Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 49

— Не трогай! — рявкнул я, прыгнув вперёд и выхватывая у сестры из-под носа маленький свёрток.

— Ты чего такой грозный? — нахмурилась девочка. — Давай открывай. Вдруг там что-то интересное.

Я закатил глаза и помянул недобрым словом деда. Кроме него некому было оставить для меня сюрприз. А зная его, там точно ничего хорошего не может быть.

Я хотел разобраться с подарком позже, желательно, когда останусь один в защищённом месте вроде сокровищницы. Но от моего рывка бумага начала расползаться в стороны. Ну вот, как я и говорил, — ничего хорошего от деда ждать не стоило.

Глава 21

В моём мире не так часто встречались некромансеры. Я старался находить тёмных магов до того, как они перейдут черту. Фактически поиск таких людей, отчаявшихся и готовых на всё ради силы, был для меня даже в большем приоритете, чем сдерживание демонов бездны.

Каждого тёмного мага я обучал управлять своей силой, чтобы она не выплеснулась в мир и не уничтожила самого одарённого и тех несчастных, что окажутся рядом. Уходили годы на то, чтобы убедить носителей тьмы, что это не проклятье, а выбор. Выбор стихии, который нельзя отринуть или изменить.

Но всё же и у меня случались осечки. Ковен магов не меньше моего следил за неофитами, в чьих руках загоралась тьма. Эти напыщенные и чванливые ублюдки отбирали самых отчаянных и обучали их по-своему.

Что могут знать о тьме те, кто повелевает ветром и огнём? Лишь то, что тьма разрушает и убивает. Все мои попытки развеять эти мифы наталкивались на яростное сопротивление.

Пока есть общий враг, люди крепко держатся друг за друга и за ковен, обещающий спасение. Они даже клялись в том, что демоны бездны появились из-за нас, тёмных магов, хотя точно знали, что прорывы реальности случаются на местах сражений. Там, где было выплеснуто в мир просто безумное количество энергии.

Несколько раз магам ковена удалось взрастить тёмных магов, которые были преданы им до самой смерти. Но каждый такой одарённый уходил на скользкую дорожку и становился некромансером, ведь некротическая энергия манит и обещает силу. Всего-то и надо — убивать как можно больше людей для своих ритуалов.

Никаких тебе сражений и тренировок, а только дармовая энергия, что отравляет тело и разум, завладевает всем твоим существом и убивает душу. Именно поэтому я знал, что однажды убью Дмитрия Шаховского. Пусть не сейчас, но это всё равно случится.

И его «подарок» лишь стал ещё одним подтверждением моих мыслей. На моей ладони лежал очень редкий артефакт — Вместилище Боли. Для его создания кого-то пытали долгие часы, а то и дни.

Вместилище Боли было, пожалуй, единственным артефактом, способным резко увеличить потенциал магического источника тёмного мага. Более того, вырастал не только потенциал, но и сами силы. Причём, в зависимости от ёмкости артефакта, это было троекратное или даже десятикратное увеличение силы.

Артефакт этот был одноразовым и мог храниться не больше нескольких недель, после чего разрушался и выпускал заложенную в него энергию. А что случалось рядом с таким выбросом, я видел собственными глазами. Искорёженные энергетические каналы и изувеченный магический источник у всех магов, что оказались поблизости, — самое малое из последствий.

И вот дед решил «порадовать» меня таким замысловатым подарком. Да чтоб его демонические гончие загнали!

Вместилище нельзя просто оставить в сокровищнице, как и в любом другом месте рядом с одарёнными. Но и просто взять и использовать его я не хочу. Именно так и начинается падение: сначала глоток энергии из такого артефакта, потом убийство невинного, чтобы спасти свою жизнь в минуту опасности, потом запрещённый обряд ради силы.

Я видел последствия таких маленьких слабостей. Каждая капля энергии, полученной запрещённым путём, развращает разум и тело.

— Костя, ну чего ты такой злой? — дёрнула меня за рукав Вика. — Это что-то плохое? Если так, то давай просто выбросим.

— Это кое-что очень плохое, но выбрасывать нельзя, — я покачал головой и кое-как завернул Вместилище в бумагу. — Этот артефакт может причинить очень много боли, если окажется не в тех руках, — я задумался на миг и добавил. — Да и вообще в любых.

— Тогда что же с ним делать? — нахмурилась девочка. — И кто его подложил сюда? Опять тот страшный человек, с которым ты сражался в холле особняка?

— С чего ты так решила? — поинтересовался я, глядя на то, как Вика старательно отводит взгляд.

— Он же учил меня… я запомнила его энергию, — тихо призналась сестра, опустив голову. — Она противная и колючая. И плохо пахнет.

— Это ты про энергетический след? — удивился я. Вика оказалась очень талантливой, даже смогла ощутить энергию некромансера, а на такое мало кто способен без практики.

— Ну да, — девочка вздохнула и закусила губу. — Он будто жжётся.

— Так и есть, — кивнул я и направился к дому, мягко подталкивая сестру, у которой уже зуб на зуб не попадал от холода. — Скоро ты научишься различать чужую энергию и сможешь определять дар человека по его ауре.

— Но это же и так понятно, — вскинула она на меня взгляд.

— Даже так? — я замер на долю мгновения и сделал следующий шаг.

А эти Шаховские не так просты, как могло показаться. Неужели их способности настолько уникальны?

— Я просто вижу мага и понимаю, какой у него дар, — продолжила Вика, не заметив моей заминки. — Разве так не у всех?

— Точно не знаю, — признался я, порывшись в воспоминаниях моего предшественника. Вроде бы ничего такого Костя не знал, хотя изучал магические науки наряду с артефакторикой.

— Ну ладно, тогда у бабушки спросим, — пожала плечами сестра, «незаметно» поёжившись.

Мы как раз подошли к дому, так что я ускорился, чтобы поскорее оказаться в тепле. Вика всем своим видом показывала, будто ей не холодно, но я видел, как она дрожит.

— Спросишь сама, у меня ещё дела, — сказал я, открывая дверь и запуская сестру вперёд.

— Вот так всегда, чуть что — у тебя дела, — шмыгнула носом девочка. — Но я всё понимаю.

— Кто-то же должен заниматься неинтересными, но важными вещами, — подмигнул я ей и направился к себе в комнату.

На полпути я остановился и чуть не хлопнул себя по лбу ладонью. У меня ведь теперь другая комната. Точнее — комнаты.

В покоях родителей Костя не так часто бывал, разве что в совсем юном возрасте. И теперь я рассматривал апартаменты почти как в первый раз. Всё та же добротная мебель из тёмного дерева, дорогие ковры на полу и обитые тканью стены — разницы между личными комнатами графа и остальной обстановкой особняка я не видел.

Шаховские не бросали деньги на ветер, пытаясь создать в доме подобие музея. И мне это нравилось. А уж отдельный кабинет и дополнительные комнаты и вовсе вызывали ностальгию.

На апартаменты главы рода отводилось всё западное крыло особняка. Небольшая гостиная была почти пуста. В центре комнаты стояли кожаные диваны и низкий столик со столешницей из цельного среза ствола всё того же тёмного дерева.

Одну стену занимали четыре узких окна, похожих на бойницы, а две других имели двери — в кабинет и спальню. Кабинет я решил осмотреть чуть позже и шагнул в спальню. Здесь тоже было две двери, одна вела в гардеробную комнату, а другая — в ванную.

Вот она-то мне и нужна. Нужно умыться и привести себя в порядок после знакомства с дедом. А уже потом можно будет просмотреть положение о проведении испытания, которое канцлер прислал мне на электронную почту.

Я начал поворачивать ручку на двери в ванную и вдруг услышал странные звуки. Будто кто-то плещется, напевая песенку и разбрызгивая воду на пол. Не раздумывая, я распахнул дверь.

В нос ударил концентрированный запах хвои и цветов, а передо мной открылась весьма занимательная картина. Из ванной, заполненной больше пеной, чем водой, торчала голова Гроха. На голове питомца была шапочка из пены, а в его глазах стоял ужас.

— Хозяин? А ты чего тут делаешь? — хрипло спросил он.