Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 236

– Доброе утро, господа, – спокойно сказал я, чуть повысив голос. – Прошу вас объяснить, по какому праву вы вламываетесь в дом аристократа и инструктора Особого Корпуса императора, нарушая все возможные правила приличия.

– Граф Шаховский? – узнал меня эмиссар, который в прошлый раз даже не подумал представиться. – Что вы здесь делаете?

– Это официальный допрос или простое любопытство? – уточнил я, прищурившись. – Разве я обязан отчитываться перед кем бы то ни было о своих перемещениях?

– Нам нужен Александр Рейнеке, – заявил эмиссар, шаря глазами по холлу. – Где он?

– Мой дядя решил навестить родственников, – я сделал шаг вперёд, ощутив, как Мария смещается мне за спину. – В данный момент он находится в родовом поместье Шаховских.

– Когда он уехал? – уже не так уверенно спросил эмиссар, оглянувшись на своих подручных.

– Кажется, мы не с того начали, – я растянул губы в равнодушной улыбке. – Представьтесь, будьте так добры. И покажите ордер или что у вас там есть на дядю.

Отряд сопровождения, до этого готовый к бою, замер. Маги незаметно отозвали ауру, а бойцы чуть сместили руки с рукоятей боевых артефактов. И всё же они не собирались отступать – я видел это по их напряжённым лицам и позам.

– Кхм, меня зовут Вячеслав Олегович Кожевников, – он заметил, как я сузил глаза, и почти незаметно дёрнул щекой, подтверждая родство с графом Кожевниковым, который так «удачно» подставил меня со своим приёмом. – Я прибыл от имени Демида Бартенева, на особняк которого сегодня ночью было совершено нападение.

– Я прошу прощения, но в столице именно так дела ведут? – моя улыбка стала шире. – Когда на дома аристократов нападают, вы без проведения следственных мероприятий сразу же вламываетесь в дома соседей и обвиняете их в «нападении на члена императорской семьи»?

– Я получил приказ допросить Александра Рейнеке, – повторил Кожевников. – Остальные детали меня не касаются. Ордер на допрос подписан его величеством, поэтому вам придётся доказать, что обвиняемый находится за пределами столицы.

– Покажите мне этот ордер, – я протянул руку.

Нас по‑прежнему разделяло около пяти метров. Эмиссар достал бумагу из внутреннего кармана мундира и замер.

– Прохор, принеси, – скомандовал я. Дворецкий тут же шагнул к Кожевникову, взял документ и принёс его мне. Я пробежался взглядом по строчкам, полюбовался на печать императора и кивнул. – Пройдёмте в гостиную, господа.

Мы всей толпой направились в гостиную, при этом Мария Рейнеке вцепилась в мой локоть с такой силой, будто боялась, что её прямо сейчас отправят в тюрьму. Основания у дознавателей были очень расплывчатыми, а обвинения выглядели так, будто их кто‑то сочинил на скорую руку.

– Вы забыли упомянуть, что, согласно ордеру, вы имеете право опросить всех присутствующих в доме одарённых, – сказал я с лёгкой улыбкой, после того как эмиссар и маги расселись по диванам и креслам. Бойцы остались стоять, держа руки на рукоятях боевых артефактов. – Заметьте, не допросить, а опросить. Это разные понятия, но я готов ответить на ваши вопросы. Давайте начнём с меня, если не возражаете.

– Почему вы остановились в доме Александра Рейнеке? – тут же спросил Кожевников, который, кажется, не мог поверить в моё желание сотрудничать.

– Мы с дядей очень близки, – серьёзно сказал я, мысленно нащупав нашу с ним связь.

– В это сложно поверить, учитывая, что вы не встречались с ним до самого суда две недели назад, – эмиссар прищурился.

– Зато после этой встречи оказалось, что у нас много общего, – я пожал плечами. – Мы сразу поняли, что потеряли много времени, и решили наверстать упущенное. Дядя пригласил меня остановиться в его особняке.

– И сразу же уехал в ваше  родовое поместье? – недоверчиво проговорил Кожевников.

– Вячеслав Олегович, вам известно о даре моей сестры, – спокойно сказал я, глядя ему в глаза. – В данный момент Виктория на домашнем обучении под присмотром наставника и бывшего инструктора Особого Корпуса. Они могут предоставить теоретическое обучение, но для практики необходимы некоторые… – я повёл пальцами в воздухе, – условия. Дар моего дяди идеально подходит для практических занятий, поэтому он принял решение уделить время своей племяннице.

– И он взял неделю отпуска именно по этой причине? – продолжил задавать вопросы эмиссар.

– Разумеется, – я кивнул.

– Что вы делали сегодня ночью? – Кожевников напрягся и подался вперёд.

– Спал, – я улыбнулся. – Очень крепко спал.

– И вы не врывались в особняк Демида Бартенева вместе с двумя другими тёмными магами? – вокруг эмиссара начала сгущаться аура стихии земли. Кажется, он решил, что я могу напасть на него.

– Нет, конечно, – я рассмеялся. А ведь я даже не солгал – я не врывался, а спокойно вошёл через дверь для слуг. – Зачем мне врываться в чужой дом? С какой целью?

– Кхм, – эмиссар прочистил горло. – В таком случае вам осталось лишь подтвердить свои слова. Мне нужны доказательства пребывания Александра Рейнеке в вашем родовом поместье в Сибири.

– Что вас устроит в качестве доказательства? – спросил я. – Я могу позвонить своему командиру гвардии, брату, сестре или невесте, которые находятся дома, и попросить передать трубку Александру.

– Командиру гвардии, – быстро ответил Кожевников. Слишком быстро, если так подумать.

Я кивнул и набрал номер Зубова. Эмиссар знаком показал, что хочет услышать наш разговор, так что я включил громкую связь.

– Да, господин, – резкий бас Зубова разнёсся по гостиной.

– Александр, мой дядя уже встал? – спросил я, намеренно назвав Зубова полным именем. – Я хочу поговорить с ним.

– Он сейчас с Викторией на полигоне, ваше сиятельство, – ответил Зубов, чеканя каждое слово. – Можете подождать пару минут, я недалеко.

– Жду, – коротко ответил я и посмотрел на одарённых, пришедших с эмиссаром.

Среди них только Кожевников был грандмагом, остальные оказались архимагами стихии огня, воздуха и воды. Их имён и фамилий я не знал, но они явно занимали не последнее место в Тайной Канцелярии, раз Кожевников выбрал их в качестве сопровождения.

– Вы не назовёте имена ваших сопровождающих? – спросил я эмиссара. Если я хоть что‑то понимаю в политических дрязгах, то именно эти маги могут быть теми крысами, что сидят в Канцелярии и портят Лутковскому жизнь.

– Евгений Прокофьев, Глеб Мещеряков, Михаил Ковалёв и Андрей Тереньтев, – эмиссар по очереди указал на архимагов. Я задержал взгляд на последнем – он явно родственник того Терентьева, что числится в списке союзников Бартенева и является зятем Ярошинского. – А с какой целью вы интересуетесь?

– Думаю, что мне стоит знать имена тех, кто пришёл в дом моего дяди, – резковато сказал я и тут же замолчал, так как услышал голос Зубова.

– Вот, ваше сиятельство, господин наш побеседовать желает, – сказал он немного издалека.

– Да? – ответил дядя, взяв телефон.

– Александр Рейнеке? – спросил Кожевников, подскочив к моему телефону, лежавшему на журнальном столике.

– С кем имею честь говорить? – жёстким тоном спросил дядя.

– Это эмиссар его величества, Вячеслав Олегович Кожевников, – быстро проговорил эмиссар. – Прибыл в ваш дом с ордером на опрос по событиям этой ночи.

– С чем прибыл? – голос дяди стал ледяным. – Как вы посмели побеспокоить мою супругу такими глупостями?

– У нас приказ, ваше сиятельство, – Кожевников и не думал пасовать. Похоже, они с дядей были не в очень хороших отношениях. – Мы обязаны опросить вас и вашу супругу в связи с нападением на столичный особняк Демида Бартенева.

– Вы полагаете, что моя супруга, будучи в положении, вместо того чтобы сладко спать по ночам, вламывается в дома соседей? – голос дяди стал вкрадчивым и оттого более опасным. – На каком основании вы вообще посмели обвинить меня и моих близких в таком преступлении? Мне кажется, что здесь имеет место личная неприязнь, и я непременно сообщу о своих выводах его величеству по прибытии в столицу.