Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 52

— Прямота Шаховских знаменита на всю империю, — усмехнулся Максим Борисович. Его взгляд стал тяжелее и острее, но на меня такие уловки не действуют. — Я хотел предложить вам союз на время испытания. У вас недостаточно гвардейцев, а стену нельзя оставлять без защиты, тем более, когда глава рода отсутствует и не может вовремя закрыть прорыв.

Он замолчал, внимательно глядя на меня. Неужели и вправду ожидал, что я тут же соглашусь? Это же каким надо быть идиотом, чтобы позволить чужой гвардии хозяйничать на своей земле?

— Благодарю за предложение, — начал говорить я и сразу заметил торжество во взгляде князя и удивление на лице княжича. — Но у рода Шаховских достаточно сил, чтобы выполнять свою прямую задачу, поставленную нам его императорским величеством.

— Зря, — процедил Давыдов. — Это был ваш шанс.

— Вы хотите обвинить мой род в слабости? — ухватился я за промашку князя. Похоже, он сильно разозлился, раз позволил себе колкость. — Ещё одно подобное заявление, и я посчитаю ваши слова оскорблением, ваше сиятельство.

— И что? Объявишь нам войну? — фыркнул князь. — Не смеши меня, мальчик.

— Мы не настолько близки, чтобы переходить на «ты», — проговорил я, уже не изображая вежливость. — Более того, мальчиком вы можете назвать любого из своих сыновей, а в отношении меня прошу воздержаться от подобного тона.

— Ну-ну, — Давыдов хищно раздул ноздри и чуть наклонился вперёд, будто перед атакой. — Ещё и суток не прошло, как стал графом, а туда же.

— Если для вас приличия — лишь пустое слово, прошу покинуть мои земли, — я спустился с крыльца и встал напротив князя. — Я ожидал от вас большего.

Максим Борисович Давыдов замер, набрав воздуха в грудь. Я видел, как на его лице сменяются эмоции, отражая внутреннюю борьбу. Через несколько долгих секунд князь расслабился и шумно выдохнул, а потом вдруг рассмеялся и погрозил мне пальцем.

— А ты хорош, — сказал он, продолжая смеяться. — Удивил ты меня, граф, ничего не сказать.

Я молчал, ожидая, когда Давыдов либо вернётся в машину и уедет, либо назовёт реальную причину своего приезда. Мне не верилось, что он действительно хотел предложить помощь с охраной стены. Скорее всего, это было спонтанным предложением, когда князь понял, что я не такой, каким он меня представлял.

Да и поведение княжича явно на это указывало — Илья Максимович изображал ленивого аристократа ровно до того момента, как его отец предложил союз. После слов князя вся спесь слетела с Ильи практически мгновенно. Но и неадекватного идиота он сегодня из себя не строил.

Сколько же масок у людей. Для каждого случая — своя. А у аристократов их ещё больше.

— Вот что, граф, — протянул наконец Давыдов. — Предлагаю покончить с возникшими недопониманиями. Как насчёт брачного союза?

— Разве у нас были недопонимания? — я выгнул бровь. — Насколько мне известно, род Давыдовых не имел никаких претензий к роду Шаховских за последние сорок лет. Что-то изменилось?

— Изменилось ваше положение, — с кривой усмешкой сказал князь, возвращаясь к официальному тону. — Разве вам не хочется упрочить его? Брак с моей младшей дочерью откроет новые горизонты для всего рода и для вас лично. Тем более, что такой союз уже обсуждался с вашим дедом, Дмитрием Шаховским, и даже был подписан.

— Я ценю ваше предложение, — честно ответил я. Что ни говори, а брак с княжной действительно мог поднять наш род на одну ступень. — Но в данный момент заключать подобные соглашения рано. Предлагаю вернуться к этому разговору после испытания его величества.

— Доброго вечера, — резковато ответил князь, кивнул мне и поспешил в машину.

Я проследил взглядом за удаляющимся автомобилем и скривился. Своим отказом я окончательно поставил точку в возможном союзе с княжеским родом. Давыдов не простит подобное пренебрежение, но мне плевать.

Пока я не встретился с княжичем у стены, я и знать не знал о каких-либо претензиях рода Давыдовых. Диверсия, наёмники, а потом и внебрачный сын князя, пытавшийся убить Вику и Борю, — вот причины моего не очень хорошего отношения к соседям с западной стороны. Я ни за что не спущу это князю, что бы он там себе ни думал.

Но и оставлять его угрозы без внимания не стоит. Не просто же так Давыдов намекнул о проблемах на стене во время испытания. Я достал телефон и пробежался по списку контактов. Н-да, не густо.

Константин Шаховский не был слишком общительным человеком, в его телефоне не было никаких полезных номеров, кроме библиотек, книжного магазина и родителей. Я поднял взгляд к темнеющему небу и беззвучно выругался. Долго же мне будет аукаться бездействие моего предшественника.

К счастью, я увидел гвардейцев, патрулирующих территорию, и поспешил к ним.

— Мне нужен Зубов, — сказал я, едва приблизился к бойцам. — Прямо сейчас.

— Одну минуту, — один из гвардейцев набрал номер командира гвардии и передал мне свой телефон.

— Зубов! — рявкнул в трубку командир. — Что у тебя, Антон?

— Александр, это Константин Шаховский, — сказал я. — Нужно переговорить. Ты где сейчас?

— Недалеко от устья Тобола, — чуть помедлив, ответил Зубов. — Проверяем следы шин и направление автомобилей, что не так давно к нам наведывались.

— И как успехи? — поинтересовался я.

— Да как вам сказать… хреново всё, ваше сиятельство, — командир гвардии ругнулся, добавив ещё пару крепких словец в адрес Киреева, а потом резко замолчал. — Прошу прощения, не сдержался.

— Давай по существу, Александр, — сказал я, надавив голосом. Мне было плевать на ругательства и неформальное обращение, меня волновала суть происходящего. Что бы там ни упустил Киреев, разобраться с этим нужно сразу.

— Следы шин, обнаруженные вдоль устья реки, ведут на основную трассу, тут Егор не сплоховал, но уже через полкилометра эти же следы снова появляются на нашей стороне, — отчитался Зубов. — И они идут на километр в сторону поместья, а потом резко сворачивают в сосновый бор.

— Так и? — поторопил я его.

— А в бору не только следы шин, но и пустая стоянка, — ответил командир гвардии. — И вот тут самое интересное, ваше сиятельство. Мы нашли два замаскированных внедорожника, снаряжение и утварь. Наёмники не меньше недели проторчали на нашей земле, а Киреев ни сном, ни духом.

— Как думаешь, это могли быть те самые наёмники, с которыми мы разобрались на прошлой неделе? — спросил я, сопоставив картинку в голове. Если бы автомобили принадлежали другой группе, то за ними бы вернулись.

— Скорее всего, так и есть, — тут же подтвердил мои догадки Зубов. — Место выбрано с противоположной стороны, чтобы нас не навести на него во время отступления. Да и остальное всё сходится.

— Ещё что-то интересное нашёл? — на всякий случай спросил я, и не прогадал.

— Так точно, ваше сиятельство, — чуть медленнее проговорил Зубов. — Мы обнаружили место возможной засады… свежее…

Командир гвардии замолчал, а я услышал в трубке странный треск.

— В бой! — рявкнул вдруг Зубов.

Следом за этим раздались автоматные очереди и крики бойцов.

— Назови координаты! — приказал я, не особо надеясь, что Зубов меня услышит. — Координаты! Живо!

Я знал, что патрули и вот такие проверки ведутся группами от пяти человек. А ещё я знал, что Зубов наверняка взял с собой самых лучших бойцов. И всё же внутри заворочалась чуйка, обещая неприятности.

— Кривой Ручей, полкилометра от устья! — проорал Зубов в трубку. — Их больше двух десятков…

Связь оборвалась. Я вернул телефон гвардейцу, который уже понял — что-то случилось.

— Нужны два отряда, засада у Кривого Ручья в полукилометре от устья реки, — быстро проговорил я. — Противников около двух десятков. Готовьте машины, я поеду с ними.

Больше не говоря ни слова, я помчался в свои апартаменты, пытаясь понять, где мои топоры. Я оставлял их в бывшей спальне, а после сражения с бастардом князя и пробуждения совсем про них забыл. Сейчас же мои вещи перенесли в другую комнату.

— Яков! — окликнул я слугу, заметив его в холле. — Где мои топоры?