Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 215

– Молот что ли? – нахмурился Грих. Я кивнул, и истребитель усмехнулся. – Вот приедет начальство, оно и решит, кому тут мы что возвращать будем.

– Затухает, Грих, – крикнул один из истребителей, что стоял на краю вала. – Я уж думал, по машинам и когти рвать. Глянь!

– Вызывай канцлера, – рявкнул на него Грих. – Стоит, пялится в очаг, недоумок.

– Так вызвали же, – развёл руками тот. – Сразу как вас вытащили, Марей послал красный код.

– Тогда тащите нарушителей на базу, пусть канцлер сам с ними разбирается, – Грих шумно пропустил воздух сквозь зубы. – Набегался я сегодня на полгода вперёд.

– А чего мы делать дальше будем? – спросил вдруг Леший. – Если очаг того, то и мы тут не нужны, получается?

– Сказал же, пусть канцлер разбирается, – проорал Грих. – У тебя смена ещё пять часов, вот и стой на вахте, и не делай мне мозг!

Я невозмутимо стоял посреди орущих истребителей и ждал хоть какого‑то разрешения ситуации. Сбегать я не собирался, а визит канцлера мне только на руку. Лучше будет спокойно дождаться его приезда, передать ему доктора Савельева и рассказать всё, что я выяснил.

Как и сказал Грих – пусть сам разбирается. Он глава Тайной Канцелярии, так что все эти вопросы в его ведении. Ну а я – просто мимо проходящий граф, который «совершенно случайно» нашёл доказательства измены Бартенева и пыток светлых магов.

Другое дело, что император может не поверить Лутковскому, – у него и так к нему недоверие, а тут сразу обвинение троюродного брата его величества в измене. Да нет, не может наш правитель быть настолько мелочным, чтобы наказать того, кто принёс дурные вести.

С мысли меня сбил очередной крик истребителей. Нас «вежливо» попросили рассесться по машинам, чтобы доставить нас на базу. Листа, Сыча и Лося рассадили отдельно друг от друга, Савельева я отвязывать не стал, так что пришлось мне самому помогать ему усесться в машину.

Ехали мы всего минут пятнадцать по утоптанной земле. Перевалочная база, она же – жилой комплекс для истребителей монстров, находилась в стороне от очага и была выполнена в виде одноэтажной бетонной коробки из огромных плит. Внутри нас встретила небольшая проходная комната, к которой примыкала кухня и две казармы на сто человек.

– Располагайтесь, граф, – Леший указал на первую казарму. – Уборная в конце комнаты, окон и других дверей нет.

– Благодарю, – я кивнул с важным видом и прошёл вдоль рядов с двухэтажными кроватями.

– Можете занять любую койку. И этого тоже можете уложить, – добавил мне вдогонку Леший, указав на Савельева. – Не хоромы, конечно, но отлежаться можно.

– Спасибо, Леший, – серьёзно ответил я, кивнув истребителю. – Пожалуй, воспользуюсь твоим предложением.

Леший кивнул и вышел, а я усадил доктора на кровать и открыл дверь в уборную. Водопровода на базе не было, зато в маленькой комнатке размером в два квадратных метра стояло большое ведро с чистой водой. Я взял ковш и плеснул воды в таз, стоявший на тумбочке.

Умывшись и помыв руки, глянул в зеркало. Волосы и шея были в саже, на подбородке остался незатянутый глубокий порез, а синяк от дула автомата на скуле наливался лиловым цветом. Я усмехнулся отражению. Красавец, сразу видно, что аристократ.

Я вышел из уборной и прилёг на первую же кровать, убедившись, что доктор до сих пор находится в ступоре и ни на что не реагирует. Спать я не планировал, но телу требовался отдых. Моё пламя полыхало в очаге, подпитывая магический источник даже с расстояния. Тьма не упускала своего, вот и сейчас энергия делилась на два потока – один, тот, что побольше, уходил к Сердцу Феникса, а второй – потихоньку заполнял источник.

Кажется, я всё же задремал, пока следил за наполняемостью источника. Проснулся я от ощущения чьего‑то присутствия. При этом в казарме никого не было – Сыча и остальных закрыли в соседней комнате.

Помотав головой и растерев лицо, я сел на кровать и прислушался к ощущениям. Взор тьмы показывал присутствие двух сильных магов рангом не ниже грандмага. Вода и свет.

Значит, Лутковский уже приехал, и не один. Интересно, уж не Бартенев ли явился вместе с ним, получив сообщение о разрушении лаборатории? Я бросил взгляд на доктора, который тоже задремал.

Пришлось потрясти его за плечо, чтобы разбудить и помочь ему встать. Паутину я не стал убирать – мне спокойнее, когда знаю, что доктор рядом и никуда не делся. Уж лучше так, чем внезапно обнаружить, что Савельев сбежал или его похитили.

Я подтолкнул его вперёд, вышел из казармы в общую комнату и встретил прямой взгляд Лешего. Этот истребитель был не таким грубым на вид, как Грих, но в нём тоже чувствовалась жёсткость.

– Там канцлер приехал, – негромко сказал он, вставая с табурета. – Допрашивает отряд Сыча.

– Тогда подожду, пока он с ними закончит, – сказал я и прислонился плечом к дверному косяку. Савельев остался стоять в дверях, не реагируя ни на меня, ни на Лешего.

– Спасибо, кстати, что вытащили их из той заварушки, – Леший склонил голову в коротком полупоклоне. – Я думал, что их уже нет, а вон, живые.

– В очаге ты не так разговаривал, – я усмехнулся. – Что изменилось? Не титул же мой так подействовал.

– Вы – Вестник Тьмы, способный изменить мир, – он отзеркалил мою усмешку. – А уж после того, как я своими глазами увидел чёрное пламя, которое выжгло очаг дотла… ещё объяснения нужны?

– Не особо, – я пожал плечами. – Просто время коротаю.

Дверь резко распахнулась. Грих заглянул внутрь, оглядел прищуренным взглядом Лешего, Савельева и меня, стоявшего в расслабленной позе.

– На выход, – грубо бросил он.

Я отстранился от двери, пересёк комнату и вышел на улицу, потянув за нить и выводя Савельева следом. В глаза бросились три бронированных внедорожника с мигалками на крышах. Следующим я увидел лицо Лутковского.

Канцлер смотрел прямо на меня немигающим взглядом. Я видел, что ему очень хочется сказать пару ласковых, но он сдерживался изо всех сил.

– Ваше сиятельство, – он склонил голову. – Не ожидал, что наша следующая встреча произойдёт в таких обстоятельствах.

– Да я и сам не ожидал, – я пожал плечами.

– Представьте вашего спутника, будьте добры, – канцлер указал на Савельева.

– Доктор Григорий Савельев, светлый маг с направлением целительства и свидетель преступлений против короны, – проговорил я. После того, как я закончил, у Лутковского задёргался левый глаз.

– Пройдёмте в машину, – он быстро взял себя в руки и указал на один из внедорожников.

Мы с Савельевым загрузились внутрь и встретили нахмуренное лицо эмиссара его величества – Алексея Денисова. Грандмаг света сверлил меня взглядом и хотел выругаться не меньше канцлера, судя по выражению его лица.

– Добрый вечер, – вежливо сказал я и улыбнулся.

– Добрый? Вечер? – он даже слова выговаривал с паузами, явно пытаясь сдержать рвущуюся ауру. Я видел, как она то сияет всполохами, то гаснет. – Вы не хотите ничего объяснить?

– Хочу, – кивнул я уверенно, глянув на замолчавшего в присутствии эмиссара Лутковского. – Очень хочу. Вот, знакомьтесь, это Григорий Савельев. Последние годы он провёл в секретной лаборатории глубоко под московским очагом.

– Бывшим очагом, – машинально поправил меня Денисов, а потом поперхнулся воздухом. – Что вы сказали? Подземная лаборатория? И что там происходило?

– К сожалению, доктор немного не в себе, но он готов ответить на любые вопросы, если их будет задавать его величество, – продолжил я. – Сами ведь знаете, что не ответить ему он не сможет.

– Граф, – прорычал Денисов. – Вы не в том положении, чтобы шутки шутить!

– Какие уж тут шутки? – я выставил руки перед собой. – Я предельно серьёзен.

– Как вы объясните вот это? – Денисов обернулся назад и взял с переднего сиденья кристаллы света. – Откуда эти предметы у истребителей, считавшихся пропавшими без вести и вдруг нашедшихся рядом с вами?

– Из лаборатории, в которой выкачивали энергию из пятерых архимагов света, – сказал я, глядя в глаза эмиссару. – Их держали в бессознательном состоянии несколько лет. Вся собранная энергия уходила на создание вот таких кристаллов, которые позднее вживлялись слабым магам света.