Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 31

Четверо фениксов пали во время активации Исхода — артефакта, для создания которого нужны массовые жертвоприношения. Он вытягивает жизненную силу в радиусе пары сотен метров, не оставляя после себя ничего живого. После такого сама земля становится мёртвой, на ней не растёт ни травинки, ни единого сорняка.

И только пламя феникса способно выжечь тьму и вернуть жизнь этой земле. Но сейчас у меня нет моего пламени, а вокруг — земли моего рода. Вокруг люди, которые верны и которые дороги мне.

— Грох! — рявкнул я, подбегая к казармам гвардейцев. — Быстро сюда!

— Я занят, — донеслось до меня издалека. — Ты же сам просил проследить…

Да чтоб тебя! Я рывком распахнул двери в казарму и сразу же врубил ауру тьмы. Да, она сейчас слабовата, но это лучше, чем ничего.

Сквозь марево, наведённое артефактом, я разглядел раскиданные кровати и шкафы. Несколько гвардейцев лежали на забрызганном кровью деревянном полу. Но само сражение происходило не здесь.

Я пересёк казарму и ввалился в оружейную. Киреев размахивал коротким ножом перед собой, а чуть в стороне стоял Мирзоев. Он не двигался и, кажется, даже не дышал.

От него во все стороны разливалось морозное давление артефакта. Да он же решил поставить на кон свою жизнь! Вот ублюдок!

Я метнул топор в Руслана, метясь в голени, но тот увяз в ауре Исхода. Тогда я призвал тьму, напитывая свою ауру, и бросился к предателю. Нельзя позволить ему умереть, иначе нам всем конец.

Если Исход активируется полностью — Вика, Борис, бабушка и остальные — все превратятся в прах. Я сжал пальцы в кулаки так, что хрустнули кости. Нет, я не позволю этому случиться. Не снова.

Тьма защищала меня от давления Исхода, поэтому двигался я быстрее Киреева, движения которого становились всё слабее. Мне хватило пяти шагов, чтобы добраться до Мирзоева и схватить его за шею.

— Жри артефакт, Грох! — приказал я. — Сдохни, но сделай!

— Кусается, — недовольно ответил кутхар. — Не даётся.

Пока я держал предателя за горло, из него продолжала уходить жизнь, подпитывая Исход. На боль Мирзоев не реагировал, как и на происходящее вокруг. Он полностью отключил чувствительность, слившись с артефактом.

Да чтоб его демоны задрали! Я рыкнул от натуги, едва удерживая Руслана, и влил в Гроха немного своей энергии. Кутхар громко чавкнул от удовольствия и вцепился в артефакт.

Через пару минут стало легче дышать. Морозная дымка стала не такой густой, а горло Мирзоева под моими пальцами напряглось. Я зажал яремную вену и принялся считать. Через пятнадцать секунд предатель обмяк.

Я аккуратно уложил его на пол и принялся обшаривать карманы. Не хотелось бы ещё одного сюрприза. Так, вот и Смертельный Исход.

Мои пальцы нащупали цепочку артефакта на груди, и я тут же отдёрнул руку — касаться его может только создатель или тот, к кому сделана привязка. Вряд ли Руслан Мирзоев сам работал над созданием истинно-тёмного артефакта. Даже в моём мире подобные практики были под запретом, а уж в этом и подавно.

Подцепил крюком на обухе топора цепочку и вытянул Исход наружу. Тут же перерубил звенья и, когда артефакт оказался на полу, с размаху ударил по нему топором. Первый удар отскочил, но я бил снова и снова, пока наконец не пробил защитный барьер.

Энергия Смертельного Исхода растеклась по оружейной, но сразу же разделилась на два потока. Один стягивался к левому топору, лезвие которого было прижато к сердцевине артефакта, а второй потянулся к Гроху. Кутхар громко заурчал от счастья — не так часто можно обожраться до сытости. Тем более, что кость теневого монстра, вставленная в сердцевину рукояти топора, не могла поглотить так много энергии.

Когда энергия Смертельного Исхода развеялась окончательно, я занялся оставшимися артефактами. К своему удивлению, я обнаружил амулет сокрытия дара. Причём, судя по его направленности, скрывал он именно тёмный дар.

Только вот подобные артефакты изготавливаются штучно, ресурсов они требуют немерено, а эффект имеют не слишком мощный. Сильный маг сможет пробить его защиту и увидеть истинную силу носителя. К тому же создание этого артефакта, как и Смертельного Исхода, требует особой подготовки и особой энергии.

Вот уж сюрприз, так сюрприз. Защитные и атакующие артефакты я рассовал по карманам, а вот маскировочный надел на себя. Неизвестно, как местные маги отнесутся к моим возрастающим с каждым днём силам.

Пусть считают меня слабаком без особых сил. По крайней мере, те из них, кто не достиг хотя бы уровня архимага в этом мире. Личина Константина Шаховского меня устраивала более чем, ведь парень вёл отшельнический образ жизни, друзей и любовниц не имел, да и дара у него была лишь крупица.

Так что какое-то время я ещё смогу поддерживать легенду слабого тёмного мага, который едва управляется с родовым даром. Зато как удивятся враги, когда поймут, на что я способен. А уж когда моё пламя вернётся, я даже с самим императором смогу потягаться, если он решит избавиться от моего рода.

— Хозяин, — позвал меня кутхар. — Кажется, твоего человека зацепило.

Я обернулся к Кирееву и увидел, что тот лежит без сознания на полу. Шагнув к нему, я проверил пульс. Жив. Это хорошо. Не став трогать его, я вышел из оружейной.

Остальные пострадавшие гвардейцы тоже были без сознания. Надеюсь, бабушку, Бориса и Вику не зацепило энергией артефакта. Торопливым шагом я добрался до дома, чтобы обнаружить, что все мои слуги точно так же без сознания.

Герасим лежал поперёк коридора, перекрывая собой проход к двери, Яков растянулся в нескольких метрах от него, а служанки упали на выходе из столовой. Я рванул на второй этаж, чтобы проверить комнаты родственников.

Бориса я обнаружил в комнате Виктории. Оба ребёнка были без сознания, но их жизням ничего не угрожало. Выдохнув от облегчения, я отправился в левое крыло, проверить Юлию Сергеевну. К моему удивлению, она оказалась крепче, чем я думал.

Бабушка лежала на кровати, глядя на дверь с мрачным выражением на лице. Увидев меня, она расслабилась и прикрыла на мгновение глаза.

— Костик, — сказала она, подняв на меня взгляд. — Что случилось? Я чувствовала невероятную мощь, будто сама тьма звала меня в свои чертоги.

— Заместитель командира гвардии Мирзоев Руслан не захотел сдаваться, — сказал я, шагнув к кровати бабушки. — Он активировал один из самых смертоносных артефактов, к тому же он оказался тёмным магом.

— Но как такое возможно? — удивлённо сдвинула брови Юлия Сергеевна. — Мы бы почувствовали тьму, исходящую от него. Тёмный дар невозможно скрыть.

— Не совсем так, — задумчиво сказал я. — Посмотри на меня внимательно, ты чувствуешь мой дар?

— Что, Костик? Что происходит? — испуганно вскрикнула бабушка. — Ты будто стал обычным человеком, но я видела твою ауру, видела, на что ты способен.

— Смотри, всё дело вот в этой штучке, — я вытянул из-под футболки артефакт сокрытия и показал Юлии Сергеевне. — Кто-то очень сильно постарался, чтобы Мирзоев остался незамеченным.

— Но такими возможностями могут обладать только… — старушка замолчала и посмотрела на меня ошарашенным взглядом. — Костик, кажется, против нас выступают такие силы, с которыми мы не справимся.

— Не переживай, я со всем разберусь, мне нужно лишь немного времени, — попытался успокоить бабушку я.

— Времени у нас совсем нет, — она поджала губы. — Через пять дней ты должен будешь подтвердить, что имеешь право стать главой рода. Тебе придётся при свидетелях показать свою силу, а потом… — бабушка покачала головой. — Я не представляю, что придумал император. Не могу даже предугадать, какое испытание предстоит тем, кто будет сражаться за владение вратами.

— Разве ты не понимаешь? — усмехнулся я. — Мы будем сражаться не за врата. Император хочет проверить, на что способны аристократы. Могу поспорить, что массовых столкновений, как и войн между родами давно не было.

— Хочешь сказать, что есть некая угроза, для которой его величеству понадобились силы одарённых? — спросила Юлия Сергеевна, приподняв голову. Она продолжала лежать, но теперь попыталась сесть.