Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 47

— Поэтому ты научил Вику забирать проклятия, а Бориса перемещаться в тенях? — спросил я, склонив голову к плечу. — Или, может быть, поэтому активировал сначала Око Пустоты, а потом Смертельный Исход?

— Маргарита была идиоткой, когда отказалась учить своих детей, — в голосе деда слышалась тихая ярость. — Кто-то же должен был сделать их сильнее.

— Они — всего лишь дети, — рыкнул я. — Если так хотел обучить их, можно было начать с азов, а не со смертельных практик.

— А не ты ли не так давно сказал, что они не просто дети, а тёмные маги? — ехидно спросил некромансер. — Тьма не терпит бездействия и пренебрежения ею. Время было на исходе, тьма уже начала пожирать их.

— Артефакты, дедуля, — напомнил я ему. — Ты использовал запрещённые артефакты рядом с детьми. Ты не мог знать, что всё обойдётся.

— Я и не знал, — недовольно пробурчал он. — Мирзоев не должен был их использовать. Это был подарок для тебя, когда станешь сильнее.

— Хочешь сказать, что он пошёл против твоей воли? — не поверил я. Да такие, как Мирзоев, служат до самой смерти, не в силах предать или отступить от приказов.

— Испугался, бывает, — не очень уверенно сказал дед. Я видел, что его самого бесит поступок Мирзоева, но признаться в своей недальновидности он не может.

— И как это ты не уследил за ним? — спросил я с наигранным удивлением.

— Ты же не думаешь, будто я постоянно нахожусь в поместье? — проворчал он. Вот теперь я чувствовал, что передо мной старик.

— Кто ж тебя знает, — я снова пожал плечами и выдохнул морозное облачко пара.

Тень — не моя стихия, но в этом мире именно в тени я мог становиться похожим на себя прежнего. И мне приходилось сейчас прикладывать неимоверные усилия, чтобы не показать некромансеру, каким я могу быть. Ни к чему ему знать, на что я способен, тем более что убить его у меня пока не хватит сил даже здесь, на изнанке.

— У меня и другие дела есть. Я и так явился сразу после уничтожения артефакта, — буркнул дед, а потом всмотрелся в моё лицо. — Ты до сих пор слаб. Даже на втором слое тени едва держишься.

— Это моя проблема, не твоя, — я сделал глубокий вдох, вязкий воздух медленно растёкся по лёгким. — Я позабочусь о роде, ты мне не нужен.

— Я сам решу, нужен я или нет, — процедил некромансер, снова закрывшись тенями. — Вот когда пройдёшь испытание, тогда и поговорим.

С одной стороны, мне были понятны мотивы деда. Он хотел, чтобы его потомки стали сильнее, и действовал как истинно тёмный маг. Но он утратил связь с реальностью и потерял остатки родственных чувств, когда связался с некротической энергией.

— Предупреждаю тебя, дедуля, если причинишь вред детям, я убью тебя в тот же миг, — я прямо смотрел на расплывающееся в тенях лицо деда. — И поверь, моя рука не дрогнет. Такие, как ты, не должны существовать в этом мире.

Какое-то время теневик смотрел на меня, изучая и что-то для себя проверяя. Будто я подопытный экспонат, попавший в его лабораторию. Я же при этом усиленно сдерживал тьму, чтобы не явить теневые крылья или свой истинный облик, который в тенях проявляется очень отчётливо.

— А ведь ты ничем не лучше меня, Константин, — со смешком сказал дед после недолгого молчания. — Твои руки уже по локоть в крови, и останавливаться ты не собираешься. Однажды ты переплюнешь даже меня.

— Я никогда не отдам свою душу во имя тёмной энергии, не расплачусь своими принципами за безделушку, которая ничего не стоит, — вокруг меня сгустилась тьма, на миг показав тень моих крыльев. — Ты продал себя в обмен на никчёмную подделку и всё равно не смог приблизиться к созданию истинно тёмного артефакта, который примет сама тьма.

— Безделушку⁈ Подделку⁈ — проревел некромансер. — Никто в этом мире не сможет повторить моё изобретение. Ни один человек не сумеет сделать даже десятую часть того, что сделал я.

— Ну ещё бы, — усмехнулся я. — Мало кому придёт в голову устроить массовые жертвоприношения ради побрякушек. Я знаю, как создаётся Око и Исход. И ты давно не человек, а тень прошлого себя.

— Вот как ты заговорил, — протянул он, внезапно успокоившись. Тени снова расступились, явив мне его лицо. — А ведь ты чуть не провёл меня. Мой слюнтяй-внук не мог знать порядок создания тёмных ритуалов. И он никогда не смог бы убрать последствия их использования.

Едва закончив фразу, некромансер швырнул в меня россыпью около десятка теневых кинжалов.

Я действовал на рефлексах. Переместился за спину деда и ударил ребром ладони в его шею. Дмитрий Шаховский успел увернуться и рывком отскочить в сторону.

Мы почти синхронно выпустили друг в друга теневые лезвия, пропустили их над головой и развернулись. Мы перемещались по теневому слою, появляясь и исчезая за спинами друг друга. Наши действия были схожими, хотя приёмы отличались.

Мы оба были воинами, прошедшими не одну битву. Опыта у нас хватало, как и знаний. Силы… ну в тени я мог сражаться с некромансером почти на равных, хотя и был гораздо слабее его.

Некромансер резко замер, а потом с четырёх сторон в меня полетели теневые косы, как тогда в особняке. Можно было отпустить теневые крылья и взлететь, но я решил, что рано деду знать все мои секреты. К тому же, моих сил в данный момент не хватит, чтобы выиграть этот бой.

Это не битва со слизнями, а самое настоящее сражение с противником, который намного сильнее меня. И жив я только потому, что дед сознательно сдерживается.

Перемещаться за его спину я не стал — чуял подвох, поэтому просто замер на месте и сделал глубокий вдох. Лезвия теневых кос коснулись моей кожи, вгрызлись в тело, оставляя глубокие порезы. Всего долю мгновения они пытались искромсать меня, но растаяли без следа.

Как я и думал, дед не хотел убивать меня. Если меня не станет, род Шаховских исчезнет с лица земли. Борис ещё слишком юн, а других претендентов на место главы рода нет и не будет.

— Почему не стал уклоняться? — спросил некромансер с удивлением в голосе.

— Не хочу, — я продолжал стоять неподвижно, пока моя кровь с шипением впитывалась в теневой слой.

— Ты же воин! — рявкнул дед. — Сражайся!

— Ты уже убил меня однажды, — спокойно сказал я. — Убил собственного внука. Тьма вернула меня, но ты всё никак не можешь принять это.

— Ты не мой внук, — помотал головой теневик. — Костя не умел сражаться, а ты… я чувствую за твоими плечами силу и опыт. Кем бы ты ни был, но ты точно не Константин Шаховский.

— Считай как хочешь, мне плевать, — я пожал плечами и поморщился от боли. Ладно бы просто раны ныли, но тень высасывала мои силы с жадностью сотни голодных демонов. — Либо добивай, либо уходи.

— Тьма вернула, говоришь… — медленно протянул он, втягивая носом воздух, пропитанный запахом моей крови. — Тьма никогда ничего не делает просто так.

— Пожалуй, это единственное, в чём я с тобой согласен, — я усмехнулся и даже радостно зажмурился.

Моя кровь, пролитая на изнанке реальности, стала маяком для Гроха. Я уже чувствовал, как мой питомец спешит ко мне. С каждой секундой он ощущался всё ближе.

— Чего ты ждёшь? — спросил дед, отвлекая меня от слежки за кутхаром. — Почему не уходишь из тени? Я же вижу, как ты слабеешь здесь.

— Мы ещё не закончили наш разговор, — напомнил я ему. — Ты не должен вмешиваться в дела рода. Ты утратил право на это, когда отрёкся от всех и стал некромансером.

— Я не отрекался! — разозлился дед. — Я пришёл к Юле, пришёл к сыну. Это они отреклись от меня.

— Отец знал, что ты шастаешь по дому в тенях? — задал я вопрос, от которого зависело очень многое.

Если Валерий Шаховский знал и допустил повреждение защитных структур поместья, то ему сильно повезло, что он погиб до встречи со мной. Пусть он питал слабость к отцу, но безопасность домочадцев должна быть на первом месте.

— Не знал, — недовольно ответил дед. — Он даже не заметил, как я отрезал основные узлы. Был так занят своими поисками, что перестал быть главой задолго до своей гибели.

— Какими поисками? — я нахмурился. В воспоминаниях Константина не было ничего о действиях родителей, кроме того что они регулярно ходили в рейды за стены. — Что он искал?