Лучше извлекайте пользу из сложившихся обстоятельств. Скажите, о чём вы мечтаете?

— О том, чтобы вы меня никогда больше не целовали! — фыркнула я.

— А из реально осуществимого? — невинно поинтересовался лард Кравер.

— Знаете что? Когда вы настаиваете, я чувствую себя бессильной, и меня это злит. Я имею право выбирать, с кем и когда мне целоваться!

— К сожалению, дорогая Амелия, не могу с вами согласиться. Выбора с кем целоваться я вам не оставлю, это вы сможете делать только со мной. Но я готов вести переговоры на тему того, когда и где этим заниматься. Безусловно, необходим компромисс. Я бы хотел целовать вас всё время, а вы не хотите целоваться совсем. Как насчёт среднеарифметического? Раз в час вас устроит?

— Вы издеваетесь? — вспылила я.

— Раз в два часа?

— Никогда! — прошипела в ответ.

— Нет, это совсем никуда не годится, это даже реже, чем мы целуемся сейчас.

— Мы не целуемся!

— Я только что целовал вашу изящную шейку, и могу сказать, что кожа у вас просто потрясающе нежная и даже кажется сладкой на вкус. Но точно утверждать не могу, не распробовал. Непременно нужно удостовериться, повторив эксперимент.

Нет, до чего же непробиваемый толстокожий бессовестный тип! Я даже снова обернулась на него, чтобы убедиться, что он существует. Эрик улыбнулся так задорно и лукаво, что внутри всё вскипело от его наглости.

— Вы обдумываете моё предложение насчёт двух часов?

— Нет. Я обдумываю, как донести до вас тот факт, что я не хочу с вами целоваться!

— Хорошо, тогда предлагаю пари. Вы позволите мне вас поцеловать, но по-настоящему, чувственно, и если вы останетесь равнодушной к поцелую, то я больше до вас не дотронусь без вашего позволения.

Я сжала челюсти и посмотрела вперёд, мысленно лупя его по чугунной голове огромной скалкой для раскатки пирогов.

— Интересное предложение, если только не учитывать тот факт, что я проигрываю в любом случае. Потому что целоваться с вами я не хочу, никак и никогда, и уж тем более чувственно.

— Боитесь не остаться равнодушной? — низким шёпотом прошептал он мне на ухо.

— Боюсь, что после этого вас даже драными вениками не прогонишь.

Эрик расхохотался.

— А вы планировали гнать меня драными вениками?

— Можете не сомневаться, если бы у меня был драный веник, я бы с удовольствием вас им отхлестала. Чего вы добиваетесь, неужели вам нравится меня злить?!

Вместо ответа лард Кравер вдруг привстал на стременах, а Томин остановил кабальда. Мне стало страшно, и, конечно, я машинально прижалась к Эрику. Потом осознала свою ошибку, но было уже поздно, он приобнял меня рукой и притянул к себе.

Враждебная темнота окружала тропу.

— Что-то увидел? — спросил Эрик.

— Скорее почувствовал, — с сомнением ответил Томин.

Ларды сошлись ближе и несколько минут напряжённо вглядывались и вслушивались в темноту. От испуга у меня перехватило дыхание, и теперь я совсем не возражала, что невозможный Эрик был рядом. Если он будет так же несносен и с нечистью, то она быстро от нас отстанет и сбежит обратно в лес.

Но ничего не произошло. Ийнар тронул кабальда, мы поехали следом, но медленно и в молчании.

Спустя какое-то время тропинка расширилась, а затем раздвоилась, и мы оказались на широкой пустой поляне. Стало больше места, кабальды смогли идти рядом, и Белодан поравнялся со скакунами братьев Итлесов.

— Можем передохнуть и осмотреться, на этой поляне будет удобнее, чем на тропе, — предложил Эрик.

Ларды остановились и, не сговариваясь, перестроились так, чтобы все кабальды стояли хвостами друг к другу и смотрели в разные стороны. Мне стало совсем не по себе. Эрик тихо шепнул на ухо:

— Сейчас я пересажу вас назад. Что бы ни случилось, держитесь позади, с кабальда не слезайте. Ни при каких обстоятельствах не уходите в лес. В самом крайнем случае просто скачите вперёд по тропе, Белодан умный, он вас вывезет. Томин, помоги! — потребовал Эрик, и вдвоём они ловко пересадили меня за спину ларду Краверу, после чего он наклонился к скакуну и строго наказал: — За Амелию отвечаешь головой.