Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ) - Бойков Федор - Страница 117

– Нет, – прошептала Орлова, отступая на шаг. – Вы не понимаете… я не могу… я не хочу даже думать об этом!

– А я не хочу, чтобы с моей сестрой случилось то же, что с Аней Сомовой, – жёстко парировал я, назвав имя девушки, которую Орлова припоминала бабушке. – Вы говорили, что хотите вернуть долг за спасение жизней ваших людей. Вот ваш шанс. Не деньгами, не услугами. Спасением чужого детства, которое у вас отняли.

Юлиана зажмурилась, будто от физической боли. Бабушка молча наблюдала за этой сценой, и впервые за всё время я увидел в её глазах не злорадство, а что‑то похожее на понимание.

– Бабушка, – повернулся я к Юлии Сергеевне. – Нам нужен ещё и инструктор с двадцатилетним стажем. Твой стаж – тридцать лет, ты вполне годишься для этой роли и твоё имя не вызовет вопросов у канцлера. Ты ведь согласишься официально контролировать обучение Виктории?

Бабушка медленно кивнула, не отводя взгляда от Юлианы.

– Разумеется, – тихо сказала она. – Я сделаю всё, что прикажет глава моего рода, если это не противоречит законам империи.

Теперь всё зависело от одной женщины. Юлиана стояла, обняв себя за плечи и мелко дрожа. Она снова была той испуганной девочкой из кошмаров, которую я видел в пещере под особняком.

– Я… я не смогу, – выдохнула она, сжав кулаки и зажмурившись. – Каждый день видеть её, вспоминать всю ту боль…

– Вы будете вспоминать не боль, – перебил я её, делая шаг вперёд. – Вы будете видеть, как спасаете от этой боли другую девочку. Вы не Аня Сомова, вы – Юлиана Орлова. И вы прошли через это не для того, чтобы прятаться. Вы можете помешать им сломать кого‑то ещё.

Юлиана подняла на меня покрасневшие глаза, в которых не было ни слезинки. В них бушевала война между страхом и зарождающейся надеждой. Я видел, что она почти согласна, осталось лишь немного дожать.

– Долг, ваше сиятельство, – тихо напомнил я. – Верните его вот так. Не уходите. Останьтесь и помогите мне защитить мою сестру.

Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем Юлиана медленно, будто против собственной воли, кивнула.

– Хорошо, – сказала она, а потом выпрямилась, и в её взгляде загорелся уже знакомый мне огонь решимости. – Я остаюсь. Я верну вам долг и помогу Виктории. Но, Константин, если я увижу в её  методах… – она бросила острый взгляд на бабушку. – Что‑то, что напомнит мне старые «уроки», наше соглашение аннулируется. Либо я вышвырну её  из процесса обучения, либо навсегда покину ваш дом.

Бабушка фыркнула, но, к моему удивлению, возражать не стала. Лишь сухо кивнула и скривила губы.

– У меня нет желания ломать собственную внучку, но и поблажек я делать не буду, – сказала она. – Я адаптирую свои методы для семьи.

Это было максимальное признание ошибок, на которое Юлия Сергеевна была способна. И мне этого было достаточно, как и Юлиане, судя по её довольному виду.

– Благодарю вас, дамы, – я поклонился обеим женщинам по очереди. – Я свяжусь с юристом и попрошу подготовить необходимые документы.

Я достал телефон и удивлённо посмотрел на экран, где высветился неизвестный номер.

– Шаховский слушает, – коротко бросил я, отходя к окну.

– Доброго дня, ваше сиятельство, – донёсся до меня спокойный голос, который я не ожидал услышать. – Это Илья Давыдов.

Аура вокруг меня взметнулась, выплёскиваясь облаком тьмы, которое я тут же погасил. Бабушка и Юлиана настороженно посмотрели на меня, но промолчали.

– Какими судьбами, княжич? – ровно спросил я. – Решили лично сообщить о начале войны родов?

– Я предлагаю вам встретиться, – так же ровно ответил Илья. – С глазу на глаз, без свиты, без оружия и без свидетелей.

Я рассмеялся во весь голос.

– Вы либо наивны, как тот мальчишка, каким я запомнил вас на испытании, либо играете в какую‑то свою игру, – проговорил я, отсмеявшись. – Зачем мне это?

– Потому что война между нашими родами никому не выгодна. Кроме моего отца и… определённых сил в столице, – в голосе княжича прозвучала усталая обречённость. – У меня есть предложение. Информация в обмен на гарантии. Подробности я сообщу на нашей встрече.

Я задумался на секунду. Это могла быть ловушка. Да что там могла! Это и есть ловушка. Но всё же, если княжич не шутит, это шанс узнать настоящие планы Давыдовых и переиграть их до начала бойни.

– Место и время, – отчеканил я, отгоняя лишние мысли.

– Заброшенная метеостанция на старом карьере. Ровно посередине между нашими землями, – чуть тише проговорил Давыдов. – Вы точно должны знать это место. Сегодня в полночь.

– Договорились, – я мысленно представил карту своих земель. Да, действительно между нашими землями была нейтральная территория. Насколько мне известно, там открытое пространство, сложно устроить засаду. – Я буду один.

– Как и я, – подтвердил Илья и положил трубку.

Я медленно убрал телефон, чувствуя, как меня прожигают два взгляда. И если Юлиана смотрела на меня вопросительно, но не ожидала ответа, то бабушкин взгляд я ощущал всем телом – до того он был тяжёлым и требовательным.

– Проблемы? – сухо спросила Юлия Сергеевна.

– Новые возможности, – так же сухо ответил я, разворачиваясь к женщинам. Перемирие между ними было хрупким, но оно пока держалось. – Кажется, в стане врага нашёлся прагматик. Илья Давыдов предложил тайную встречу.

– Ловушка, Костик, – скептически хмыкнула бабушка. – Грубая и примитивная.

– Скорее всего, так и есть, – согласился я. – Но если вдруг княжич говорит правду и хочет предотвратить войну, то это шанс сохранить жизни наших людей. Я обязан это проверить.

– И вы пойдёте один? – в голосе Юлианы прозвучало неподдельное беспокойство.

– Такова была договорённость. К тому же, – я позволил себе кривую улыбку, – после массового прорыва и сегодняшней «прогулки» по очагу, княжич не представляет для меня серьёзной угрозы. Если, конечно, он не притащит с собой половину родовой гвардии.

Я посмотрел на них обеих. На бабушку с её холодной расчётливостью и на Юлиану с её незажившими ранами. Если уж эти две женщины смогли заключить союз ради Вики, то и я смогу договориться хоть с демоном бездны, чтобы этот союз вообще имел смысл, и у сестры был дом, в котором она сможет остаться.

– Договор насчёт Вики мы обсудили, – сказал я, прерывая затянувшуюся паузу. – Детали сможете решить без меня. Мне ещё нужно подготовиться к внезапной встрече с врагом.

Я развернулся и вышел из гостиной. До полуночи была ещё куча времени, успею и поужинать, и решить кое‑какие вопросы. Но сначала нужно было предупредить Зубова о моей ночной прогулке.

Командира гвардии я нашёл на полигоне, где он натаскивал новобранцев. На их жалкие потуги было больно смотреть, но я знал, что со временем они станут сильнее.

– Господин? – повернулся ко мне Зубов. – Что‑то стряслось?

– Да как тебе сказать, – я усмехнулся. – Мне назначил встречу Илья Давыдов. Сегодня в полночь на заброшенной метеостанции между нашими владениями.

– Это ловушка, – тут же сказал он, а потом посмотрел на мою усмешку и добавил. – Хотя вы и сами это понимаете.

– Именно, – кивнул я. – Отправь пару толковых ребят проверить место на наличие засады. До полуночи они должны уйти, но пусть будут неподалёку.

– Что делать в случае обнаружения превосходящего числа противников? – спросил Зубов, прищурившись.

– В бой не вступать, отходить вглубь наших земель, – чётко сказал я. – Пусть доложат мне лично, я сам разберусь.

– Вы пойдёте один? – Зубов вычленил из моей фразы ровно то, что хотел услышать. – Но протокол безопасности…

– Я пойду один, – уже жёстче сказал я. – Подготовь машину и отряд, но если они сунутся без приказа мне на выручку – накажу всех.

– Я вас понял, господин, – поджав губы, сказал Зубов. – За час до полуночи вас будет ждать вездеход и отряд сопровождения. Бойцы будут проинструктированы должным образом.

– Вот и славно, – я развернулся и вышел с полигона.

Так, надо бы проверить своих питомцев. Я вернулся в свои апартаменты. Агата лежала в том же кресле, которое я показал ей после возвращения из московского очага. Она выглядела вполне довольной жизнью. Её шерсть лоснилась, раны затянулись, остались лишь розоватые полосы.