"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 1489

Генерал Марциус Легатус, кутаясь в шерстяной походный плащ, сидел у костра в раскладном кресле, с унынием обреченного глядя на огонь. Его постигла тяжелейшая неудача в этой войне.

Перед началом наступления на Вангор казалось, что это будет легкая прогулка. Данные разведки говорили о том, что общество Вангора разобщено и разлагается, а лорды склоняются к тому, чтобы принять правление империи. Армия королевства слаба, плохо обучена и недисциплинированна, и стоит только подтолкнуть ее, как она развалится и побежит. Генерал, отдавший службе не один десяток лет, был уверен в этом.

Но неожиданно для него события повернулись совсем в другую сторону. Король Меехир Девятый поставил над южным корпусом старого архимагистра мессира Кронвальда, и тот проявил недюжинные организаторские и военные способности.

«Зря, – подумал генерал, – мы недооценивали магов Вангора. Это сильные и преданные королю вояки, и среди них есть немало умных и одаренных людей». И этот мессир навел порядок, твердой рукой управлял войсками и заставил их сражаться.

Он действовал решительно и жестоко. Безжалостно казнил тех, кто не желал сражаться или нарушал дисциплину, и он совершил невозможное – остановил продвижение армии империи. Вангорцы боялись его больше, чем пасть в бою против самой совершенной военной машины в этом мире. Ее обучали и тренировали годами, и она не знала поражений… Пока не столкнулась с Вангором.

Его армия стояла у стен Старой крепости, не в силах преодолеть оборону корпуса вангорцев. Воины в укрепленных лагерях стояли непоколебимо, получая постоянные подкрепления от баронских дружин. Бароны сражались яростно, погибая и унося жизни имперских солдат с собой.

Генерал не ожидал таких потерь. За свою долгую службу он не сталкивался с подобным. Где же сведения о том, что они хотят принять империю и войти под ее покровительство? «Это обман, обман, сплошной обман», – с горечью подумал он. Его армии пришел конец, как и его карьере.

Разведчики доложили, что орки перешли границу Вангора и степи и движутся ему в тыл, перекрывая поставки продовольствия и снаряжения. В таких условиях продолжать боевые действия было невозможно, и генерал еще вчера отдал приказ отступать.

Навстречу оркам он отправил дворянское ополчение во главе с графом Лучиано. Их задача заключалась в том, чтобы во встречном бою разбить орков и освободить проход для тяжелой пехоты. Ее повел в империю полковник Вастанас, человек из простолюдинов, доказавший свое умение командовать и принимать неординарные решения.

Для прикрытия спешного отступления генерал оставил наемные дружины. Их активные действия должны были создать видимость, что вся армия империи находится на своих местах. Сейчас главное было спасти ядро армии – тяжелую пехоту и магов. Он бросил все осадные орудия и сам остался с наемниками и знаменем армии.

Генералу не было смысла возвращаться в империю. Его там ждали позор и казнь. Император не прощает поражений. Марциус решил умереть здесь и не испытать позора. Племянника Арниеля, своего адъютанта, он отправил с Лучиано. Пусть хоть он спасется, и его сестра не узнает горя.

Рядом с генералом расположились прапорщик-знаменосец и два солдата охраны. Еды у них не было, последнее съели вчера, но генерал не переживал, зная, что этот день вряд ли переживет.

Согреваясь одним боком у огня костра, он начал дремать. Его разбудил шум подъезжающего всадника. Марциус открыл глаза и посмотрел в ночной сумрак. К костру спешил человек.

– Мой генерал, – преклонил колено воин, – вангорцы заметили уход армии, и отряды лордов начали полномасштабную атаку. Они прорвали центр и обхватывают фланги наших позиций. У нас мало сил, чтобы защитить наши лагеря, надо отходить.

Генерал встал и скинул плащ.

– Собери всех, – приказал он воину, – поваров, писарей, обозников – сюда, под знамя. Я поведу их в контратаку. Нам надо задержать их хотя бы до утра.

Воин встал с колена, отдал честь ударом кулака в грудь и скрылся в темноте.

– Арчибальд, – возвысив голос, произнес генерал, обращаясь к прапорщику, – коня мне и себе. Мы поведем в бой наш резерв под знаменем империи.

Со всех концов лагеря к знамени стали собираться люди. Это не были обученные воины, и у некоторых не было даже оружия, но их собрали почти три сотни. Охрана лагеря генерала окружила собравшихся, и сам генерал воззвал к ним, сидя на коне:

– Имперцы, мы всегда были сильны духом. Мы рождены быть победителями. Сейчас мы ринемся в бой и остановим жалкого врага, я поведу вас за мной, братья по оружию, – он затряс копьем и повел коня шагом к воротам лагеря.

В ночи, когда тени сгущались вокруг, а луна едва пробивалась сквозь густые облака, генерал стоял перед своим отрядом. Его решимость была непоколебима, но сердце сжималось от горьких предчувствий. Он знал, что этот день может стать последним в его жизни, но готов был встретить свою судьбу с честью.

Армия Вангора, словно неумолимый вихрь, обрушилась на имперские позиции. Генерал, окруженный верными солдатами, чувствовал, как дрожит земля под копытами коней. Вангорцы, ведомые яростью и жаждой мести, не знали пощады. Их крики эхом разносились по долине, заглушая стоны раненых и треск огня.

Генерал знал, что время на исходе. Его армия, некогда непобедимая, теперь была рассеяна и измотана. Но в его сердце еще теплилась искра надежды. Он поднял копье и обратился к своим людям:

– Имперцы, мы всегда были сильны духом. Мы не сдадимся без боя. Сегодня мы покажем, что даже в самых темных временах есть место для подвига. Вперед, за знаменем империи!..

Когда резерв полностью покинул лагерь, Марциус копьем указал направление движения и первым направился навстречу врагам. Вскоре появились силуэты скачущих всадников, и генерал, издав боевой имперский клич «За императора, к победе и славе!», подстегнул коня и рысью направил его в сторону врагов. За ним поспешили прапорщик и охрана лагеря из трех десятков воинов, а вот резерв остановился и стал разбегаться. Ничего этого генерал не видел, он рвался вперед, ища смерти, и не щадил коня. Перед ним вырос всадник – он пригнулся, пропуская копье над собой, проскочил и ударом булавы сбил старого генерала с седла.

Марциус Легатус упал на землю и остался лежать оглушенным. Над ним проскакали несколько коней, охрана попыталась отбить генерала, но была порублена за считаные минуты. К генералу на полном скаку подскочили два всадника, пригнулись, схватили его и, подняв над землей за броню, погнали коней прочь от места сражения. Генерал висел на их крепких руках и ехал спиной вперед, он видел, как смяли флаг армии, и, нагнув к земле, везли следом.

– Я не получил достойной смерти, – расплакался генерал.

Его подвезли к группе всадников и бросили к ногам лошадей.

– Вот, господин комиссар, – проговорил один из схвативших его, – это сам генерал Марциус Легатус и его знамя. Сама армия ушла, остались лишь заградительные отряды, но наша разведка вовремя это определила, и мы начали наступление.

– Спасибо, тан Хромель, – произнес тот, кого назвали комиссаром. – Корона этого вам не забудет и отметит ваши заслуги.

Марциус Легатус сжался, лежа на мягкой холодной земле. Он слышал о комиссарах, что проявляют немыслимую жестокость ко всем, кто нарушал дисциплину или недостойно себя вел. Они казнили и миловали от имени короля, и это был неумолимый, не ведающий жалости кнут для вангорской армии, который заставил ее сражаться.

– Поднимите генерала, закуйте его в кандалы и отправьте в городскую тюрьму, также отправьте туда знамя, все это понадобится мессиру Кронвальду для того, чтобы передать его величеству.

«Позор, позор, какой позор», – расплакался генерал.

От некогда могущественных дружин имперских лордов осталось едва ли полторы тысячи всадников, почти весь цвет дворянства пал на полях сражений. Граф Лучиано, потрясенный ужасами войны, с радостью воспринял приказ об отступлении. Дружины без устали двигались всю ночь. К утру передовые отряды пересекли пограничную реку, стремясь преодолеть брод, но их встретили сотни верховых орков. Быки орков во встречном кровопролитном бою смяли строй всадников, отбросив их в реку, и там обездвиженные всадники империи были уничтожены. Однако орки не стали переходить реку. Когда основные силы имперских дружин подошли к реке, их встретил укрепленный повозками берег на другой стороне. Лучиано, осмотрев укрепления, отдал приказ разделиться и искать проход через реку самостоятельно. С этого момента дворянская армия перестала существовать как организованная сила.