Развод: я сжигаю мосты (СИ) - Семенова Карина - Страница 35

— Паулина, где ты? — Кайтфор влетел в комнату, заозирался по сторонам. — Пойдем скорее. — Он подбежал, ухватил меня за руку и потянул за собой. Мы выбежали в сад, пробежали по песчаной дорожке ряд деревьев и забрались в кусты акации. — Смотри! — восторженно заговорил Кайт. — Ну смотри же. Ты видела что-нибудь более прекрасное?

Я посмотрела туда, куда он с таким восхищением вглядывался. В кустах в маленьком гнезде из прутиков и мха сидело два лысых птенчика и лежало голубое яйцо. Только я хотела пошутить, что да, я видела в жизни и более прекрасные вещи, чем лысые птицы, но вдруг яйцо треснуло и оттуда показался клювик. Замерев, затаив дыхание, мы смотрели на это чудо. Новые трещины поползли по скорлупе. Птенец внутри попискивал и упорно прорывался на свободу. Яйцо распалось на две части, и оттуда вывалился птенчик и смешно задрыгал лапами. Он прикрыл чёрные глазки-бусинки и пронзительно запищал. На куст рядом опустилась небольшая серо-коричневая птица, и беспокойно запорхала с ветки на ветку.

— Мама вернулась, — радостно заявил Кайт. Он снова взял меня за руку. — Пойдём.

Мы уже выбрались из кустов, пошли по садовой дорожке, но он так и не отпустил мою ладонь, наоборот, переплёл наши пальцы. Я еле сдерживала счастливую улыбку и, наверное, стала пунцовой. Я остановилась, повернулась к Кайту. В спокойном взгляде голубых глаз, в которых так охотно вспыхивает огонь, угадывались приязнь и живой интерес. Меня охватило огромное чувство нежности, и, поддавшись порыву, я крепко обняла Кайта.

— Спасибо за всё. Спасибо, что ты мне друг, — прошептала я и поцеловала еле заметный синяк на его скуле. Кайт смущённо улыбнулся, дотронулся до щеки кончиками пальцев.

Мне на нос вдруг упала капля, потом ещё и ещё. И мы, смеясь, как дети, побежали в дом прятаться от дождя.

Когда мы вошли в комнату, Бартал внимательно осмотрел меня с головы до ног, задержал взгляд на алеющих щеках.

Ленивой походкой он двинулся ко мне.

— Тебе будет интересно взглянуть. — Барт помахал передо мной чёрной тетрадью. Такой же как у Кайта.

Кайтфор побледнел и дёрнулся вперёд, но Бартал спрятал тетрадь за спину.

— Не спеши. Дай насладиться чтением. Я не всё успел, но было интересно. Пусть теперь Паулина почитает.

— Подожди, — я выставила вперёд руки. — Ты рылся в чужих вещах?!

— Я должен о нас заботиться, сокровище моё. Это была необходимая мера. До этого никак возможность не предоставлялась. Но сегодня моё терпение вознаграждено.

— Отдай немедленно. Там его стихи.

Бартал наклонился, посмотрел мне в глаза и с тихим смешком продолжил:

— Стихи? Глупая наивная Паулина. Ну что ты будешь без меня делать? Тебя любой обведёт вокруг пальца.

У Бартала был такой довольный уверенный вид, что мне стало плохо от скверных предчувствий. Я посмотрела на Кайта, бледного, растерянного, только острый взгляд горел недобрым огнём.

— И вот ещё. — Бартал достал из кармана распечатанное письмо. — Получил из Файренка. Не зря я просил срочно навести справки. — Бартал неспешно подошёл к Кайтфору. — Скажи-ка, просто Кайт, как же тебя зовут? Я столько раз просил, а ты так и не представился. Может, сейчас скажешь? Ну, кто же ты?

Кайт тяжело вздохнул.

— Кайтфор Ларант ди Аранда.

Бартал победно выпятил подбородок.

— Если интересно, — он с улыбкой кивнул Кайту, — вычислил через учителя. Понимаешь, Паулина, кто перед тобой? Младший сын достопочтенного Льяна ди Аранда. Семейство Аранда владеет большей частью рудников, где добывают поликристаллы. Да-да, моя дорогая, те самые бесценные кристаллы, с помощью которых магия теперь повсюду. — Бартал вновь оказался возле меня. Я не понимала, к чему он клонит, почему Кайт не говорил, кто он, но ожидание новых откровений заставляло моё сердце сжиматься. — Паулина, денег у семейства Аранда как грязи. Они высокородные аристократы — регореты! — настолько богаты, что смогли нанять в учителя нашему скромному знакомому Кайтфору достопочтенного Эгидио Витарни, не просто придворного мага, а того, кто стоял у истоков создания новых систем обучения. А теперь, скажи мне, Паулина, зачем младшему отпрыску такого замечательного семейства вдруг понадобилось нанимать в помощницы такую, как ты? Он может нанять себе толпу помощников, все учёные к его услугам. На, читай! — резко и зло выкрикнул Бартал и всунул тетрадь мне в руки.

С тяжёлым чувством я посмотрела на Кайтфора, но он не поднял на меня глаза. Кайт молчал, и это пугало больше всего.

Я открыла тетрадь. В ней оказалось много коротких записей. Буквы прыгали перед глазами, но я заставила себя вчитаться хотя бы в некоторые.

Нужно увести как можно дальше от людей и цивилизации. Так будет безопасно. И проще проверить. Предложил поход.

П. была явно шокирована, когда я пригласил алома Лексо участвовать в походе.

Они начали ссориться практически сразу. Мы ещё не дошли до леса.

Специально долго водил вдоль болота. П. не нравилось, но она держалась. Вообще ничего не понимает в растениях.

Расчёт на то, что Лексо будет изрядно П. бесить, оправдался.

У неё смешные кудряшки. Новая причёска ей идёт. Она теперь похожа на бархатец.

П. напугали муравьи. Очень. Вспышка. Ветер. Еле привёл в чувство. Страх влияет больше остального. Напугать?

Вечером спонтанно подожгла штаны Лексо. Он днём обидел её. Больше страха влияет злость?

У неё красивый смех. Звонкий.

Рискнул. Дал П. прочитать стихотворение. Но она не поняла.

Что-то случилось у реки? Видимо, снова ссора. Зарницы! Я всё-таки прав.

Сформировала сферу. И это с первого раза! Думает, что научилась менять цвет огненных искр. Очень ошибается! Нужно срочно к учителю. Что будет, если не найдёт выхода? Буря?

Чуть не утонула. Испугался. Думал, не выберемся.

Лексо спровоцировал драку со мной. Я понимаю почему.

У П. приступ. Мне не известно, что ей сказал Лексо, но еле остановил. Отвлёк, заставил считать шишки на ёлке. Помогло. Надолго ли? Она уже спит, я наблюдаю, фиксирую изменения. Надо срочно возвращаться! Она совершенно не видит очевидного. Я не понимаю этого. Но переносит уже лучше. Без обмороков и тошноты. Есть слабость, но это решаемо.

Дальше от слёз я уже почти ничего не видела.

— Справедливости ради замечу, стихи там тоже есть. — Бартал усмехнулся. — Так себе стихи, конечно. Но прежде всего это дневник наблюдений за тобой, Паулина. Ты всего лишь подопытная крыска.

Глава 41

Я не глядя протянула тетрадь Кайту, и он забрал её. Хотелось сгореть со стыда. «Подопытная крыска!»

— Обманщик! — Я подошла и ударила кулаком по его груди. Он молчал, смотрел даже не на меня, а в глаза Бартала. А тот ухмылялся.

— Сокровище моё, а я ведь говорил, что нельзя доверять этому ботанику.

— А тебе, значит, можно? — вспылила я, развернулась и пошла к дверям.

— Эй, куда ты? — недовольно окликнул Бартал.

— Пойду. Считать шишки. На клёне. И искать луну. Посреди бела дня.

Лёгкий навес для хозяйственной утвари во дворе пришёлся как нельзя кстати. Я плюхнулась на низкий деревянный ящик и уткнула лицо в ладони. Шумел унылый дождь, длинными хрустальными нитями стекал с крыши. Рядом зашуршали шаги по мокрой траве. Я не подняла глаз, догадываясь, кто явился.

Кайт встал передо мной. Я села прямо, хмурясь и поджимая губы. Кайтфор протянул половинку листка, выдранного из тетради. «Прости», — прочитала я большие аккуратные буквы.

Несколько секунд мы напряжённо смотрели друг на друга, пока Кайт не опустил глаза. Он вздохнул, привалился спиной к бревну, подпирающему крышу.

— Паулина, — тихо позвал он. — Мне сложно иметь дело с людьми. Общение всегда давалось с трудом.

— Почему же? — фыркнула я. — На тебе тоже ставили эксперименты?

Кайт долго смотрел на дождь.

— Человеческое тепло обычно обходило меня стороной. — Я прикусила язык, вспомнив множество тонких шрамов на спине и руках Кайта. «А вдруг и правда кто-то над ним издевался?» — Паулина, больше не плачь, пожалуйста.