"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 979

«Знатно меня приложило», – удивился я.

– Изнанка? А такое разве существует? – спросил я Шизу. – Это не штаны и не рубаха. Это… это мир.

– До тебя, маг недоделанный, я и представить ничего такого не могла…

Ее возмущение прервал знакомый голос. Я замер, так и оставшись стоять на четвереньках, и прислушался.

– Ты что тут делаешь, рабыня?

«Так это же Рок!.. – узнал я голос. – Вот же угораздило! Он-то как здесь оказался?»

– Это не Рок, это его проекция, – шепотом сообщила Шиза.

– Изнанка?

– Может быть.

– Мы тоже проекция?

– Конечно! Ты что, не понял?

– Нет.

Я кинул взгляд в сторону говорившей и обомлел.

Рострум в это время получал картами по ушам. Били его с двух сторон его же подчиненные.

Картина была настолько неправдоподобная, что я только и смог прикрикнуть на разбушевавшихся духов:

– Цыц! Охламоны. Помолчите!

Махнув рукой на моих не менее, чем я, ошеломленных симбионтов, осторожно выглянул из-за камня.

Лагах в семи сидела на земле чигуана, а рядом стоял Рок и брезгливо на нее смотрел.

– Что происходит? – опять шепотом спросил я. – Мы сошли с ума?

– Ты видишь то, что еще не произошло в реальном мире. Это проекция будущих событий, – недовольно прошептала Шиза. – А ума у тебя никогда не было. До сих пор не могу поверить, что ты сюда смог попасть… А главное, как отсюда выбраться?

– Предаешь меня? – спросил Рок довольно равнодушно. – На, выпей и умри.

В его руке был прозрачный бокал с зеленой жидкостью, который он подал девушке. Та безропотно приняла бокал, а Рок тут же исчез.

– Рок исчез, – сообщил я своим ожившим жильцам и, увидев, как чигуана подняла бокал и поднесла ко рту, закричал: – Не пей!

Духи, услышав мой крик, замерли.

– Так нечего пить, командор, – ответил Мастер. – Вы все спрятали. Вот раньше жизнь была…

– Это я не вам, – отозвался я.

Мои спецназовцы, увидев, что я не обращаю на них внимания, вновь принялись ссориться.

– Рострум, угомони своих ненормальных, иначе я им головы откручу, – прорычал я. – Нашли время в карты играть.

Я вышел из-за камня и увидел, что лорх пошел за мной следом. Мы подошли к чигуане. Она смотрела на нас пустым, безжизненным взглядом.

– Уроды, – неожиданно заорал Рострум, – опять жульничаете! Вот я все управительнице расскажу, она вам задаст.

В ответ Мастер обозвал Мессира фиником, а Мессир плюнул в Мастера и заверещал как заяц, пойманный лисой.

– Я не виноват! Это все он, банан недозрелый!

– Как они мне надоели! – произнес я и обратился к девушке: – Не пей. Дай выпить корове. Вернее, быку.

Чигуана встала и, боясь ослушаться, протянула бокал лорху. Тот понюхал и отвернулся.

– В пасть залей, – подсказал я.

Она подняла быку голову и влила туда содержимое бокала. Лорх выпил, тряхнул головой и стал растворяться в воздухе. Вскоре его не стало. А девушка без сил опустилась на песок, закрыла глаза и, словно потеряв сознание, осталась лежать без движения. Я, сложив ноги по-турецки, сел рядом.

Из-за камня раздался шепот:

– Он здесь?

Я узнал голос Лиана.

– Здесь. Где же ему быть. Сидит рядом со своей новой рабыней.

– Вот знал же, что нельзя соглашаться с ним. Его эксперименты нам дорого обходятся. Что теперь делать?

– Ждать, когда он что-нибудь придумает.

– А он придумает?

– Остается надеяться.

– Ох-хо! Как же с ним нелегко… Другой бы уже умер по-тихому, а этот…

– Хватит жаловаться! – прикрикнул я на них. – Лучше давайте думать, что делать дальше.

– Тетя Шиза, можно мы погуляем?

– Идите, только далеко не отходите.

– Да мы к дяде Виктору в гости, и все. Ура! Гуляем!

Из-за камня выметнулись малыши. Подбежали ко мне и вцепились в духов.

– Дядь, а дядь, научи в карты играть!

– Ух ты, вот это черви! Дядьке Лиану на рыбалку. Тащи давай. Широкий, помогай! Они извиваются!

– Сейчас, Быстрый, подожди, только карты раздам.

Один из малышей с быстротой молнии кружился вокруг нас с чигуаной, а Рострум орал как резаный:

– Глаза! Мои глаза отдайте! Не вижу!

Он выскочил из меня и стал носиться за маленьким сорванцом.

А тот верещал от восторга и просил:

– Тетя, дай мешок, червей собрать!

Рострум, отчаявшись догнать Быстрого, почти плакал:

– Я отдам вам змей, только глаза верните!

«Что за дурдом эта изнанка?» – тоскливо подумал я.

Вокруг меня происходило нечто невообразимое. Из-за камня ошалевшими глазами смотрел и боялся приблизиться дракон.

Малыш Быстрый бегал вокруг, пытаясь удержать за хвост двух больших змей, в пасти которых были глаза Рострума. Тот, словно зрячий обалдуй, бегал за малышом и просил отдать ему глаза. Два картежника играли в карты с малышом Широким, который дурил их по-черному.

– Должен будешь, дядя Мессир, желание, а с тебя, дядя Мастер, конфеты. Еще играем?..

– Глаза! Глаза верните!

– Я такое видеть больше не могу! – Дракон спрятался за камни.

Берта пришла в себя, ухватилась за мою руку и в страхе прижалась ко мне.

– Хозяин, мне страшно! – прошептала она.

В это время бегающий и хохочущий Быстрый кинул змей ей на колени.

Девушка в ужасе оглушительно завизжала. Оттолкнула меня, вскочила и, пытаясь сбросить с себя змей, стала прыгать на месте, высоко задирая ноги.

Быстрый в такт ее танца хлопал в ладоши и напевал:

– Тру-ля, тру-ля, тру-ля-ля. А поймали мы кота… Опа, опа. Израиль не Европа…

Я от такой частушки прибалдел и задумался: откуда у малыша такие таланты?

Девушка прыгала, подвывала. Змеи обвились вокруг ее сапог еще плотнее и не хотели отпускать. Заверещав еще громче, Берта бросилась бежать.

– Куда? Стой! – закричала Шиза и сделала ей подножку.

Чигуана упала и кубарем покатилась по песку. Поднялась и, прыгая словно цирковая лошадь на арене, попыталась удрать. Быстрый залез мне на плечи и оттуда комментировал забег чигуаны:

– Уйдет. Как есть уйдет… Давай!..

– Лиан, задержи ее! – закричала еще громче Шиза, и дракон, ухнув, прыгнул, неуклюже махая маленькими крылышками, но, что удивительно, прыгнул далеко. Раз, другой, и в прыжке, упав брюхом, подмял под себя девушку.

– Эх, не ушла! Раззява, – расстроился малыш.

Он мне до боли напомнил вождя краснокожих из рассказа О. Генри, и мне немного стало страшно. Тем более что их было двое. Один искал себе приключений, а второй жульничал и обыгрывал в карты двух шулеров – Мастера и Мессира, и те уже были должны ему гору конфет и еще больше желаний.

Змеи приползли к Роструму и вернули ему глаза.

Все, что происходило, напоминало сумасшедший дом в выходные. Врачей нет. Санитаров нет. Таблеток успокоительных не дали. Свобода. И буйные вперемежку с тихими вырвались на свободу. Творили что хотели и радовались.

– Лиан, ты дурак? – Шиза приступила к дракону, пиная его ножкой. – Встань сейчас же! Ты ее раздавишь.

Дракон, кряхтя, поднялся, а я с каким-то отупелым интересом приподнял голову и вытянул шею, чтобы посмотреть, не стала ли девушка камбалой после объятий Лиана.

Нет, все было нормально. Она лежала и тихо подвывала.

К ней подошла Шиза и стала поднимать ее, успокаивая:

– Все хорошо, крошка. Змей больше нет, успокойся.

Широкий, раздавая карты, передразнил тетку:

– Сю-сю-сю. – Подмигнул мне: – Дядь Виктор, играть будете?

Я не ответил и, в свою очередь, спросил:

– Если такое происходит на изнанке, то что должно происходить на лицевой стороне? Армагеддон?

Рострум, притихший и получивший свои глаза назад, проявил инициативу:

– Я сейчас гляну.

Он раздвинул руками пространство и высунулся по пояс. В образовавшемся окне я увидел голубое небо.

– Нет, командор, тут все тихо. Девушка спит как младенец, а вы пялитесь на ее сиськи.

Он вернулся, и окно схлопнулось.

– Вы это видели? – обалдело спросил я Шизу и всех остальных.

– Ее сиськи? – хмыкнула Шиза.