"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 1605

– И он ест людей? – шепотом спросила Мирмириада.

– Не всех, – засмеялась андроид, – только врагов императора. – И как само собой разумеющееся добавила: – Он же демон.

Они вышли за пределы атмосферы и полетели в космосе. Везде было темно, не так, как на других планетах. Мирмириада глядела в иллюминатор и тоскливо произнесла:

– Какая тут дикость.

– Не говори глупостей, – ответила девушка, – тут, можно сказать, сказка, но не для всех. Скоро сама увидишь.

Через полчаса бот начал спускаться. Истребители помахали крыльями и ушли в сторону. Бот мягко опустился, и один из сопровождающих бойцов открыл входной люк, вышел и требовательно протянул руку. Мирмириада встала и пошла на выход. Она не стала брать руку десантника, сама легко спрыгнула на траву и огляделась. Ее сердце неожиданно забилось сильнее. Открывшийся ей пейзаж действительно напоминал сказку или место для самых богатых людей в АОМ. Следом вылезла андроид.

– Пошли, Мира, – позвала она женщину, и они пошли к красивому домику на берегу океана, окруженному пальмами.

Синее небо и вода океана сливались на горизонте. Над ними пролетела большая птица в ярком оперении и крикнула:

– Привет, красотка!

Андроид ответила:

– Привет, паршивец.

Они подошли к дому по дорожке, выложенной плоским камнем, и Мирмириада увидела человека, за которым охотилась. Он стоял и просто улыбался. В его облике не было ничего угрожающего или позерского. Он помахал рукой и крикнул:

– Проходите в дом.

Глава 14

Закрытый сектор. Снежные горы. Район Западного перевала

В крепости на Западном перевале царила тревожная суета. Генерал Керна, как стальная пружина, мгновенно отреагировала на угрозу, объявив общий сбор. Тьму ночи прорезали яркие вспышки факелов, и воздух наполнился резкими, отрывистыми командами. Гонцы, словно стрелы, устремились к отрядам, спрятанным за стенами города, и оркам, готовым к бою.

Командир орков, суровый воин с глазами, горящими неукротимым огнем, и командиры терций, опытные и закаленные в боях, собрались в кабинете генерала. Керна с холодной решимостью в голосе начала отдавать приказы. Орк, выслушав ее, кашлянул, привлекая внимание.

– Генерал Керна… – начал он, его голос звучал глухо, но твердо. – Мои верховые орки в ущелье будут уязвимы перед атакой лесных эльфаров. Если мы спешим их, они потеряют свою ударную силу. Предлагаю перекрыть ущелье тремя терциями с магами. Те, кто пойдет по низшей дороге, будут без магов, но с негаторами магии. Терции в ущелье будут сменяться, выдерживая атаки врага, и выстоят. Мы же, объединив мощь наших сил, разгромим рейдеров и магов Леса одним мощным натиском. Прорвем их ряды, а вы с основными силами завершите разгром. Обойдем их основные силы с тыла, и я с моими воинами ударю им в спину.

Каждое слово орка было пропитано уверенностью и решимостью. Генерал Керна не стала спорить, понимая, что этот план дает лучший шанс на успех. Она кивнула, ее лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз горел огонь, готовый разгореться в битву.

– Действуйте, – коротко приказала она. – Время не ждет.

Керна застыла в задумчивости, ее взгляд устремился вдаль, словно она пыталась увидеть за горизонтом нечто, недоступное обычным смертным. Наконец, она повернулась к своему начальнику штаба, леру Зарка-илу, и ее голос прозвучал как сталь, закаленная в пламени битвы:

– Лер Зарка-ил, я приказываю вам принять под свое командование третью, четвертую и пятую терции. Ваша задача – выдвинуться по ущелью к перекрестку и занять оборону в его устье. Вы должны любой ценой не допустить прорыва отрядов противника к нашей крепости. Там не останется войск для прикрытия перевала, и это может стать роковым ударом для всей кампании. Вам будут приданы все наши маги, но помните: их силы не бесконечны.

Керна замолчала, ее глаза блестели холодным огнем решимости. Затем, с тяжелым вздохом, она добавила едва слышно:

– Постарайся продержаться хотя бы трое суток. И выживи, прошу тебя.

Зарка-ил кивнул, его лицо озарила мрачная улыбка, полная решимости и готовности к самопожертвованию:

– Есть, льерина генерал. Мы умрем, но не пропустим врага к крепости. Мы будем сражаться до последнего вздоха.

Но лер Чарта-ил, стоявший в тени, мягко, но властно остановил его:

– Не надо, лер. Вы нужны нам живым. Ваши воины тоже. Война не заканчивается одной битвой. Впереди еще много сражений, и мы должны сохранить вас для будущих побед. Храните себя и своих бойцов.

Керна оглядела членов военного совета, ее взгляд задержался на Торе, которая смотрела на нее с вызовом и решимостью.

– Пусть судьба будет благосклонна к вам, – произнесла Керна, ее слова звучали как напутствие, и в голосе не было ни горечи, ни обреченности. – Разойдись по отрядам, – закончила она совещание.

Все быстро покинули кабинет, оставив за собой лишь тишину и запах пота. В комнате остались трое: Керна, Тора и лер Чарта-ил. Тора, не скрывая своих чувств, сжала кулаки и твердо произнесла:

– Я пойду с Зарком. Не могу оставаться в стороне, когда наступают такие события.

Керна посмотрела на нее с холодной строгостью, в ее взгляде промелькнула ревность. А голос прозвучал холодно, как изморозь, и твердо, как сталь:

– Льерина Тора-ила, ваше место рядом с будущей княгиней. Вы – ее опекун и защитник. Ваша задача – помочь ей выжить в предстоящих интригах и противостояниях. Ваша жизнь для нас не менее важна, чем жизнь девочки.

Тора хотела возразить, но лер Чарта-ил опередил ее. Он говорил тихо, но непреклонно:

– Тора, дочка, у нас нет права на слабости. И мы не выбираем себе служение. На нас всех лежит долг перед страной. Вы должны подчиниться.

Тора вздрогнула, ее глаза вспыхнули обидой, но она склонила голову, признавая поражение:

– Хорошо. Я подчиняюсь.

Она вышла из кабинета, ее шаги были тяжелыми, а спина прямой, как клинок. Лер Чарта-ил посмотрел ей вслед с легкой улыбкой, но в его глазах читалась тревога.

– Горда и воинственна, – задумчиво произнес он.

– Молода еще, – ответила Керна с такой же легкой улыбкой, но ее глаза были полны грусти. – Научится послушанию.

– Вот ее молодости я и боюсь, – ответил лер Чарта-ил. – Она по-детски, непредсказуема и своенравна. Как бы ее вместе с девочкой отсюда куда-нибудь на время отправить?..

Керна не ответила на пассаж лера Чарта-ила. Она молча покинула зал, оставляя за собой шлейф тишины и едва уловимый аромат увядающих лилий. Следом, словно тень, шел лер Чарта-ил – постаревший, осунувшийся под тяжестью бремени, но не сломленный. Его взгляд был тверд, как гранит, но в глубине глаз читалась затаенная боль.

Во дворе, где факелы отбрасывали причудливые тени на древние стены, стояли Тора и Аврелия. Их лица были бледны, как луна в полночь, а глаза полны тревоги. Тора, словно хрупкий цветок, вдруг пошатнулась, схватилась за живот и, не выдержав, согнулась пополам. Ее вырвало на землю, и она рухнула на колени, сотрясаясь в судорогах.

Охваченная страхом и беспомощностью Керна бросилась к девушке. Ее голос дрожал, когда она спросила:

– Что с вами, льерина Тора? Вы… вы что-то съели?

В глазах Торы застыла паника. Она покачала головой, но не смогла вымолвить ни слова. Ее взгляд метался, словно загнанный в ловушку зверь, ища хоть каплю утешения.

Аврелия, стоя в стороне, разразилась звонким, неестественно громким смехом. Ее голос эхом разнесся по двору, разрывая тишину:

– Тора беременна! От дяди Ирри! У нее будет ребенок!

Слова, как стрелы, вонзились в сердца присутствующих. Все замерли, не в силах отвести взгляд от Торы. Она, словно обессиленная, медленно поднялась на ноги, ее лицо побелело, как мрамор. Ее глаза, прежде полные жизни, теперь были пусты, как выжженная пустыня. Она повернулась и, не сказав ни слова, бросилась прочь, как испуганный зверек.

Керна, наклонившись к Аврелии, произнесла тихо, но с ледяным холодом в голосе: