"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 1630

Он давно понял, что его учитель, Урчаг, – ленивый и безынициативный орк, привыкший жить за счет других. Урчаг был мечтателем, грезившим о том, как однажды станет верховным шаманом и изменит мир. В своих фантазиях он парил среди звезд, перекраивая реальность по своему желанию. Но в действительности Урчаг оставался лишь пустозвоном, чьи слова растворялись в воздухе, не оставляя следа.

Вырг видел в этом слабость. Слабость, которую он намеревался использовать. Он жаждал занять место Урчага, и знал, как этого добиться. В его глазах горел огонь уверенности, а в сердце – холодная, расчетливая решимость. Время пришло. Время действовать.

Когда ночь достигла своего пика, погружая мир в безмолвие, и первые лучи рассвета еще не коснулись земли, на лицо Вырга легла маленькая, но твердая ладонь. Она с безжалостной решимостью зажала ему рот и нос. Он дернулся, пытаясь сбросить эту невидимую хватку, но его силы были ничтожны перед невидимым противником. Другая рука, словно железная петля, сдавила его горло, неумолимо лишая воздуха. Вырг забился в конвульсиях, его ноги отчаянно пытались оттолкнуть нападавшего, но силы покинули его, и сознание погрузилось во тьму.

– Вот, я его притащила, – прошептала Чернушка, одетая во все черное. – Слабым оказался, даже не смог оказать сопротивление.

– Ты что, его убила? – раздался негромкий тревожный голос Ганги.

– Нет, только придушила. Мы так гномов вырубали, они часовые ленивые…

– Ладно, об этом расскажешь как-нибудь в другой раз, – оборвала ее Ганга. – Девочки, вяжите этого орка, он нам враг.

– Зарежем его? – кровожадно спросила Лирда.

– Не сейчас, – отрезала Ганга, – сначала допросим, потом решим, что с ним делать.

Они связали орка.

– Тебя кто-нибудь видел? – спросила Ганга.

– Нет, я применила отвод глаз, а орки тут словно дети малые, ничего не видят и не слышат. Я даже удивлена, почему их до сих пор всех не вырезали…

– Некому, – неохотно ответила Ганга, – кто же будет резать своего хана, да еще ночью? Если что, убьют в честной схватке. Ну и нравы у вас, дзирд…

– Я не дзирда, я хуманка, – ответила Чернушка.

– Какая ты хуманка, – со смехом ответила Лирда, – ты черная, и у тебя ушки…

– И что? У людей тоже есть уши. Я все равно человечка.

– Пусть будет так, – не стала спорить Ганга, – будите этого парня.

Лирда, не церемонясь, пнула его ногой в живот, и он охнул, открыл глаза и глубоко вздохнул. Хотел что-то сказать, открыв рот, но та же Лирда сунула ему в рот свой кинжал. В свете ночного светильника орк увидел пять женщин, которые его окружили, он посмотрел на орчанку и все понял.

– Я буу ооы, – промямлил он.

– Вынь кинжал, – приказала Ганга. – Что ты сказал, орк? – спросила она.

– Я буду говорить, – произнес орк и сплюнул кровь. – У меня язык порезан…

– Это чтобы ты не кричал, – произнесла Лирда, зловеще помахав кинжалом у его лица. – Говори, клыкастая морда.

– Что говорить? – спросил орк, кося глаза на остро наточенный клинок.

– Дай допрос проведу я, – подступила к орку Чернушка. Ганга молча кивнула и отошла на шаг.

Чернушка наклонилась к пленнику.

– Орк, у тебя только одна возможность безболезненно уйти из жизни – если ты все честно расскажешь. Пощады не жди, ты враг, понял?

Глаза орка наполнились слезами.

– Я не виноват, это все Урчаг, он приказал вызывать духов, я всего лишь ученик…

– Он врет, – спокойно заявила Ганга. – Я умею отличать правду от лжи.

Чернушка кивнула и, вытащив кинжал, надрезала орку кожу на шее.

– Я выверну тебя наизнанку, орк, но ты расскажешь мне всю правду. – Она стала срезать кожу, отделяя ее от плоти.

– Не надо, – попытался закричать орк, но его голос сорвался в кашле. Чернушка надавила на кадык.

– Говори всю правду, кто ты, что тут делаешь?

– Я Вырг, ученик отца-шамана, он был жрецом столба в племени вогузов, оно тут недалеко от ставки на юге. Семью мою убили, но я сбежал и прибыл сюда, остановился в торговом городе, и там меня нашел жрец, который сумел сбежать. Он был в походе и до дома не добрался. Он меня свел с незнакомцем без имени…

– Как это без имени? – спросила Чернушка.

– Так он сказал называть его – без имени, и все. Он создал братство жрецов, что ждут бога Рока, и приказал мне обосноваться в ставке и собирать информацию. В ставке у него свой орк-осведомитель, это шаман Урчаг, посыльный верховного шамана. Я тут не больше месяца. – Слова из уст орка текли рекой, и Чернушка поглядывала на орчанку, которая, подтверждая, что орк говорит правду, кивала головой. Кровь с разреза на шее орка текла на землю, но тот этого не замечал. Он спешил выговориться. – Урчаг получил от орка без имени яд, чтобы отравить хумана на свадьбе. Я вылил его в вино и продал рабам для подношения человеку, но тут он исчез вместе с тем, кому мы поклонялись. И я не знал, что делать дальше. Я хотел заслужить одобрение Урчага и предложил подселить вам духов, чтобы вы ссорились, и все. Потом пошел спать, и меня схватили…

– Ждите тут, – тихо проговорила Ганга и выскользнула из шатра.

Она нашла часового и приказала привезти ее к деду. Ночью никто не смел тревожить шамана и хана, если это не грозило опасностью. Орк сначала сопротивлялся, но потом неохотно вызвал старшего караула и отвез Гангу к шатру великого шамана.

Дед проснулся быстро, словно и не спал.

– Тебе чего? – спросил он Гангу.

– Есть важный разговор.

– До утра не потерпит?

– Дед, ты все равно ночью не спишь и просыпаешься после полудня, это все знают.

– Знают они, – проворчал старик и пропустил Гангу внутрь. – Заходи.

Ганга села на кошму и скрестила ноги.

– В ставке есть убийцы, дед, и один служит тебе, это агенты шаманов-жрецов.

Старый шаман насторожился.

– Откуда знаешь? – спросил он.

– Поймала шпиона и допросила.

– Он жив?

– Жив и готов дать показания. Шаманы, враги, обосновались в городе, но я думаю, что один из них не орк.

– Кто? – поднял седые брови старый шаман.

– Чигуан.

– С чего ты решила, что это не Лес? Тебе об этом рассказал орк?

– Нет, я сама догадалась. Орк не станет скрывать своего имени, оно принадлежит роду, а этот скрывает, так как рода у него нет и он может быть разоблачен. В городе ходят представители всех родов…

– Что еще тебе рассказал шпион?

– Он рассказал, что был план отравить моего мужа и твой шаман Урчаг принес в ставку яд. Его добавили в вино, но отравить не успели.

– Его не могли бы отравить, твой муж Худжгарх, внучка.

– Я знаю.

Старик молча с пониманием кивнул.

– Не ожидал я такого от бездельника Урчага, он казался таким безобидным…

– Ага, – невесело усмехнулась Ганга, – ты, наверное, забыл, что в тихом омуте большая рыба водится.

– Не забыл, – буркнул старик. – Как нашла шпиона?

– Я проследила связь духов и шамана.

– Ты и это можешь? – удивился дед. – Научилась у хумана?

– Да, я многому у него научилась, дедушка.

– В ставке сейчас все спят, – подумав, ответил старый шаман. – Ты, внучка, слишком долго жила среди людей, и тебе передалась их неуемная энергия. Ты бежишь впереди событий и стараешься везде успеть. Вспомни, что орки не суетятся. Суетятся те, кто не уверен в себе. Приходи утром, и мы сходим к твоему дяде. Великий хан сейчас спит, он устал, не стоит его тревожить мелочами. Утром он даст приказ начальнику стражи, и тот прочешет весь город, найдет заговорщиков, и, как велел Худжгарх, их казнят. А сейчас иди.

Ганга поняла, что спорить с дедом бесполезно. Она вздохнула и без всякой надежды произнесла:

– Смотри, дед, как бы утром не было поздно.

– Иди, иди, – старик добродушно улыбнулся и махнул рукой, выпроваживая ночную гостью. – У вас, у молодых, всегда спешка в голове, а у нас – мудрость прожитых лет.

– И маразм, – прошептала Ганга.

– Что? – не разобрав ее слова, переспросил старый шаман.

– Ничего, до утра, дедушка.